Одна из вершин армянской литературы – Хачатур Абовян

«Любовь и мир всем народам и племенам даруют благоденствие». Последнее предложение из книги Хачатура Абовяна «Раны Армении».

Кому нужны юбилейные даты, юбилейные праздники? «Юбилярам», — ответит иной читатель. Нет, не только и не столько самим юбилярам, сколько их потомкам и последующим поколениям, если, конечно, юбиляр оставил заметный след в культуре, науке, да и вообще — в биографии своего народа.

Есть общепринятые «круглые» юбилейные даты: 50, 75, 100, 150 и т.д. Но в энциклопедии почти каждого народа есть личности, говорить и писать о которых хочется, — да что хочется — необходимо говорить, не дожидаясь этих привычных «круглых» дат.

Одной из таких личностей у армянского народа является Хачатур Абовян, фамилией которого названы улицы, школы, город; а имя его носят тысячи мальчиков, юношей и мужчин на разных меридианах земного шара. Прочтя книги своего однофамильца, а может, дальнего-предальнего родственника, пусть они лучше узнают, с каким именем они проживают свой век.

…Ровно 195 лет тому назад, 15 октября 1805 года, в маленьком селе под боком у Еревана (тогда — Эривана) родился Хачатур Абовян. Малограмотный его отец отправляет сына на учебу в Эчмиадзин, где он в течение шести лет читает только церковные книги. Позже он уезжает из Эчмиадзина в Тбилиси и продолжает свое образование в семинарии Нерсесяна.

Там его учителем становится один из просвещенных людей того времени — Арутюн Аламдарян, яркий представитель передового общественно-политического течения, проводник демократической русской литературы, близко знавший Александра Грибоедова. В год окончания семинарии (1826) началась русско-персидская война, в конечном счете вернувшая Армении значительную часть ее земель.

Абовян высоко оценил освободительную роль России, что выразил в своем стихотворении «Радостные чувства благодарных армян…»

Будучи свидетелем освобождения части своего народа от многовекового шахского гнета и видя, как армяне-крестьяне вливались в добровольческие отряды ополченцев, помогая русским войскам, Хачатур Абовян уже тогда начал собирать материалы для написания самого значительного своего произведения — романа «Раны Армении».

Возвратившись в Эчмиадзин, он занимается переводами и научными исследованиями. И случилось так, что сюда осенью 1829 года приехал профессор Дерптского (ныне город Тарту в Эстонии) университета Фридрих Паррот, собирающийся совершить восхождение на гору Арарат.

Тогдашний Католикос Епрем предлагает своему смышленому 20-летнему секретарю Хачатуру Абовяну сопровождать профессора в его акции. 27 сентября 1829 года они поднимаются на вершину Арарата.

Профессор Паррот, симпатизируя юноше, позже помог Хачатуру поступить в Дерптский университет, где он усердно совершенствовал свое образование: изучал иностранные языки (немецкий, французский, английский), общественные и естественные науки.

Он прожил там до 1936 года. Отказавшись остаться в Европе, он отрекся от монашеского сана, женился на немке Эмилии Лоозе и привез ее в родной Канакер. Получил должность инспектора уездных школ Еревана, продолжая преподавать в школе, обучая грамоте крестьянских детей.

Просветительство, по мнению педагога и писателя Хачатура Абовяна, должно было способствовать освобождению от средневековой отсталости и рабства.

А этого, по его мнению, можно было достичь при братской помощи православного русского народа.
«В сердце каждого армянина — тысяча вонзенных мечей, — писал он. — Армянской нации грозит или огонь, или меч, или истребление, или разграбление».

Все свои наблюдения, взгляды и свои философские воззрения он выразил в прекрасном романе «Раны Армении». Ясность мысли и доступность языка сделали это произведение всенародно любимым и читаемым. Не случайно Х. Абовяна считают родоначальником современной армянской классической литературы.

Вот что о нем говорил Аветик Исаакян: «…Роман «Раны Армении» является национальной эпопеей, дышащей силой и гордостью, и хвалебной одой удовлетворенного и спасенного человека со слезами радости, с восклицаниями благодарности и благословения».

Это помнили и чтили наши деды и отцы, но хотелось, чтобы об этом знали и чтили наши дети и внуки. И не обязательно по «круглым» юбилейным датам.

Роберт Баблоян