Опубликовано: 3 Декабрь, 2017 в 0:28

Армения – страна гнозиса III

Армения – страна гнозиса IIIОкончание, начало читай ниже. То, что катаризм не только не умер, но и переживает сегодня возрождение, красноречиво говорят современные российские авторы Д. Соколов и Н. Чернопащенко в статье «Катары — религия жизни».

«За последние несколько веков люди написали и продолжают писать горы книг, посвященных катарам и катаризму, но так никто до сих пор не смог разгадать их тайну и понять до конца это суровое, но стоящее на более высокой ступени развития религиозно – философское учение.

Возможно, одной из причин возобновления интереса к учению Совершенных является неосознанное инстинктивное желание современной молодежи обрести стабильность и силу, которую дает катаризм, отстоявший и сохранивший свои ценности и моральные установки несмотря на гонения и войны, разграбления «цивилизованными» правителями катарских святынь и казни последователей.

И насколько актуальными выглядят сейчас принципы катаров: перед лицом загрязнения окружающей среды, угрожающей уничтожить природу, следует бережно относиться к растениям и животным, необходимо контролировать рождаемость, дабы избежать демографических потрясений; эгоцентризм личности побеждается только жизнью среди людей и ради них…… и наконец, самое главное – перед лицом уродливого противозаконного порядка, установившегося в мире, нужно и возможно научиться бескомпромиссной борьбе со злом и несправедливостью, которая даст возможность каждому почувствовать себя ЧЕЛОВЕКОМ, свободным от того произвола, который в современных государствах называется гордым словом Закон.

В чем же заключается загадка и актуальность катаризма? До конца на этот вопрос никто не сможет дать исчерпывающего ответа, но одна из величайших загадок состоит в том, что в их учении крайне пессимистичное отношение к миру настоящему уживается с непоколебимой верой в наступление мира справедливости и света.

Верующий любого из ортодоксальных направлений христианства видит подтверждение существования Бога в красоте и гармонии природы и человека. Катаризм же не видел ничего гармоничного и красивого в окружающем низменном мире и считал его творением Злого Демиурга, который отошел от правильного пути из-за ослепившей его гордыни. Катары черпали свою уверенность в наступлении Царства света в непосредственном видении нематериальных сфер.

Именно оно придавало последователям этого учения сверхчеловеческую духовную силу, позволявшую им противостоять гонениям и нападкам со стороны официальных властителей как светских, так и церковных.

Всю жизнь катары тренировали тело и ум, занимаясь таинственными упражнениями, позволявшими им постепенно покидать чувственный и видимый мир и перемещаться в недоступную обычным смертным, задавленным изнутри своими низменными интересами и эгоизмом и загнанными снаружи несправедливостью и гордыней правящих кругов, сферу Познания, то есть туда, где царит разум и происходит просветление души, где они могли созерцать «новую землю и новое небо».

Наверное, именно по этой причине один из катаров сказал: «Истинным христианам огонь не страшен, он не нанесет им вреда…». И 16 марта 1244 года около двухсот адептов катаризма, держась за руки и распевая свои гимны, добровольно взошли на костер.

Таким образом, загадка катаров имеет в своей основе эзотерическую природу. Именно по этой причине до сегодняшних дней никто так до конца и не может разгадать тайну, позволявшую катарической церкви день ото дня процветать все больше и больше, в отличие от ортодоксальных течений христианства, а зависть к этому процветанию заставляла врагов катаризма снова и снова со все нарастающей силой стараться уничтожить катаризм, а заодно и утонченнейшую культуру, воспринявшую их учение.

Дворянское сословие и горожане были равны, о чем свидетельствует заключение межсословных браков; отсутствовало крепостное право – крестьяне были лично свободными людьми. При этом люди недворянских сословий могли повысить свой статус. Окситанская культура находилась на высочайшем уровне, и слава о ней и, в частности, об искусстве окситанских трубадуров шла по всей Европе.

В Окситании были уничтожены многие предрассудки: женщины не были низшими существами, наоборот они были весьма почитаемы во всех сословиях. Окситания была весьма гостеприимным краем, и любой иностранец мог свободно поселиться там и стать ее полноправным гражданином.

Снисходительность катаров к людским слабостям, признаваемое ими равенство женщин с мужчинами, щепетильное отношение к человеческой личности и ее свободе, их суровая мораль, требования которой они соблюдали прежде всего по отношению к самим себе, — все это, с учетом того, что большинство Совершенных были окситанцами и проповедовали на местном языке, полностью соответствовало тем общечеловеческим ценностям, которые господствовали в то время в окситанском обществе, сумевшем в самый разгар средневекового невежества и репрессий инквизиции достичь такого высокого уровня культуры, какого вся остальная Европа достигла лишь в эпоху Возрождения»[19].

Удивительно, как мало написано о той роли, которую армяне играли в мировой культуре, даже после их изгнания из своей страны.

Но за что их изгоняли из Армении? Не только за то, что во всем ХХ веке считалось привилегией образованного человека, например, умение диалектически мыслить, что предполагает представление мира в двоичности противоположностей.

Если продолжить это сравнение, то надо допустить, что все кандидаты наук, обязательно сдающие экзамен по диалектике, все естественнонаучные ученые, признающие биполярность мира, будут изгнаны из сегодняшней Армении представителями ААЦ за их дуализм?

Но вернемся к нашей гипотезе и констатируем как факт единство и противоречивость двух взаимодополнительных социальных форм – общинной, самоуправляющейся, предполагающей равенство ее членов, диалогичность общения и координации действий, и второй – жестко иерархической, принудительно подчинительной, непререкаемо властной.

Армянство, проходя длительный исторический путь, эволюционировало как в своем интеллектуальном опыте, так и в социальных формах. Будучи народом первопроходцем, оно раньше всех дифференцировало различные модусы своего бытия, но отсутствие умной управляющей элиты, не позволило осознать силу своей многообразности и сохранить широту социального опыта.

Это резко сузило идентичность армян и привело к выталкиванию наиболее интеллектуально развитых представителей за пределы нации. К горькому сожалению, во времена Средневековья наука, научные институты и научное образование отсутствовали. Иначе, павликиане и катары заполнили бы все поры научной деятельности.

Другая сторона армян – воинственность, военная дисциплина, иерархическое соподчинение, умение беспрекословно подчиняться и повелевать – получили большее развитие. Всем известен военный и полководческий талант армян, многие термины, обозначающие армию, имеют в основе начало «арм».

По Себеосу создается впечатление, что кроме армян, никаких воюющих армий и не было. Армяне-полководцы и воины в составе персидской армии воюют с армянами-полководцами греческой армии, те же армяне воюют уже в составе арабских армий с армянскими же армиями и т.д. и т.п. Очень поучительная история, свидетельствующая об изначальной универсальности нашего мировоззрения, которое, к сожалению, было ужато в последующие века.

* * *

Истоки павликианских идей надо искать не во влиянии парфянского мыслителя Мани, последователя секты мандеев ( в некоторых текстах он упоминается как Мани Хай), а во всей сумме идей Малой Азии, Междуречья, древнего Египта, — области, которая была ойкуменой для армян.

Пифагор, халдей из Финикии, собравший и аккумулировавший многие из знаний того времени, наиболее близок к тому течению, которое позже вылилось в катаризм. Именно пифагореизм лежал в основе широкого, уже философско-религиозного течения — гностицизма[20].

Гностицизм был необыкновенно ярким религиозным и философским явлением первых веков христианства, особенно сильно проявившимся во II веке. Гностицизм не был чем-то единым, это было несколько мистических учений, корни которых отыскиваются ещё в пифагорейско-халдейских учениях.

Как говорит о гностицизме Ю.Николаев: «Его традиции восходили к сокровенным учениям, к таинственным братствам; его миросозерцание было в тесной связи с неопифагорейством, с таинствами орфизма. То было чисто эллинское христианство, чуждое родства с иудейским духом.

Откровение, сосредоточенное ярким лучом света на Личности Иисуса Христа, оно принимало как новое знамение мировой тайны, блеснувшее на пути религиозных откровений, на пути, уже знакомом древней мистике”[21]. «гностицизм был не случайным и временным явлением в истории христианства, а выражением глубоких и никогда не забытых вопросов христианского сознания”[22].

Гностицизм является скрытым ядром христианства. Например, современный перевод с арамейского общеизвестной молитвы «Отче наш» обнаруживает во фразе «Но избави нас от лукавого!» следующее толкование:

«Но освободи нас от незрелости не пребывать в Настоящем!». Не пребывать в настоящем — это значит пребывать либо в прошлом, будучи погруженным в воспоминания, либо в будущем, пребывая в мечтах.

Это означает, что мы еще не научились руководить своим умом. Именно наш беспокойный ум нас отправляет либо в прошлое либо в будущее! Вот кто является лукавым – наш беспокойный ум! Полное соответствие древнему учению о гнозисе.

Еще один фрагмент: в новом переводе звучит — «Пусть наши следующие действия произрастают отсюда». Это и есть закон причины и следствия, выраженный в понятии кармы, которое было известно армянам еще до Платона.

Таким образом, гностицизм – это наиболее близкое, а может и сугубо почвенное мировоззрение в древней дохристианской Армении, что зафиксировал уже Платон в V веке до н.э. в известном своем произведении «Государство»[23].

(Интересно, что по поводу Ара, сына Армения, о загробном путешествии которого ведет речь Платон, в Евангелии от Луки (3, 28) сказано, что Ара — предок Иосифа-плотника. Климент Александрийский отождествляет его с Зороастром, сыном Армения, памфилийцем (Stromat. V, гл. XIV, 103, 2—4, St-Frucht). Не случайно, павликиане предпочитали вместо креста знак свастики.

Понятно, почему павликиане отвергали Ветхий завет. Помимо присущего им аскетизма и презрения к духу золотого тельца, павликиане никак не могли признать первородным грехом Адама вкушение яблока с древа познания. Наоборот, именно познание они считали наивысшей ценностью и доблестью человека.

Как известно, М.Вебер считал, что рост капитализма связан с этикой протестантских движений. Но познакомившись с основными идеями этих движений, остается только удивляться, как мог М.Вебер вывести отсюда прямо противоположное заключение?

Таким образом, пифагореизм – единственный в своем роде феномен, который на протяжении всего существования античной философии играл роль подводного течения и, никогда не становясь доминирующим, всегда присутствовал в качестве фона.

Кстати, и на судьбе Пифагора лежит печать миграционных потоков. Выходец из Тира, после долгих путешествий по халдейским общинам он обосновывается в Кротоне, где применяет свои знания к социальной и политической жизни.

30 лет прожил Пифагор в Кротоне. За это время ему удалось осуществить то, что оставалось мечтою многих посвященных: он создал поверх политической власти мудрую власть высшего знания, подобную древнеегипетскому жречеству.

Совет Трехсот, созданный и возглавляемый Пифагором, был регулятором политической жизни Кротона и распространял свое влияние на другие города Греции в течение четверти века. Но ничто так не раздражает посредственность, не вызывает зависть и ненависть, как владычество великого ума.

Мятеж против правления аристократической партии, вспыхнувший в Сибарисе, явился началом гонения на пифагорейский союз. Многие из учеников погибли под обломками пылающего здания школы, другие погибли голодной смертью в храмах. О времени и месте смерти самого Пифагора достоверных сведений не сохранилось.

Воспоминания о Великом Учителе и его учении были сохранены теми немногими, которым удалось бежать в Грецию. Мы находим их в «Золотых Стихах” Лизия, в комментариях Гераклита, в отрывках Филолая и Архита, а также в «Тимее” Платона. Прекрасная стройная система, данная миру Пифагором, никогда не была забыта. Она стала основой метафизики Платона, возродилась в Александрийской школе, в трудах многих позднейших античных философов.

«Блаженство есть знание совершенства чисел души», говорит Пифагор. Торжеством пифагорейской традиции является современная наука, особенно открытие ею законов филотаксиса, продемонстрировавших, что действительно, числа правят миром.
Армения унаследовала эту традиция.

Она всегда была страной знания, страной ученых. И не надо с фонарем под солнечным светом и наморщенным лбом искать армянскую идентичность. Она нашла ее несколько тысячелетий назад и, слава богу, никогда ее не теряла. Поэтому она и есть.

Автор: А. Торосян — Россыпи Армянской Цивилизации

Армения – страна гнозиса Часть I 

Армения – страна гнозиса II

Источники:

[19] Соколов Д., Чернопащенко Н. «Катары — религия жизни». http://www.ldbp.ru/text/chernop/katar.htm

[20] См. Р. ван ден Брук. Катары – средневековые гностики? Пер. с английского по изданию: GNOSIS AND HERMETICISM FROM ANTIQUITY TO MODERN TIMES. N.-Y., 1998, pp. 87 — 108.

[21] Николаев Ю. В погоне за Божеством. Спб., 1913, 480 с., с.126.

[22] Там же, с. 277.

[23] Платон. Собрание сочинений в 3-х тт. Государство, Т.3 (1), кн. 10. Миф о загробных воздаяниях. — М., 1971 г.


ПОХОЖИЕ ПУБЛИКАЦИИ

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *