Опубликовано: 29 августа, 2021 в 14:19

Виген Хечумян — Книга Книг

Предлагаемая вниманию читателя новая книга Вигена Хечумяна — эмоциональный рассказ о подвижниках армянской рукописной культуры и изобразительного искусства. Несмотря на все перипетии исторических судеб, даже в самые тяжкие времена народ продолжал творить, был воплощением оптимизма, светлой веры в будущее. На многих страницах автор вдохновенно повествует о жизни и деятельности блестящего мастера средневековой армянской книжной живописи Тороса Рослина.

Несколько слов о книге и ее авторе

В тесных, сырых кельях, при тусклом свете чадящих светильников, склонившись над подобием стола, непрестанно дуя на озябшие пальцы, держащие камышовую ручку, изо дня в день, из года в год писали они то, что стало для далеких потомков бесценным сокровищем, благодаря чему открылась перед исследователем многовековая тяжкая и славная история наша.

Иначе откуда бы нам знать, как жили и что делали наши предки, жившие не десятки, а сотни, даже тысячи лет до нас. Называем мы их обыденным и, признаться, несущим легкий оттенок какой-то пренебрежительности словом «писцы», ставя рядом с ними «украшателей».

Невдомек им было, что совершают они подвиг, великий и немеркнущий, И в мыслях не было, что их труд, приносящий одни лишения, а если славу — то спустя много лет после того, как покидали они подлунный мир, подарит людям такие свидетельства, которые через века будут брать в руки с чувством благоговения и великой благодарности.

Были и другие, жившие до них и в одно время с ними, творившие то, что записывалось сперва в одном лишь экземпляре. Зачастую они оставляли настолько выдающиеся произведения, что впоследствии их переписывали в десятках, а порой сотнях экземпляров. Были же эти книги настолько разнообразны, что не в состоянии теперь скрыть мы свое удивление, размышляя о тех временах, когда, казалось бы, неведомо откуда брались столь обширные, как потом стали говорить, энциклопедические знания.

Как же могучи были разум и талант человеческий, создавшие творения, прошедшие нетленными сквозь толщу веков! Великолепные литературные произведения, исторические летописи, философские трактаты, исследования мироздания. Как же не обратиться было к ним многим ученым писателям, особенно прошлого, девятнадцатого, и еще больше — нашего, двадцатого, века? Так стали они первопричиной появления обобщенных исторических трудов, глубоких философских анализов, замечательных произведений художественной литературы, как правило называемых историческими романами. Всего не перечесть!

Наконец, разве было бы возможно все это, если бы не создавались обширные собрания рукописных книг, музеи и хранилища, куда десятилетиями и веками собирались рукописные творения, систематизировались и классифицировались, где совершалось много такого, благодаря чему предстали они перед нами либо в своем первозданном виде, либо неся на себе следы времени и злых рук, но все же дошедшие до нас, доступные для знакомства.

Какое счастье, что не переводились и не переводятся энтузиасты, собравшие и собирающие — несть этому конца,— а затем осмысливающие и отрабатывающие чудесные свидетельства исторической действительности, несколько бесстрастно называемые нами «памятниками культуры».

Одним из подобных хранилищ, вобравшим в себя не сотни, а уже тысячи таких источников — древних и средневековых армянских (да и иноязычных тоже) рукописных книг,— является Ереванский матенадаран имени Месропа Маштоца. Этому собранию в основном и обязано появление предлагаемой читателю книги, принадлежащей перу армянского советского писателя Вигена Хечумяна.

Это имя не много говорит русскому читателю, а между тем создан им ряд произведений высокого творческого и художественного накала. Нужно, однако, сразу же подчеркнуть, что в большинстве своих произведений, первое из которых появилось в свет еще в 1939 году, обращается он к истории своего народа, почерпнутой из старинных наших книг. Издающаяся ныне на русском языке и предстающая перед судом широкой читательской аудитории его «Книга книг» в определенной степени является синтезом всего, что он многие годы осмысливал и что мечтал осуществить.

Жизнь Вигена Гайковича Хечумяна на всем ее протяжении совпала с годами великих социальных преобразований в нашей стране, в которых он, коммунист, не являлся безучастным свидетелем. Родился он в Ереване в 1916 году, ровно за четыре года до того дня, когда в Армении свершилось долгожданное — установление Советской власти. Прожил писатель менее шести десятков лет, уйдя из жизни в 1975 году, полный, увы, несбывшихся мечтаний об осуществлении новых, уже выношенных в мыслях и набросках произведений.

Жизнь его была сродни жизни многих советских писателей. Исторический факультет Ереванского университета, многие годы, отданные кропотливой работе в Матенадаране, работа в редакции литературного журнала. И конечно, дни и ночи, посвященные творческой работе. He случайно главными героями его книг являются средневековые писцы и украшатели армянских рукописных книг, художники-миниатюристы, творцы армянской архитектуры.

Но немало в его произведениях и рассказов о наших современниках, простых советских тружениках, рядовых участниках великого социалистического строительства.

Характерные особенности писателя Хечумяна как бы скрещиваются, получив полное воплощение в этой последней его книге, вышедшей в свет спустя три года после его смерти. Не довелось писателю подержать свое творение в руках, насладиться запахом свежей типографской краски. Но сам он, весь целиком, в этой книге.

Огромная творческая страстность, необычайная увлеченность, скрупулезность прирожденного научного исследователя, подкупающий полемический задор — все это в сочетании с проявлением незаурядного литературно-художественного дара заключено в последнем детище В. Хечумяна.

Для его создания автор не ограничился доскональным изучением всего, чем обладает Ереванский Матенадаран. В поисках других источников объехал он многие хранилища мира, где имеется хоть несколько старинных армянских книг, изучил во всех подробностях вышедшие доселе исследования, не пропустил ни одного исторического или архитектурного памятника, которыми так богата Армения. Ознакомился и с теми, к которым сумел найти он доступ в иных странах (увы, что касается армянских исторических памятников — не всюду это возможно сделать).

И вот лежит перед нами произведение — не просто написанное, а буквально выстраданное автором.

Трудно однозначно определить жанр этой книги. В ней переплелось многое: художественное начало с глубиной научного исследования, исторические ссылки с искусствоведческим анализом. Можно было бы отнести произведение к категории довольно сложной — «историко-археографической и художественно-искусствоведческой». Несмотря на кажущуюся структурно-композиционную сложность, читается она легко, доставляя любознательному читателю необычайно много интереснейших сведений из различных областей знаний, изложенных с подлинно художественным мастерством.

Итак, труд всей жизни Вигена Хечумяна…

Состоит он из четырех разделов, названия которых говорят сами за себя: «Истоки», «Книга книг», «Изобразительное искусство», «Миниатюра. Торос Рослин». Заслуга автора в том, что каждая из этих тем раскрыта не в форме узкопрофессионального исследования, а с художественным обобщением на фоне происходящих на каждом историческом этапе событий, не бесстрастно, а в связи с деяниями многих исторических личностей. Героев в книге В. Хечумяна много: в богатой нашей истории не было недостатка в выдающихся писателях, ученых, художниках, общественных и государственных деятелях. Но В. Хечумян нигде не забывает о главном герое истории — народе.

Первый раздел книги — «Истоки» — ив самом деле касается предыстории армянских рукописных книг. Дело в том, что их возникновение относится к V веку, т. е. после изобретения на самом пороге этого столетия Месропом Маштоцем армянского алфавита, а в более широком плане — армянских письмен. Естественно, что это совершенно исключительное по значимости событие явилось могучим стимулом для появления большого числа талантливых писателей и ученых, главным образом историков и философов. Пятый век вошел в историю армянской культуры как «золотой век».

Все это неоспоримо. Однако как раз в связи с этим автор в весьма занимательной форме поднимает один действительно любопытный вопрос, рассматривая его затем во всех подробностях. А именно: существовали ли рукописные книги па армянском языке до великого изобретения Маштоца, а если да, то какая их постигла судьба?Не свалился же «золотой век» с неба! И вообще, могло ли это явление возникнуть, не имея под собой более или менее прочного фундамента? В течение средних веков не было в истории Армении ни одного периода, не давшего народу выдающихся деятелей культуры и науки. Во всех своих трудах, разумеется, опирались они на то, что было создано в V и последующих веках. На какой же базе возникли произведения пятого века?

Автор берет для примера труд величайшего историка древности Мовсеса Хоренаци (справедливо прозванного во всей дальнейшей армянской историографии «отцом истории»)—обширную «Историю Армении», написанную как раз в V веке и охватывающую период с древнейших времен. Какие же материалы использовал Хоренаци для написания своего труда, если с языческого периода истории не дошло до нас ни одной строчки?

Не вдаваясь в детали — о них читатель узнает из самой книги,— скажем лишь, что автор весьма оригинально, с глубоким проникновением препарировал этот вопрос, не оставив сомнения в существовании обильнейших истоков, идущих с дохристианских времен. Впрочем, в первом разделе книги охватывается не только языческий период истории Армении, а прослеживаются истоки рукописного искусства вплоть до средних веков, все время во взаимосвязи с происходящими в стране бурными историческими событиями.

Во втором разделе — «Книга книг» — излагается история написания рукописных книг п тех, кто создавал эти книги. Здесь хочется выделить один весьма существенный и небезынтересный момент. В числе дошедших до нас рукописей большое место занимают оригинальные произведения. Но, как известно, бесконечно, в великом множестве писалось, каждый раз по-новому и с новыми же украшениями, евангелие (в меньших количествах—библия, четьиминеи, псалтыри, другие аналогичные книги).

Казалось бы, предстающие перед нами бесконечной вереницей евангелия интересны лишь в аспекте их художественного исполнения, ибо ничего нового в тексте не может содержаться.
И тут оказывается, что кроме несомненно огромной художественной ценности представляют они и неоценимый исторический интерес. Этим мы обязаны известным и безвестным писцам и художникам-украшателям, которые заполняли каждое свободное от текста и рисунков пространство своими «хишатакаранами», т. е. памятными записями, памятками.

Вот они-то придают рукописным священным книгам необычайную привлекательность. А писали в этих заметках (и не только писцы и художники, по затем и заказчики, и другие владельцы, сменявшиеся в течение веков, и переписчики, снимающие копии) о самих себе, о своем быте и жизненных условиях, об окружающих их людях, о происходящих на их глазах событиях и о многом другом, что в значительной степени восполняет пробелы в порою скудных исторических свидетельствах.

Третий раздел, носящий название «Изобразительное искусство», посвящен поистине неисчерпаемому числу исторических памятников Армении — их архитектуре, убранству, художественным особенностям— настенным рельефам, скульптурам, красочным фрескам и т. п. Материал раздела весьма разнообразен и для неискушенного читателя содержит много откровений.

И, наконец, четвертый раздел книги — «Миниатюра. Торос Рослин». Прежде всего бросается в глаза то, что несомненно это самая любимая и наиболее прочувствованная автором тема. Здесь всеми гранями заблистало под пером автора чудесное искусство миниатюрной живописи. При этом огромное место, более половины объема раздела, занимает описание жизни и деятельности величайшего мастера армянской средневековой книжной живописи, ее вершины, Тороса Рослина.

Жизнь и творчество, его многие загадочные обстоятельства, раскрываемые автором силой логики и привлекаемых, иногда косвенных, фактов, настолько рельефны и завлекательны, что могли бы составить отдельное, вполне самостоятельное по законченности произведение.

В. Хечумян не ставит последнюю точку к своему произведению. Остается еще столько не распознанного, говорит он, ждущего своей разгадки. А для этого нужно искать, искать не покладая рук, не жалея сил и времени, и, найдя что-нибудь, поныне пока нам неведомое, бережно донести до читателя. При этом выражает он надежду, что мечты его сбудутся. Но уже не ему будет суждено совершить это.

Разделим же с ним его надежду.

К книге приложены комментарии, которые предназначены русскому читателю, мало или вовсе не знакомому с долгой и многотрудной историей армянского народа. Сноски к комментариям обозначены в тексте звездочками. Квадратные скобки замыкают в приведенных из рукописных цитат пропущенные либо стершиеся или не поддавшиеся прочтению слова, но, по разумению исследователей, логично напрашивающиеся в текст. В круглые же скобки заключены пояснительные замечания самого автора и в нескольких, крайне редких случаях—переводчика.

Г. Мартиросян, заслуженный работник культуры РСФСР и Армянской ССР

Книга книг: Публицистическая проза. Пер. с арм. ; Предисл. , коммент. Г. Мартиросяна. — М. : Сов. писатель, 1984. — 416 с. Издательство «Советский писатель», 1984 г.

Читать онлайн ЗДЕСЬ




ПОХОЖИЕ ПУБЛИКАЦИИ



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.