За преданную службу Орбелянов и Прошянов монгольский двор предоставил им ряд привилегий, в частности, освободил по их просьбе от государственных налогов и податей религиозные центры области. В результате больших усилий местных князей, благодаря личным их контактам с ханами и другими высокопоставленными чиновниками ильханства сложилась относительно стабильная обстановка.
Исконные хозяева Сюника получили возможность уделять внимание также учебно-просветительным вопросам. Этому способствовало и то, что приютившиеся в Сюнике представители армянской интеллигенции здесь приобрели политическую свободу и возможность продолжать свою патриотическую деятельность.
«Армянское княжество сюникских Орбелянов,—пишут Т. Акопян и С. Мелик-Бахшян,—благодаря более или менее дружественным отношениям с монголами в XIII веке было одним из единичных армянских княжеств, стабильность политических основ которого дала возможность для непрерывного прибывания в Сюник из других частей страны людей науки и литературы»1.
По мере своих возможностей Орбеляны и Прошяны оказывали как моральную, так и материальную поддержку деятелям науки и просвещения, всячески содействуя основанию учебно-просветительных очагов в первую очередь в Вайоц дзоре.
В результате политических перемен и других положительных факторов именно Вайоц дзору суждено было стать одним из знаменитых уголков Восточной Армении, где начали бурно развиваться наука, искусство письма, литература, философия и естествознание, архитектура, миниатюра и, что самое главное, под сводами монастырей пробуждались национальные чувства народа.
Вероятно, и это обстоятельство имел в виду А. Г. Иоаннисян, когда писал, что в период монгольского господства «разрушались, опустошались города» и, наоборот, «воздвигались, благоустраивались монастыри»2, сыгравшие определенную роль в возрождении духовной жизни Армении.
Гладзорский Университет
В годы правления князя князей Тарсаича Орбеляна, в 1282 г., благодаря неустанным усилиям крупного ученого вардапета Нерсеса Мшеци, переселившегося из Тарона в Вайоц дзор, открылась Гладзорская школа Ахберц ванк. Этому заведению в скором будущем суждено было стать одним из крупных и авторитетных научно-учебных центров средневековой Армении. Основанный в пределах феодальных владений Прошянов, этот просветительный очаг притягивал к себе не только юношей коренной Армении, но и учащихся, прибывших из Киликии, Крыма, Грузии, Ирана и других стран.
Неоспорима та истина, что Гладзорский университет был основан в гаваре Вайоц дзор Сюникской области. Однако, к coжалению, до сих пор окончательно не выяснено конкретное местонахождение этого учебного заведения. Е. Лалаян, А. Аветисян, И. Гарибян5 и другие убеждены, что он находился у Танаатского монастыря (в Ехегнадзорском районе Армянской ССР).
целью выяснения данной проблемы археологическая экспедиция Ереванского государственного университета под руководством покойного профессора А. Г. Абраамяна и доцента И. Г. Гарибяна производила раскопки вокруг монастыря Танаат. При раскопках были обнаружены фундаменты множества примонастырских сооружений, однако найденный археологический материал, на наш взгляд, не убедительно аргументирует танаатскую версию Гладзорского университета.
Г. Бархударян8 и другие, вслед за Г. Овсепяном, считали, что этот прославленный культурный центр скорее находился в безопасном месте, а именно у подножия крепости Прошаберд9. Свою точку зрения они обосновали и тем, что первыми покровителями Гладзорского университета являлись Прошяны, резиденция которых находилась недалеко от указанной крепости, в поселке Сркгонк.
При исследовании этой проблемы необходимо считаться с рядом подробностей источниковедческого характера. Суть вопроса заключается в том, что в письменных источниках Гладзор упоминается наряду с Ахберц ванком. На наш взгляд, словосочетание «Ахберц ванк» означает не «монастырь братьев», а «Ахбюрнери ванк», т. е. «монастырь источников, родников», поскольку древнеармянское слово «ахбюр» в родительном падеже множественного числа имеет форму «ахберц-ахберац».
Однако на территории интересующего нас памятника нет значительных источников, за исключением еле заметных родничков, которыми так богато Армянское нагорье. Естественно, мы не игнорируем возможность истощения подземных вод. Но дело в том, что в Вайоц дзоре есть монастырь, основанный именно у подножия полноводных источников. Он расположен в четырех километрах к юго-востоку от села Алаяз, на плоской равнине высоких гор, откуда и по сей день вытекают родники прохладных пресных вод.
Здесь же находятся развалины монастыря «Гюлу булах» (по-азербайджански—«Источник роз»). Согласно дешифрованным нами надписям, церковь построена во имя св. Богородицы10. На хачкарах упоминаются имена ее покровителей и ряда дарителей, живших в XIII— начале XIV вв. Можно предположить, что именно этот историко-архитектурный комплекс
есть упомянутый в источниках Ахберц ванк, что вполне соответствует его географическому расположению. Если не так, надо полагать, здесь нами был обнаружен другой, ранее неизвестный памятник, возможно, Верин Нораванк (Верхний Нораванк), о котором сохранились многие сведения в памятных записях рукописей. Однако проблема эта может быть разрешена окончательно лишь после проведения здесь археологических раскопок.
В 1286 г. скончался великий Нерсес Мшеци. Его тело с почестями было похоронено под сводами монастыря Ахберц ванк. Кафедры Гладзорской школы были вверены достойному его ученику Есаи Нчеци, прославившему это учебное заведение. Новый руководитель Гладзорского университета пользовался большим авторитетом и популярностью. Еще при жизни его называли «просветителем армянской нации», «светозарным вардапетом», «великим рабунапетом» и т. д. В письменных источниках исследуемого периода Есаи нередко упоминается перед именами многих титулованных князей Сюника: «В годы преподавания великого учителя Есаи, при властвовании Буртела…», а иногда с именем рабунапета Давида, преподававшим «в Гладзорском университете…».
Есаи Нчеци руководил «вторыми Афинами» средневековой Армении—Гладзорским университетом до конца своей жизни.
За время шестидесятилетней деятельности15, как явствуют достоверные источники, этот крупный научно-учебный центр содержался на средства Прошянов и Орбелянов. В связи с этим, однако, возникает вопрос, почему историк Степанос Орбелян, являвшийся питомцем Гладзорского университета, в своей «Истории области Сисакан» ни разу не называет, это учебное заведение «Гладзорским» или же «Ахберц ванком»?
Это вызывает недоумение, тем более, что Степанос Орбелян, после окончания названного университета занимал высокую должность архиепископа-митрополита объединенной сюникской епархии и будучи в самых близких отношениях с Есаи Нчеци, не раз оказывал материальную помощь Гладзорскому университету и его преподавателям. Степанос Орбелян из тех наших историков, которые описывают даже незначительные события своего времени.
Вопрос этот в какой-то степени проясняется при анализе межфеодальных отношений Орбелянов и Прошянов в последней четверти XIII столетия. Это было бурное время, когда князь Прош повелел жителям своих подвластных деревень не признавать больше духовную власть епископов Татева и Нораванка, имеющих орбеляновскую ориентацию, и не платить им церковную десятину.
С целью претворения в жизнь своих намерений в Ернджаке он обосновал независимую от Татева и Нораванка епархию, назначив некоего епископа Ованнеса главой нового епископата. Естественно, князю Тарсаичу не было выгодно подобное разделение духовного престола, возглавляемого сыном Степаносом, и он всячески стремился воспрепятствовать раскольническим намерениям Проша Хахбакяна.
Конфликт, возникший в форме религиозных споров, был фактически борьбой за власть и суверенитет. Как можно было ожидать, в данной ситуации эта неприкрытая борьба завершилась полным поражением Проша Хахбакяна и его сторонников. Анализируя процесс этой междоусобной борьбы, можно заключить, что в данном случае была исторически оправдана позиция Орбелянов, противостоящих центробежным устремлениям Прошянов. Энергичные усилия первопрестольного князя Тарсаича не допустить раздробления края, как уже отмечалось, на первый взгляд носили не политический характер. Отсюда напрашивается и вывод о том, что Степанос Орбелян умышленно не упомянул о великих деяниях прошяновских князей в области просвещения.
Известно, что гладзорское учебное заведение первоначально содержалось только на средства упомянутого рода. Однако в дальнейшем в период княжения Тарсаича, Эликума Буртела Великого, попечителями Гладзорского университета стали Орбеляны, хотя, как явствуют источники, при Амир Хасане и Эачи Прошяны не прекращали свою материальную помощь и моральную поддержку Гладзору.
одной из своих работ, написанной в 1323 г. с целью увековечения памяти основателя Гладзорского университета Нерсеса Мшеци, Есаи с благодарностью упоминает имя Буртела, назвав его «великим князем князей Сюникского дома», «благочестнейшим, храбрым и всегда побеждающим». Есаи подчеркивает, что многие учащиеся смогли приобрести у Нерсеса «теоретические и практические премудрости» благодаря помощи Орбелянов, спарапета Буртела, супруги его Вахах, сыновей Бешкена и Иванэ, которые, по словам ученого, являлись представителями знатного и славного рода Орбелянов, отличались своими совершенными «доблестными делами». Благодаря Буртелу Великому, согласно Есаи, пришел «мир нам и всем церквам Христа…».
Как уже отмечалось, после смерти князя Проша некогда могучий род Прошянов вынужден был признать власть великого князя Орбелянов. Подобное отношение вассальной зависимости мы видим в годы правления Буртела Орбеляна, ставшего усердным покровителем Гладзорского университета. «Мы с нашими учениками,—пишет Есаи Нчеци,—получили от них (Орбелянов.—Г. Г.) щедрое милосердие и неисчисляемые блага». «Нас странников собрали они воедино и приютили с любовью и милостью не как инородных детей, а как родных» (подчеркнуто нами.—Г. Г.) Далее Есаи упоминает двух знаменитых деятелей из рода Орбелянов: сюникского митрополита Ованнеса Орбела и архиепископа Степаноса-Тарсаича, поскольку гладзорцы также «наслаждались их милосердием и заботой» (подчеркнуто нами.—Г. Г.).
Гладзорский университет постоянно привлекал внимание ученых и неоднократно был предметом специального изучения22. Выяснено, что по своим учебным программам, научно-педагогическому составу, высокому уровню преподавания Гладзорский университет не уступал аналогичным высшим учебным заведениям обсуждаемого периода.
Несмотря на щедрые подношения и заботу сюникских вельмож, преподавателя и учащиеся Гладзорского университета не были материально обеспечены и находились в довольно тяжелых условиях. Даже маститый руководитель университета Есаи Нчеци жаловался, что живет «в тесной и узкой комнате»24. Талантливый архитектор-миниатюрист Момик упоминает о своем жилье, которое «ни к чему не годится»25. Особенно же тяжелым было материальное положение учащихся, приезжающих сюда из далеких городов и сел.
памятной записи, написанной в стихотворной форме в 1314 г. Мхитаром Ерзнкаци, отмечается, что хотя духовные лица из рода Орбелянов, и, в частности, архиепископ Степанос-Тарсаич, «сочувствовали» и «помогали им», стремясь создавать для гладзорцев «все блага», все же учащиеся на протяжении семи-восьмилетнего обучения находились в постоянной нужде:
Дни холодные и морозные,
Крыша высокая, нет огня,
Хлеба черствые и нет похлебки.
И что это за Гладзор?
притеснен—нет выхода, Я—странник и нет клобука.
При всем этом преподаватели и слушатели Гладзорского университета продолжали свое священное дело. Благодаря им в Армении получили бурное развитие литература, искусство письма, миниатюра, архитектура, скульптура, а также математика, естествознание, геометрия, астрономия и другие отрасли науки.
За годы своего существования гладзорское учебное заведение дало 360—365 выпускников, в числе которых прославились своими трудами историк Степанос Орбелян, философ Ованнес Воротнеци, поэт Хачатур Качареци, писатели Тиратур Киликеци, Киракос Ерзнкаци, Мхитар Саснеци, Степанос, Матевос, оба Саргиса, Симеон, Овасап, Ованнес, Вардан Киликеци, Мкртич Техенаци, Ованнес Ерзнкаци (Цорцореци), Воскан, Погос Киликеци, Аракел Ахбатеци, Карапет, Мхитар Ерзнкаци, Акоб Тагораци, Ефрем, Торос, Кюрион, Нерсес Саснеци, Давид Геткеци, Унан, Григор, Торос Таронаци, архитектор, скульптор и миниатюрист Момик и другие.
Имя известного зодчего Момика непосредственно связано с подлинным расцветом архитектурной мысли средневековой Армении. Великолепные сюжетные рельефы храмов Нораванк и Спитакавор, «созданные Момиком в начале XIV века, не имеют себе равных в армянском искусстве этой эпохи».
Общенациональной славой овеяны имена великих мыслителей Ованнеса Воротнеци и его ученика философа Григора Татеваци, жизнь и деятельность которых рассматривается в разделе «Татевский университет». Примечательно, что во второй, половине XIII и первых десятилетиях XIV столетий высокого уровня достигли архитектура и скульптура, в особенности, искусство обработки камня. Это дает нам основание предполагать, что в Гладзорском университете читался специальный курс по архитектуре и скульптуре. Вероятно, здесь преподавали придворный зодчий Орбелянов Сиранес, а затем талантливый ученик его Момик.
Множество работ, созданных или переписанных выпускниками Гладзорского
университета Тиратуром Киликеци, Погосом, Паронлуйсом, Зуатом, Давидом
Генткеци33, Нерсесом Саснеци34, Давидом Ахбатеци35 и многими другими, дошло до нас и
занимает почетное место в Матенадаране им. Mecpoпа Маштоца36 и других крупнейших
книгохранилищах мира. В конце 30-х годов XIV столетия в политической жизни
Древнеармянская миниатюра. Альбом. Ереван, 1952, она же. Очерки изобразительного искусства средневековой Армении М., 1979, с. 113—116, 265, 267. На основании надписей Галидзора (Свод, т. 2, с. 52) и Нораванка (Свод, т. 3. с. 234а, надпись № 765) С. Г. Бархударян предполагал, что зодчий Сиранес был уроженцем Галидзора (см.: Бархударян С. Г. Средневековые армянские архитекторы…, с. 75).
Сисакан, с 133, см. также: Манандян Я. А., Ачарян Гр. Новые apмянские мученики, с. 120; Орманян М. Азгапатум, т. 1, с. 1838. Хахбакяны, т. 1, с. 199. Сисакан, с. 134. Каталог армянских рукописей Б Венеции, т. 2, с. 857—859.
Трудами учащихся Гладзорского университета являются ныне хранящиеся в Матенадаране рукописи под номерами: 206, 253, 437, 560, 749. 844, 1094. 1097, 1141, 1275, 1409, 1419, 1422, 1657, 1681, 3383, 3606 и многие другие ильханства произошли значительные перемены, пагубно отразившиеся на социально-правовых отношениях подвластных монголам народов. Вследствие экономического кризиса и нестабильной обстановки страны прекратил свое существование Гладзорский университет. Эта участь постигла его главным образом в силу нижеследующих конкретных причин.
Изменения прежнего лояльного отношения правящих кругов к христианским народам в связи с официальным принятием ислама в качестве государственнной религии.
Ослабления военно-экономической мощи Сюника в результате междоусобиц и раздробления княжества после назначения Буртела Великого эмиром монгольских столиц Султании и Тебриза. Однако сам этот факт имел парадоксальные последствия: князь Буртел, вероятно, не мог или был не в состоянии содействовать укреплению могущества своего княжества. Несомненно при этом, что если бы он сам или же его сын— полководец Бешкен—остались в родном краю, Гладзорский университет, по всей вероятности, продолжил бы свою деятельность.
Усиления широкой и влиятельной пропаганды униторов римско-католической церкви, поглотившей многих ведущих просвещенных деятелей Восточной Армении, в частности, Гладзорского университета. И, наоборот, ослабления рядов патриотически настроенного консервативного крыла армянского духовенства. Вынужденной эмиграцией из родной страны значительной части дворянских семей и широких слоев коренного населения.
Отрывок из книги: «Очерки истории Сюника»
Читать также: Восстание князей Орбели и его последствия, Сюник XII век — Вторжение турок-сельджуков, Обоснование Орбелянов в Сюнике, Сюник — Период монгольского господства, Восстановление Сюника при Прощянах и Орбелянах, Социально экономическое положение Сюника
