Армянская земля щедра на таланты, особенно в области изобразительного искусства. И порой эти таланты, как неведомые планеты, ждут своих первооткрывателей.
Имя армянского художника-живописца Владимира Алексеевича Вартаняна (1929-2006) малоизвестно широкой публике, однако это имя весьма почитаемо в кругу профессионалов и коллег, которые называли его Маэстро, что уже говорит о многом. Произведения художника регулярно экспонировались на городских, республиканских, всесоюзных и международных выставках.
Жизнь и творчество Владимира Вартаняна нельзя рассматривать отдельно друг от друга, и если о жизни художника можно сказать, что это был путь философа, без излишней суеты, вдумчиво вглядывающегося в окружающий его мир, то судьба его творчества полна драматизма.
Владимир Вартанян родился в 1929 году в семье тбилисского ремесленника, к искусству не имевшего никакого отношения. Неизвестно, как сложилась бы его дальнейшая жизнь, но, к счастью, его природное дарование было замечено классиком грузинского искусства, учеником Репина Мосэ Тоидзе.
Большая семья родоначальника известной династии грузинских художников Тоидзе проживала в районе старого Тбилиси, возле Воронцовского моста, ну а будущий художник жил по соседству и еще в детстве подружился с внуком Тоидзе – Гиви. Забегая вперед, скажем, что впоследствии Гиви Тоидзе стал заслуженным и народным художником Грузии, а дружбу свою Владимир и Гиви пронесли через всю жизнь. Мосэ Тоидзе, давая уроки своему внуку и его другу, обратил внимание на то, что у Владимира есть очевидный талант, который надо развивать, и подросток стал обучаться в художественной школе.
Он легко поступает на факультет живописи тбилисской Академии художеств и довольно успешно проходит обучение, однако на втором курсе неожиданно переезжает в Ереван и продолжает учебу в Художественном училище им. Ф. Терлемезяна.
К слову, причиной такого шага стал случайно услышанный разговор преподавателей, что Владимир, бесспорно, очень талантливый и у него большое будущее, жаль только, что армянин – лучше бы у него была грузинская фамилия.
В 1955 году он блестяще оканчивает училище, а дипломная работа молодого художника удостаивается не только высокой оценки, но и благожелательных отзывов в прессе. Многие отмечали удивительную зрелость не только профессиональной кисти, но и мысли автора. Последующие шесть десятков лет были наполнены непрестанными поисками и упорным трудом вдумчивого и открытого всему прекрасному художника.
Поработав в одном из горных районов Армении, Владимир возвращается в Тбилиси, женится, однако через несколько лет все-таки переезжает в Армению и поселяется с семьей в Кировакане (ныне – Ванадзор). Чудная лорийская природа навсегда привязала его к этому замечательному краю, и художник до конца своих дней жил и творил на этой благодатной земле.
Воспитанный в грузинской и армянской художественной среде, Владимир Вартанян органично интегрировал в себе элементы обеих древних культур и стал одним из ярких представителей армянской художественной школы.
Обладая великолепным тенором, в молодости художник мечтал стать оперным певцом, и, вероятно, так оно и было бы, не перевесь тяга к живописи.
Замечательный рисовальщик, получивший отличную академическую школу, он был хорошим графиком. Ему была подвластна и скульптура – польский скульптор Эвелина Михальска была восхищена профессионализмом его работ, а бюсты исторических деятелей, выполненные самим художником или при его участии, и сегодня украшают город, где он прожил всю жизнь. Талантливый педагог, В. Вартанян более 20 лет передавал свои знания и опыт молодому поколению.
Однако делом жизни его стала станковая живопись, в частности жанр портрета. Владимир Вартанян главной темой своего творчества избрал человека (даже в его пейзажах, как правило, присутствует либо человек, либо творение рук человека).
Портрет и сегодня продолжает оставаться наиболее сложным жанром как по исполнению, так и по восприятию. И в этом жанре у Владимира Вартаняна, по всеобщему признанию, не было равных среди собратьев по цеху, притом что творческий диапазон художника был достаточно широк и многообразен. Он с одинаковым увлечением и мастерством работал как в своем любимом портретном жанре, так и в бытовом и пейзажном. Во всех этих жанрах им созданы произведения, обладающие узнаваемым авторским почерком.
Оставаясь, по сути, реалистом, художник не чурался модернистских направлений, опыты с которыми выработали у него своеобразную манеру письма, основанную на традициях армянской национальной школы живописи, для которой характерна исключительно яркая цветовая выразительность.
Владимир Вартанян в своем творчестве создал собственную «планету цвета», где свобода выражения цветового впечатления, даже ради художественного эксперимента, не разрушает изначальную гармонию между миром и автором, тяготеющим к высокому гуманизму. Прекрасное образование и талант позволяли ему свободно оперировать всем арсеналом изобразительных средств, а стремление художника сочетать различные выразительные приемы лишь подчеркивало многогранность его дарования.
А в чем же драматизм? В том, что у этого, несомненно, неординарного художника не было ни одной персональной выставки – ни прижизненной, ни после смерти в 2006 году. Не было опубликовано ни одного каталога, не говоря уже о солидной монографии. Кроме того, над ним как будто довлел какой-то рок: на регулярно проводимых в советское время республиканских выставках с удивительным постоянством пропадала какая-нибудь из его работ.
На все вопросы художника организаторы экспозиций обычно отшучивались, говоря, что, видимо, у него завелся тайный поклонник, который коллекционирует его работы, и вообще, он же не Сарьян, чтобы его полотна искать через Интерпол. Несмотря на то, что В. Вартанян и сам часто дарил свои работы, эти пропажи были для него весьма болезненны.
Последним ударом для художника стало то, что погибла часть его работ, в том числе вся графика. Как известно, в советские времена мастерские художникам выделялись, как правило, в подвальных этажах. Не избежал этой участи и Маэстро. Все бы ничего, но после разрушительного землетрясения в Спитаке город Ванадзор остался с разрушенными коммуникациями, а подвальные помещения и вовсе стали совершенно непригодны.
Работы художника, хранившиеся все годы в мастерской, подверглись разрушительному воздействию влаги. После такого потрясения В. Вартанян не прожил и года. Правда, справедливости ради следует отметить, что младшая дочь художника – Нунэ, которая пошла по стопам отца и тоже занимается живописью, приложила и прикладывает много усилий, чтобы сохранить и восстановить творческое наследие отца.
Возможно, в этих обстоятельствах небольшим утешением может послужить то, что значительная часть работ художника все-таки находится в частных коллекциях в Армении, России, США, Голландии, Польше, Франции. Кстати, большую часть графики в 90-е годы скупили заезжие французы, что уже благо: пусть неизвестно где, но работы продолжают жить и радовать ценителей искусства.
Ну а что касается пресловутой «малоизвестности», то, к сожалению, часто таков удел многих крупных художников. Однако истина – явление упорное, и рано или поздно все подлинное берет свое. И хотя современный рынок искусства сам назначает гениев и шедевры, хочется надеяться, что когда-нибудь высокой оценки удостоится не только живописное наследие художника Владимира Вартаняна, но и вся его жизнь – как образец творческого поведения в искусстве.
Карина Осипова
