Армяне с китайцами знакомы давно. То, что Хоренаци приписывал Мамиконянам китайское происхождение и достаточно точно описал местоположение их “родины” и её богатства, указывает на хорошую осведомлённость о них. К тому же, армяне, судя по всему, хорошо относились к китайцам. Мовсес Хоренаци называет ченов “самым миролюбивым из всех народов”.
Кроме того, армяне активно участвовали в торговле на Шёлковом пути, а первый европеец, добравшийся до Китая через Среднюю Азию и Индию, иезуит Бенто де Гоиш, взял с собой компаньона – армянина Исаака из Лахора, который провёл его по территории. Да и сам Бенто облачился в армянский купеческий костюм, чтобы его пропустили в Китай. Иссак позже послал иезуитам сведения о путешествии, в связи с кончиной Бенто по пути. Им же удалось доказать, что Марко Поло под Катаем упоминал именно Китай. Но есть ли у китайцев сведения об армянах в более ранний период, в древности?
Китайские и корейские картографы пользовались данными персов для описания Передней Азии. Значит, они никоим образом не могли не упомянуть Армению. В “Хоу Ханшу”(Поздней истории Хань) упоминается государство Аман, находящееся западнее Аньши и восточнее Сибина. Аньши давно определена, как Аршакидское царство, Парфия, так как она упоминается крупнейшим государством. По поводу Амана и Сибина были споры. Изначально Аман считали городом Экбатаны(Хамадан), а Сибин – Ктесифоном.
Однако вскоре появилось предположение, что под Аманом имелась ввиду Армения. Схожим образом Армению ныне называют китайцы, как Ямейния. Отсутствие Армении в источниках аргументировалось, что, мол, китайцы сливали Парфию и Армению в одно целое из-за одной династии, но это сомнительно, учитывая роль Армении как переплетения торговых дорог. Китайцы не могли не знать об этой стране.
Японские исследователи Огава и Миядзаки разрешили вопрос Амана и Сибина тем, что определили их как Армению и Софену соответственно. Это разрешило бы спор об их местоположении, однако не все авторы с этим соглашаются. С Аманом связывалась также некая горная цепь. Скорее всего, это либо Кавказ по соседству, либо Тавр, что, в любом случае, близко к Армении.
В другом источнике, “Xiyu Diming”, упоминается страна Ямей. Это также близко к Ямейнии позднего периода. Проблема только в географии: местоположения Амана и Ямея не так уж и близки, но и не нужно всецело доверять географии древности, часто некорректной в плане масштабов и расстояния.
В монгольский период упоминания Армении должны быть очевидными. Поезда Хетума I в ставку хана, помощь монголов в борьбе с тюрками-сельджуками – армяне уж точно были известны к тому времени не только монголам, но и китайцам. В “Хонил гангни йеокдае гукдо йидо”(Карта территорий Одного мира) картографа Жу Сибена упоминается два топонима, близких к армянскому: Алими и Алумалие. Алими была южнее Дербента, а Алумалие северо-восточнее Средиземного моря.
Упоминание близких топонима Алими/Алумалие отдельно приводит к предположению, что под Алими разумеется Великая Армения, а под Алумалие – Киликийская. По местоположению они сочетаются.
Мусульманские источники, переведённые китайцами, конечно, дают более точные определения. В “Huihui Yaofang” упоминается “hazha’er A’ermani”. “Hazha’er” здесь от арабского “hajar” – камень. То есть, “армянский камень”. Также упоминается и “A’ermani ni” – “армянская грязь”. Скорее всего, под камнем и грязью разумеется армянская глина, используемая в целебных целях. Знание китайцами Армении с медицинской стороны доказывает факт тесных контактов и взаимоотношений.
Таким образом: Аман, Ямей, Ямейния, Алими/Алумалие, Эрмани – всё это упоминания Армении на разных китайских картах. В связи с тем, что китайцы черпали данные из разных источников, Армения и упоминается таким широким разбросом терминов. Однако их местоположение вполне сочетается и, суммировав все данные, мы приходим к выводу, что контакты армян с китайцами были не просто тесными, но и уходили в самые глубины веков.
Артур Акопян – Антитопор
