Вишапасар – Священная гора нахиджеванцев

Когда я был совсем мал, младшая из моих теток усаживала меня на нашем балконе в перевернутый стульчик и занимала игрушками. Не обращая особого внимания на красочные игрушки, я протягивал руку к висящему над горизонтом синему-пресинему чудесному “воздушному шару”…

“Игрушкой” моей мечты был Вишапасар – священная гора нахиджеванцев, бесподобная арка которой четко вырисовывалась в любом конце края и которая сегодня стала символом неизбывной тоски живущих на чужбине армян Нахиджевана.

Эта гора расположена между двумя провинциями – Ернджак Сюникского ашхара и Гохтн Васпураканского ашхара исторической Армении, у юго-западного подножия горной цепи Зангезура на водоразделе рек Гилан и Ернджак, в 20 км к востоку от города Нахиджевана, на высоте 2412 метров над уровнем моря.

Вид стройной колонны, возникающей сразу с плоскогорья, придает ей своеобразное величие и красоту, благодаря которым она властвует над округой. Вершина двуглава, скалиста и почти лишена растительности, местами увита кустами можжевельника, склоны изборождены резко очерченными ущельями и оврагами.

Французский путешественник Жан Батист Тавернье сравнил эту изумительную гору с французским Тенерифом, а католический священник Августин Бадженц – с испанским Монсерратом. В армянских первоисточниках она упоминалась под названиями Вишапасар, Оцасар, Ажданакан, Болу, Жених и Невеста, персы называли ее Кухэ Даак, Кухэ Заак, арабы – Аджданакан, туркотатары – Иланлу, Иландаг, Пландаг…

Образ этой горы сопровождал меня в детские и юношеские годы, он запечатлелся в моей младенческой душе как первое изумительное чувство красоты природы, восхищавшей меня своим великолепием и загадочностью с крыши церкви Святого Григора моего родного Азнаберда…

…И вот – видение видений… И я вспоминаю одну из слышанных об этой горе легенд, которую годы назад переложил на стихи.

В стародавние, древние времена, Когда всесокрушающий погибельный потоп Залил, покрыл весь Божий мир, Когда Всевышний излил потоп Глухой и страшной ярости своей На грешную голову Жалкого человечества, Когда по воле Бога Плыл Ной праотец На громадном ковчеге к Вершине спасенья, Новым грохотом в полночь Корабль был пронизан; Вздрогнул, ударившись О скалистую горную вершину, ковчег.

И Наапет, очнувшись ото сна,
В ярости проклял
Вершину зловещую,
Что крушила ковчег, который нес семена
Спасения жаждавшей жизни;
“Проклята будь, – сказал он, – пусть змеи живут
На безводных, бесплодных голых утесах твоих”.
И от страшного проклятья разверзлась гора,
Стала вишапом с пастью открытой…

… Много, много лет прошло с той поры,
На небесно-бирюзовых подступах страны Гохтан
Стоит гора – как громадный вишап,
Гора Оцасар –
Онa в древних веках
Называлaсь Вишапасар и Ажданакан;
На склонах ее весна расстилает зеленый бархатный ковер,
А на остроконечных утесах вершины нагой
В летний зной копошатся змеиные семьи,
Извиваются, ползают, мерцающей кожей сверкая,
Напоминая нам
О Ноевом проклятье далеком…

Вокруг Вишапасара (Горы Дракона) с самых дальних времен складывалось множество легенд и сказаний, которые, с некоторыми изменениями, переходили от поколения к поколению и дошли до наших дней. Часть легенд в своем “Авандапатуме” записал выдающийся фольклорист Арам Ганаланян, а часть помнят пожилые нахиджеванцы.

В одной из легенд рассказывается, что на Масисе жил Царь змей – с украшенной каменьями короной на голове. Раз в семь лет все змеи в округе приползали его проведать. Однажды Царь змей отправился на прогулку в своей огненной карете. По дороге карета налетела на какую-то гору и разделила вершину на две части.

С этого дня гора, которая напоминает голову змеи с раскрытой пастью, называется Оцасар (Змеиная гора). Согласно третьей легенде, на Оцасаре жили семь змей-братьев, которые такой крепкой любовью были связаны друг с другом, что если бы шестерых убили, седьмой преследовал бы убийцу и непременно отомстил за братьев.

Здесь жил также Царь змей со своими двумя братьями. Каждый день, когда солнце лило с неба огонь, он собирал своих подданных, они спускались к ручью, где пили воду и снова возвращались на склоны горы.

Одна из романтических легенд – об Оцасаре. Влюбленная пара, которая никак не могла соединиться, решила убежать в горы. Но когда преследующие родные догнали их, Бог превратил их в камень, и поэтому гора называется Жених и Невеста.

Еще одна легенда рассказывает, что Александр Македонский в одном из своих походов поместил женскую половину своего шатра на этой горе и поставил змей сторожить его. С этого дня на горе появилось множество змей.

Согласно другой легенде, на горе когда-то погибли десять тысяч храбрецов из Араратской страны, память о которых традиционно увековечивается ежегодной литургией и ритуальными обрядами.

А седьмая по числу, но далеко не последняя легенда гласит, что на Вишапасаре погребены мощи святых дев и в память о них построена часовня Кусанац (Девичья).

….Неповторимая картина раскрывается перед глазами: впереди на абрикосово-малиновом закате в разостланном прямо передо мной небесно-бирюзовом море высится мой Вишапасар – нависшей над всем горным краем Вайоц Дзора, Зангезура и Нахиджевана…

С несказанной тоской скользит мой взгляд от его величавой вершины к протянувшемуся вдоль плоскогорья подножию, где пытаюсь различить следы бывших здесь когда-то армянских деревень – Норашена, Крна, Порадашта, Хошкашена, Кзнута – родины Гарегина Нжде, Абракуниса, Апараннера – по заверению историка Аргама Айвазяна, родных сел родителей Тиграна Петросяна…

Худенький солдат, родом из Аштарака, протягивает мне бинокль, но я предпочитаю наслаждаться реальной картиной, поглощать взглядом и запоминать, прятать все в самых заветных уголках памяти…

“Величием Бога Халди Ишпуине сын Сардура говорит: Минуа сын Ишпуине завоевал страну города Арцине, завоевал страну города Арцикуме, завоевал страну города Иш…, завоевал страну города Аяниане, людей убил, изгнал. По возвращении поставил памятник Халди на горе Булуа.

Установил порядок: пусть Халди пожертвуют одного тельца – на горе Булуа”. Эту пятистрочную лапидарную надпись Араратского царства (Урарту) обнаружил 11 августа 1989 года на западном склоне Оцасара (вероятно, на месте этого памятника в дальнейшем была основана часовня Кусанац) московский археолог Валерий Игумнов, когда уже полностью был опустошен Нахиджеван и начался осуществляемый Азербайджаном на государственном уровне новый, более разнузданный этап уничтожения памятников армянской культуры…

… Дядя отвозит меня из летнего шалаша в горах в деревню. Конец августа, через несколько дней я пойду в школу. Мы скачем на нашем красном скакуне, и я двумя руками крепко вцепился в дядин кожаный пояс.

Вместе с то ускоряющейся, то замедляющейся рысью коня горы словно движутся вверх и вниз, вперед и назад, кружатся в хороводе. . Горы наши пестрые – черные и белые, розовые и абрикосовые, даже фиолетовые и сиреневые…

Разноцветный их хоровод прерывается мирным и спокойным видом ослепительно белой громадной горы – Анапата, потом – панорамой абрикосово-розовых утесов, которые, согласно легенде, не что иное, как окаменевшая века назад свадьба.

Отсюда уже видна наша деревня, тянущиеся по трем ее оврагам зеленые сады, дома с белыми кровлями, серовато-сизый дым, поднимающийся из тониров, где печется хлеб, и… самая чудесная игрушка моего детства, висящая на горизонте…

В тот день – накануне первого школьного дня я окончательно убедился, что Оцасар – гора, что горы, как и моря, озера и реки, издали кажутся синими и голубыми… И дядя показал мне тянущийся вдали блестящей синей лентой Аракс, горы Парспатуняц, которые были точно такого же цвета, как Оцасар… А позднее, годы спустя, я понял, что Вишапасар – моя гора, моя вечная гора, тысячелетний дух и символ моего рода, тайнопись его выживания и всемогущий ключ к его возрождению…

Артак ВАРДАНЯН  Перевод с армянского Анаит Хармандарян