Опубликовано: 17 ноября, 2021 в 21:04

Шмавон Мангасаров — Судьба художника

Много раз я искала о нём хоть какую-то информацию в интернете, теперь, на одном из сайтов нашла.
Он родился в 1907 году в Баку, в купеческой армянской семье. Отец его построил в центре города двухэтажный особняк с магазином на первом этаже. Ш. Ш. Мангасаров закончил Азербайджанский художественный техникум, стал одним из учредителей Азербайджанского общества работников революционного искусства, а позднее — заслуженным художником Азербайджанской ССР.

О его юности известно немного. С середины 1920 — х годов он начал участвовать в выставках. Его картинами восхищался Максим Горький и печатал их в журнале «Наше достижение». Но в 1930 — е годы критики стали обвинять Мангасарова в том, что он не вписывается в соцреализм и его работы, вместе с картинами Аристарха

Лентулова и Петра Кончаловского даже хотели уничтожить. В июне 1941 года Бакинский военный комиссариат призвал его в армию, где в феврале 1943-го он попал в 531 — й батальон аэродромного обслуживания в звании ефрейтора, был в должности стрелка. А в мае 1945-го года Мангасаров был представлен к медали «За боевые заслуги».

Кроме стрелка он работал и художником. Создавал рисунки, плакаты, лозунги. После войны Шмавон Мангасаров возглавил Союз художников Азербайджанской ССР. Его мастерская находилась в фамильном доме, где надстроили ещё один этаж.

Я несколько раз встречала Мангасарова на Торговой улице в Баку. В толпе он был очень заметен. Пожилой мужчина, с внимательным взглядом, с седой бородой, в кепке, в тёмном пальто и в руках у него, неизменно, была плетёная авоська — сеточка, а в ней хлеб и бутылка молока или кефира.

Здесь я остановлюсь и хочу рассказать небольшую историю нашего с ним знакомства. Летом, 1987 года, я, недавняя выпускница худ-графа, попала на юбилейную — к. 80 — летию персональную выставку Шмавона Григорьевича Мангасарова.

Вхожу в зал республиканского Союза художников и вижу, в углу, за столиком сидит Мангасаров. Он подозвал меня, представился и попросил после просмотра обязательно к нему подойти.

Я стала смотреть картины, их было много. Ранние его работы были написаны в стиле соцреализма. Но при этом лишены того пафоса, свойственного этому стилю. Возможно потому, что были небольших размеров и на бытовую тему, довольно камерные и приятные. Затем я увидела другие его работы, где его стиль стал меняться и стремительно приближаться к более плоскостному, лаконичному и, в дальнейшем, несколько декоративному изображению. Большого художника отличает способность к развитию и изменению стиля на протяжении всей жизни.

Меня поразила работа «Прения после доклада» Небольшой, для такой темы, формат, где изображены люди без деталей. Очень обобщенно, но, в то же время, было понятно — горячо спорящие. Ещё меня удивил его Ленин. Я такого Ленина не видела нигде и никогда. Обычно его изображали не высоким, коренастым, такими рубленными объёмами. Но тут был человечек с нежным румянцем на щеках, рыжими волосиками. Выглядел он каким-то сказочным, немного лубочным.

Помню портрет «Солнечная ласточка Азербайджана». Работа была плоскостная, на которой изображена стюардесса с чёрными глазами, алыми губами и румянцем, на ярко — жёлтом фоне. Помню его портреты разных героев труда, хлопкоробов, ткачих и т. д. Он писал их обобщенно, плоскостное, декоративно, лишая каких-то подробностей и от этого они становились монументальнее. Самые поздние работы были больших размеров и локальных тонов. Мангасарова называли бакинским Матисс ом. В его работах было что-то близкое к французскому постимпрессионизму.

Я была под большим впечатлением от работ и подошла к нему. Когда стала выражать ему восхищение и благодарность, он попросил меня написать отзыв. «Напишите, пусть читают!» — сказал он, кивнув в сторону кабинета секретаря СХ.

Он спросил меня, чем я занимаюсь и я ответила, что художник. Мангасаров обрадовался и сказал :»Как это прекрасно, что вы девушка и вы художник!» И поцеловал мне руку. Должна заметить, что у Мангасарова была очень правильная, грамотная русская речь. Такая речь отличает людей, родившихся до революции. На следующий день я снова пришла и привела с собой подругу Елену Григорьян.

И всё повторилось, мы написали отзывы(я во второй раз), Шмавон Григорьевич подарил нам буклеты.
В 1988 году я навсегда уехала из Баку. Что стало с Мангасаровым, не знала.

Только спустя почти тридцать лет, кое-что мне начало проясняться. Оказывается, в январе 1991 года его, заслуженного художника Азербайджана, выкинули из дома, едва не убив.

В квартиру Шмавона Григорьевича ворвались националисты, стали жечь его картины и издеваться над ним. По соседству находилась в этот момент Наргиз Халилова — директор Дома-музея Узеира Гаджибекова. Она вмешалась и не позволила уничтожить старика и картины.

В одних тапочках, без верхней одежды, они выгнали его на улицу. Его подобрал, случайно проезжающий мимо на легковой машине молодой азербайджанец. Потом был паром, на котором беженцев переправляли сначала в Красноводск, а потом кого куда. Мангасаров попал в Москву к Таиру Салахову, и попросил отправить его в Армению. Салахов помог.

Шмавон Григорьевич оказался в пансионате «Арзни». Там было очень много беженцев, некоторым приходилось спать на полу. Старик всем говорил, что он художник и ему нужны краски. Но люди решили, что он потерял рассудок из-за произошедшего.

Надо сказать, что Армения в то время находилась в блокаде, да ещё пережила землетрясение, наплыв беженцев был очень большим. Не было тепла, света, еды, люди с трудом выживали в этих условиях. Там он и умер, в этом пансионате, в 1992 году.. Точной даты смерти установить не удалось.

Жизнь и творчество Ш. Г. Мангасарова заслуживает серьёзного исследования. Где сегодня его работы и что с ними — неизвестно. Несколько картин находятся в Третьяковской Галерее и в Государственном музее Искусств Народов Востока. Они туда попали при его жизни. Но где остальные?!

Так Бакинский художник оказался не нужен ни Азербайджану, где родился и работал, ни Армении, где закончил свой жизненный путь. Это нужно как-то исправить, но как- я не знаю.

Для этого, наверное, должны быть привлечены люди, работающие в Министерствах культур обеих стран — Азербайджана и Армении, дипломаты. Но сегодня, после войны в Арцахе, вряд ли этим кто-то озаботится…

Автор: Элина Григорьян

Взято у: Наталья Соболь Редакция Вне Строк




ПОХОЖИЕ ПУБЛИКАЦИИ



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.