Валерий Григорян – Циничное убийство не раскрытое до сих пор

Осуществляя свою деятельность, политики, как правило, исходят из конъюнктуры: чтобы сохранить свой рейтинг, извлечь из ситуации выгоду, они обычно не идут вразрез со сложившимися реалиями. Не таким был человек, о котором пойдёт речь…

Статью о государственном деятеле Валерии Григоряне, жизнь которого трагически оборвалась 10 августа 1991 года, я начал писать в Гадруте, на его родине.

«Очень сложная тема», – сразу предупредила опытнейший педагог, дочь Героя Советского Союза Ашота Каспарова – Нелли Каспарова.

Народная любовь вне политики

В её словах – большая теплота и глубокое, я бы сказал, трепетное уважение к герою нашего рассказа.

«Это был человек, который ради мира готов был пожертвовать собой, – рассказывает она. – Порядочнейший, с большим аналитическим умом, его всегда хотелось слушать. Он был так похож на моего отца…»

На родине с любовью вспоминают этого человека. Во всяком случае все, с кем я беседовал. Невзирая ни на что, Валерий Григорян всегда поддерживал тесные связи с районом, с простыми людьми.

В сложные, трагические годы Карабахского движения, когда «Кольцо» азеровского ОМОНа и советских войск стало душить население приграничных сёл района, во многом именно благодаря его усилиям, должностным и личным связям, удалось предотвратить дальнейшую депортацию населённых пунктов района.

«Валерия Григоряна отличали такие человеческие черты, как искренность, доброта, готовность помочь людям, – говорит известный карабахский общественный деятель, правозащитник Альберт Восканян. – Он был очень доступен для простых людей, которые обращались к нему по различным вопросам. Валерий Нерсесович старался помочь каждому, для него не было чужой боли.

Помогал охотно, искренне. Был очень скромным, предельно честным человеком, обаятельная улыбка не сходила с его лица. В свободное от государственной службы время трудился у себя в огороде. По молодости мне не совсем это было понятно, но с годами я осознал, что огород для него, бессребреника, был существенным подспорьем для содержания семьи».

«Отец воспитывал нас в духе благородства, он был идеальным родителем, никогда не повышал голос, его авторитет был непререкаем, – рассказывает сын Валерия Григоряна – Артур, участник обороны НКР. – Но в последние годы на семью его не хватало. Время было тяжёлое, он был целиком вовлечён в события, старался облегчить людям жизнь. Неизменно был внимателен ко всем родственикам, интересовался их делами, помогал чем мог».

Валерий Григорян родился 25 мая 1943 года, в селе Хцаберд Гадрутского района Нагорного Карабаха. После окончания средней школы учился в Шушинском педагогическом техникуме. Окончил Ереванский педагогический университет имени Хачатура Абовяна. Окончил также Высшую партийную школу в Москве.

С 1966 года член коммунистической партии. Работать начал в Гадруте в качестве первого секретаря комсомольской организации. Затем был приглашен в Степанакерт на работу в областной комитет партии, в качестве инструктора, заведующего организационным отделом и отделом кадров. С 1989 года был вовлечён в работу Комитета особого управления под руководством Аркадия Вольского.

В составе делегаций Нагорного Карабаха посещал Москву и Ереван. В июле 1990 года на 28-м съезде КПСС, где развернулись дискуссии вокруг карабахской проблемы, выступил и Валерий Григорян. Его речь была нелицеприятной.

Суть его слов заключалась в следующем: ни Азербайджан, ни центральные власти не брезгуют никакими средствами для решения проблемы, в том числе силовыми. При этом Валерий Григорян отметил, что единственный выход из ситуации он видит в желании понять друг друга. Это, по его словам, даст возможность найти точки соприкосновения и конструктивные решения.

«Проблема должна быть решена таким образом, чтобы победила справедливость», – подчеркнул он.

Валерий Григорян пытался пробить толщу равнодушия, критикуя тех, кто руководствовался принципом: «Мы не знаем о вашей позиции, но уверены, что она неправильная».

Это сейчас легко рассуждать, разделять людей на правых и неправых, называть чёрное чёрным, а белое белым. А тогда всё было ох как неоднозначно! В те сложнейшие времена, когда остро стояли вопросы: «Кто виноват?» и «Что делать?», часть карабахской интеллигенции считала, что надо пойти на определённые уступки ради того, чтобы сохранить имеющееся, другая часть придерживалась крайних позиций. Были и те, кто занимал срединную позицию, в надежде выиграть время. Никто, конечно, не желал оставаться в составе Аз.ССР.

20 июля 1991 года, в результате бурных обсуждений из Нагорного Карабаха была отправлена делегация для переговоров с руководством Азербайджана. По возвращении из Баку средь бела дня был убит один из представителей комитета полномочных представителей Валерий Григорян.

Писатель Зорий Балаян считает, что Валерий Григорян «стал жертвой тонко спланированного пропагандистского трюка Поляничко».

«В те дни Поляничко во всеуслышание восхвалял участников встречи в Баку, особенно Валерия, видимо рассчитывая, что «приговор» осуществят сами карабахские патриоты. Шесть человек поехали в Баку не по своей воле. Они лишь выполняли поручение подпольного комитета», – пишет Балаян в своей книге «Между адом и раем»…

Это циничное убийство не раскрыто до сих пор. Концы её пытались кинуть в воду, передав расследование дела органам «правосудия» дышащей на ладан Азербайджанскй ССР.
По словам Альберта Восканяна, Валерий Григорян хотел избежать массового кровопролития.

«Мне довелось несколько раз беседовать с Валерием Нерсесовичем на эту тему. Он был убеждённым сторонником мирного решения проблемы и верил, что на практике это возможно.

Используя то, что был вхож к главе Оргкомитета Поляничко и коменданту Сафонову, предпринимал всё, чтобы предотвратить карательные действия против населения. То, что жители многих сёл Гадрутского района не были депортированы, – прежде всего заслуга Валерия Григоряна. Вряд ли кто-то станет отрицать это.

Убийство же, наверное, является недопониманием его деятельности, того положительного, что он сделал для Нагорного Карабаха. Или же это был злой умысел. В любом случае, это крайне неправильный шаг: жизнь человека священна, она даётся Богом, и никто не вправе отнимать её. Думаю, время расставит всё на свои места».

«В 89-ом, я тогда был подростком, папа говорил, что для того, чтобы предпринимать что-то, нужно подготовиться, – говорит сын Григоряна – Артур. – «Если мы сейчас начнём, то в Шуши поставят гаубицы, начнут обстреливать нас и нам нечем будет ответить», – предвидел он тогда.

Будучи офицером запаса, отец был против войны с неминуемыми её многочисленными жертвами. Он хотел, чтобы всё обошлось малой кровью, а Карабах видел в составе Армении».
Валерия Григоряна считают первой жертвой Карабахского движения по политическим мотивам. Увы, у политики свои законы, часто не поддающиеся логике, аморальные и безнравственные…

«В тот момент легко было настроить людей друг против друга, накал страстей был чрезвычайно высок: дай дураку в руки оружие – пойдёт, не задумываясь, убивать, – продолжает Артур. – В первые дни я не верил, что отца больше нет в живых. Отец был порядочным, приципиальным человеком и пострадал из-за этого. Думаю, это была акция устрашения.

Они выбрали безоружного человека, за спиной которого не было определённой группировки. Принимавшие такое решение люди – ущербны, они не способны нормально говорить с достойным оппонентом. Не осудив это подлое деяние, впоследствии мы получили череду убийств и сведения личных счетов. А ведь когда-то я не верил, что убийство может быть безнаказанным…»

Сегодня средняя школа родного села Хцаберд носит имя Валерия Григоряна. Решение было единогласно поддержано как со стороны учителей и учащихся школы, так и всех жителей села, в том числе родственников погибших на войне героев, имена которых носят школы во многих карабахских сёлах.

Народная любовь и уважение – вне политики, выше неё. И своим примером Валерий Григорян доказал это.

Ашот Бегларян