Продолжение. Начало статьи см. в Части I и Части II.
К началу XX века отношения между Российской империей и Армянской Апостольской Церковью вступили в наиболее напряжённую фазу за весь XIX век. Если в предыдущие десятилетия правительство стремилось главным образом контролировать деятельность Эчмиадзина посредством законодательства и административного надзора, то теперь власти предприняли попытку лишить Церковь её экономической самостоятельности.
Инициатива исходила от главноначальствующего гражданской частью на Кавказе князя Григория Голицына и была поддержана императором Николаем II. Основной аргумент правительства заключался в том, что крупные финансовые ресурсы Армянской Апостольской Церкви находятся вне достаточного государственного контроля; в официальных документах подчёркивалось, что доходы церковных учреждений должны использоваться «в интересах государства и народного образования», а не находиться исключительно в распоряжении церковных властей.
12 июня 1903 года по представлению князя Голицына было Высочайше утверждено положение Комитета министров «О сосредоточении управления имуществами Армяно-Григорианской церкви в России в ведении правительственных учреждений» — документ, фактически нарушавший само «Положение» 1836 года «Об управлении делами Армянской Церкви», на котором строились взаимоотношения империи и ААЦ на протяжении предыдущих 67 лет («Закон о сосредоточении управления имуществами Армяно-Григорианской церкви в России (1903)» — Википедия.
Согласно закону, всё недвижимое имущество (включая доходные земли) и капиталы, принадлежавшие Армянской Церкви и её духовным учреждениям, переходили в ведение государства, а средства, обеспечивавшие существование армянских церковных школ, передавались в Министерство народного просвещения («Дата истории: 12 июня 1903 г…»). Одновременно закон фактически запрещал деятельность армянских духовных семинарий и школ («12 июня 1903г: 115 лет назад…» — Aravot.ru).
Формально богослужение не запрещалось, и католикос продолжал оставаться главой Церкви. Однако фактически Церковь лишалась экономической независимости — из доходов конфискованного имущества духовным учреждениям оставлялась лишь часть, тогда как значительная доля направлялась на финансирование открываемых государством школ (genocide.ru, «Закон о конфискации имущества армянской церкви 1903 г.»). Именно поэтому многие современные исследователи рассматривают закон 1903 года как наиболее серьёзное вмешательство Российской империи во внутреннюю жизнь Армянской Апостольской Церкви за весь рассматриваемый период.
Историки называют несколько факторов.
1. Усиление армянского национального движения. После армянских погромов в Османской империи в 1894–1896 годах армянский вопрос оказался в центре внимания европейской дипломатии. Российские власти опасались усиления национальных организаций, а Эчмиадзин рассматривался как духовный центр, способный объединять армян различных государств. При этом прямых доказательств того, что руководство ААЦ организовывало революционную деятельность, в большинстве случаев не представлено — исследователи отмечают, что государственная администрация нередко смешивала деятельность политических организаций с общественным авторитетом Церкви.
2. Финансовая самостоятельность Церкви. Доходы ААЦ формировались за счёт земель, пожертвований, монастырского хозяйства и армянской диаспоры и направлялись на содержание духовенства, строительство храмов, помощь бедным, содержание школ и издание книг. Именно независимость этой финансовой системы вызывала особое раздражение у государственных чиновников.
3. Общая политика централизации. Российская империя проводила курс на усиление контроля над различными общественными институтами, однако в отношении Армянской Церкви эта политика впервые затронула саму основу её самостоятельности — материальные ресурсы.
Во главе Армянской Апостольской Церкви в этот момент находился Мкртич I Ванеци, широко известный как Хримян Айрик. По свидетельствам современников, когда посланник наместника — эриванский вице-губернатор Накашидзе — привёз католикосу царский указ, Хримян Айрик, уже знавший о его содержании, бросил нераспечатанное письмо на пол и произнёс свои знаменитые слова: пусть сгинет эта неугодная богу и полная тюрем империя (арм. Թող կործանվի այս աստվածընդդեմ ու բանտածվար կայսրությունը) («12 июня 1903г: 115 лет назад…» — Aravot.ru).
Католикос призвал армянские епархии не подчиняться закону и направил обращения российским властям, указывая, что церковное имущество создавалось поколениями верующих и предназначалось для духовных, образовательных и благотворительных целей (genocide.ru). При этом Хримян Айрик призывал паству избегать насилия и сохранять верность церковным принципам.
Закон вызвал широкое недовольство среди армянского населения Кавказа. Многолюдные демонстрации протеста прошли в Тифлисе, Ереване, Александрополе, Эчмиадзине, Аштараке и Ахалцихе, повсюду распространялись листовки и воззвания, призывавшие не подчиняться воле правительства; вооружённые столкновения с полицией произошли в Елизаветполе, Тифлисе, Шуше, Баку, Карсе и других городах (hayastannews.com).
Следует отметить, что формы сопротивления были неоднородны: наряду с законными петициями и церковными обращениями существовали действия подпольных политических организаций, которые нельзя автоматически отождествлять с позицией самой Армянской Апостольской Церкви.
На фоне кризиса активизировались армянские политические партии — Армянская революционная федерация (Дашнакцутюн) и партия «Гнчак». 14 октября 1903 года члены «Гнчак» совершили покушение на князя Голицына на Коджорском шоссе близ Тифлиса: наместник был тяжело ранен, но выжил. После этого руководство протестами взяло на себя Дашнакцутюн, начавшее призывать армян к массовым забастовкам («Закон о сосредоточении управления имуществами…» — Википедия; «Армяно-татарская резня (1905–1906)» — Википедия.
Важно разграничивать деятельность политических организаций и официальную позицию ААЦ: Церковь как институт не являлась политической партией, хотя многие верующие воспринимали защиту церковного имущества как защиту национального достояния.
Правительство расценило волнения как угрозу общественному порядку: было усилено полицейское присутствие, произведены аресты, введён более жёсткий контроль за церковными учреждениями. По данным историков, кризис 1903–1904 годов стал одним из наиболее серьёзных конфликтов между российской администрацией и армянским обществом в дореволюционный период. Как отмечается в исследованиях этого периода, конфискация церковного имущества «задела нравственное чувство народа» и способствовала вовлечению армянского общества в общероссийское революционное движение «почти поголовно, без различия классов и положений» («Армянский вопрос в России: 1903–1905 годы в Закавказье» — ИА REGNUM).
Ситуация изменилась после начала революции 1905 года и покушения на Голицына. 1 января 1905 года Николай II снял Голицына с поста и назначил новым наместником Кавказа графа Иллариона Воронцова-Дашкова, который взял курс на смягчение антиармянской политики своего предшественника (Википедия, там же; «Армяно-татарская резня (1905–1906)».
Одним из первых шагов Воронцова-Дашкова на новом посту стало возвращение Армянской Церкви её имущества. В докладе на Высочайшее имя новый наместник писал, что армянский народ, «не знающий духовенства как сословия и выбирающий духовных лиц из своей же среды», тесно связан с интересами своего духовенства даже помимо религиозных воззрений, — и потому «отобрание в казённое управление церковных имуществ задело нравственное чувство народа и бросило его в революционное движение» («Армянский вопрос в России: 1903–1905 годы в Закавказье»).
1 (14) августа 1905 года Николай II подписал Именной указ Сенату «О возвращении в ведение Армяно-Григорианской церкви недвижимых имуществ и капиталов, переданных в Министерство народного просвещения» (там же; genocide.ru). Армянской Апостольской Церкви были возвращены права на управление большей частью её имущества, а армянские национальные школы получили разрешение вновь открыться. Это решение рассматривается историками как признание того, что попытка полного государственного контроля над церковными ресурсами не достигла поставленных целей и вызвала широкое общественное сопротивление.
Конфликт 1903–1905 годов стал переломным моментом в истории отношений Российской империи и Армянской Апостольской Церкви. Его последствия были многогранны: государство сохранило механизмы административного надзора за Церковью, однако ААЦ отстояла значительную часть своей имущественной самостоятельности; авторитет католикоса Хримяна Айрика среди армянского населения заметно укрепился; а сами события усилили недоверие между частью армянского общества и имперской администрацией — то самое недоверие, на фоне которого уже в 1905–1906 годах вспыхнет армяно-татарская резня в Закавказье.
В современной историографии эти события рассматриваются как один из наиболее ярких примеров столкновения политики централизации Российской империи с традиционной автономией национально-религиозного института.
Читать также: История гонений на Армянскую Апостольскую Церковь: от Аварайра до наших дней
Часть II. Русификация, церковные школы и усиление государственного контроля (1836–1895) Продолжение. Начало статьи см. в…
Часть I. От присоединения Восточной Армении до «Положения» 1836 года Введение История взаимоотношений Российской империи…
Армянская Апостольская Церковь (ААЦ) — древнейшая национальная церковь мира, объявившая христианство государственной религией в 301…
Когда речь заходит о том, было ли Ванское царство (Урарту) ранней формой армянской государственности, разговор…
Введение На северном берегу реки Аракс, там, где сегодня проходит граница Нахиджеванской Автономной Республики Азербайджана…
Кто такой Низами Абу Мухаммед Ильяс ибн Юсуф, известный под псевдонимом Низами Гянджеви, родился около…
Посмотреть комментарии