Опубликовано: 31 Июль, 2018 в 21:04

Айсоры и армяне с древнейших времен

Айсоры и армяне с древнейших времен«Во время Русско-турецкой войны 1827 года, когда русские войска вступили в Персию, айсоры (ассирийцы), в числе 100 дымов (домов. – М. и Г.М.), просили о позволении переселиться в пределы России. Получив на это разрешение, они в 30-х годах оставили навсегда Персию, провинцию Урмия.

Переселились айсоры под предводительством своего вождя Алаверды Тумаева, который, как рассказывают старожилы, оказал большую услугу русским войскам в качестве проводника и поставщика съестных припасов.

Вышедшие из Персии айсоры сначала поселились в Нахичеванском уезде, а через три года отправились в Шушинский уезд. Здесь они жили в деревне Тартар около 10 лет, но потом, вследствие появившегося между ними дифтерита (дифтерия, инфекционное заболевание. – М. и Г.М.), оставили эту деревню и переселились в Эриванский уезд, сначала в деревню Агалезалу, потом Дугун, наконец, в 40-х годах навсегда уже поселились в селе Койласар». Эти строки взяты из записей смотрителя-учителя Койласарского сельского нормального двухклассного училища Павла Эйвазова, датированных 1882 годом.

Павел Семенович (Ушанович) Эйвазов (1854 – 1919), ассирийский просветитель, родился в селе Койласар. Его родители происходили из урмийского села Супурган. С 1862 года учился в церковно-приходской сельской школе, в 1867 – 1873 гг. – в Тифлисской духовной семинарии. Был пансионером (т.е. воспитанником) «Общества восстановления Православного христианства на Кавказе».

В 1877 году Эйвазов основал сельское училище (в ведении Министерства народного просвещения; законоучителем православного исповедания училища значился священник Павел Чиляев) в Койласаре и бессменно заведовал им вплоть до начала Первой мировой войны (1914 г.). Только в 1881 году 13 выпускников училища поступили в Эриванскую учительскую семинарию, а двое – в Эриванскую гимназию.

В течение многих лет Эйвазов был старостой сельского храма и исполнял обязанности причетника (псаломщика). Он был также известен как этнограф. В своем труде «Некоторые сведения о селе Койласар и об айсорах» Павел Эйвазов первым дал описание ассирийцев, живших в селе Койласар, и собрал материал по этнографии и фольклору.

Село Койласар (ныне Димитров; в 1949 г. переименовано в честь Георгия Димитрова – политика Болгарской коммунистической партии) находится в Гарнибасарском участке Эриванского уезда Эриванской губернии Российской империи (ныне в Араратской области Республики Армения). Оно расположено на низменной местности, которая начинается от города Эривани (ныне Ереван) и оканчивается у Араратских гор.

Село Койласар называлось прежде «Кала-асор», что значит «огороженная крепостью». Действительно, село было огорожено толстыми и высокими стенами с 20 башнями по углам и посреди стен. В 1882 году население села состояло из айсоров (88 дымов и 444 души) и армян (18 дымов и 235 душ).

Айсоры, или ассирийцы, своими родоначальниками считают Нимврода и Асура, потомков Ноя, из которых первый положил основание Древнему Вавилону, а второй – городу Ниневии. Их язык сходен с древнееврейским: евреи и айсоры свободно понимают друг друга. Ассирийцы называют себя сиро-халдеями, а соседние народы называют их айсорами или асорами, персы же – назранами.

Более двух тысяч лет армяне и айсоры живут рядом. Судьба их очень схожа. В древности, в дохристианское время, они, как утверждают, воевали между собой, но в христианский период своей истории они всегда относились друг к другу дружественно, по-братски.

Одним из любимых мифов армянского народа и по сей день является миф об «Ара Прекрасном и Шамирам», история любви ассирийской царицы и армянского царя. Два эти персонажа неразлучны в сознании армян.

Армянский философ, математик и историк Анания Ширакаци (VII в.) в мифе о Вахтанге рассказывает, что последний «украл холодной зимой у родоначальника ассирийцев Баршама солому, на обратном пути обронил ее. От чего образовался Млечный путь, до сих пор называемый у армян «дорогой соломокрада». Интересно отметить, что у ассирийцев Млечный путь называется «урха д-гинавы» – дорога воров).

С созданием святым Месропом Маштоцем в V веке армянского алфавита Библия – первый, самый древний и ценнейший памятник армянского народа – была переведена на армянский язык с сирийского с Пешитты, которая в IV веке использовалась армянами в церкви.

Ф.А. Брокгауз и И.А. Ефрон в своем знаменитом «Энциклопедическом словаре» (Санкт-Петербург, 1890 – 1907) пишут: «По языку айсоры принадлежат к арамейской ветви семитической группы; большинство говорит урмийским наречием; русскоподданные айсоры говорят еще на так называемом саламасинском наречии. Около половины айсор исповедуют несторианство, другие – иаковиты. Айсоры, живущие в пределах России – православные».

Айсоры Койласара отмечают все большие праздники Православной Церкви, но особенно почитают Рождество Христово, Крещение, Пасху, Вознесение, Сошествие Святого Духа, праздник святых мучеников Кирика и Иулитты (церковь, построенная в Койласаре в 1849 г., была названа в их честь) и Пресвятой Богородицы.

Праздник мученика Кирика и мученицы Иулитты (мать и сын, не отрекшиеся от веры и принявшие мученическую смерть во время гонений на христианство в III веке: святым Кирику и Иулитте молятся о семейном счастье и выздоровлении больных детей) как местный храмовый отмечается 28 июля и отличается от других праздников тем, что в этот день айсоры рано утром приносят общую жертву, быка или же несколько овец, а с обеда, по окончании жертвоприношения, у них начинаются общие увеселения: танцы, пиршество и т. п.

Танцы оканчиваются поздно вечером, пир продолжается под открытым небом до самого утра следующего дня. На этот праздник собираются из соседних деревень армяне, которые также проводят этот день весело с айсорами; кроме танцев, молодые люди борются и джигитуют.

Накануне Пасхи айсоры красят несколько сот яиц мареною (краситель, который содержится в корнях травянистого растения марены, красного цвета) и свои руки хной. В положенное время заходят в церковь слушать обедню, по выходе из церкви молодые айсоры стреляют из ружей, старики ходят по домам, поздравляют друг друга с праздником. В этот день едят арису (пшеничную кашу с курицей, уваренной до тягучего однородного состояния), а женщины, собираясь вместе, танцуют. На этот праздник девы, вышедшие замуж, возвращаются на семь дней в родительский дом, а по уходе получают в подарок или хорошую одежду, или одну корову.

Айсоры как села Койласар, так и все те, которые переселились из Персии и приняли православие, без благословения не принимают пищу; непременно старший в доме читает молитву Господню по-айсорски; делают крестное знамение при звоне колоколов, при зажигании в доме вечером «чираха» (глиняного светильника) и т. п.

Каждый житель Койласара имел дом, состоящий из одной комнаты и кладовой; при доме находится хлев для скотины и саманник. Здания эти покрыты толстыми бревнами, поддерживаемыми несколькими бревенчатыми столбами. Строятся они низко, четырехугольниками с двумя или тремя постоянно открытыми отверстиями в потолке и с «тандуром» (особого рода печью) посередине. Койласарцы, обратив внимание на неудобство старых жилищ, стали заменять их новыми, более просторными постройками: все эти здания, как и церковь Кирика и Иулитты, построены из сырого кирпича и составляют украшение села.

Пол в жилище земляной и накрывается рогожами, плетенными из широколиственной травы; на рогожи настилают паласы, войлоки, ковры, а по сторонам кладут продолговатые, цилиндрической формы подушки, набитые ватой. Пол служит местом сидения, сна и еды. Пища варится в горшках и бывает разнообразна: ширва (вегетарианский суп), бозбаш (суп из нута и баранины), чукиртма (суп на бульоне из домашней птицы), кюфта, толма из виноградных листьев, плов, дохва (мясное блюдо), маши (блюдо из фасоли), сышпуры (острое кисломолочное блюдо), джаджик (блюдо из творога), кутли (блюдо из молотого мяса), бушала (рисовая каша)…

Село Койласар пользуется водами речки Гарни, впадающей в Зангу (Раздан). Самый верхний слой местности состоит из чернозема; на глубине же одной сажени показывается толстый слой глины очень хорошего качества, а далее следует песок.

Койласарские айсоры занимаются по преимуществу земледелием. С половины апреля они оставляют свои дымные жилища, выходят на поле, пашут, сеют ячмень, хлопок, табак, арбузы и дыни, фасоль, горох, лук, чеснок и перец и заботятся об орошении их. В сентябре, после сбора урожая плодов, крестьяне сеют пшеницу и орошают ее до половины октября. Сами айсоры употребляют в пищу пшеничный хлеб, а ячмень продают. Значительная часть местной земли занята виноградными садами. Из винограда айсоры приготовляют изюм, сироп, вино и водку.

Вино делается следующим образом: срезанные виноградные кисти собирают в «чараз» – углубление в кладовой, обстроенное камнями с известью, и давят их ногами; виноградный сок течет в «лар», а оттуда вливается в глиняные кувшины; к этому соку подбавляют выжимки. Через пять дней начинается в кувшинах брожение и продолжается дней двенадцать; после этого вино считается годным для употребления.

В физическом отношении айсоры довольно хорошо развиты и отличаются крепким здоровьем. Лицо у айсора круглое, глаза черные, лоб широкий, голова небольшая, с черными волосами, грудь развитая, голос грубоватый, цвет лица смуглый. Айсоры отличаются прямотой характера и доверчивостью.

Достаточно айсору на вопрос «Правда ли?» сказать: «Мижит и амин» («Правда и верь»), чтобы он поверил. Проходя мимо старшего – будь то айсор, армянин, кавказский татарин или еврей, айсор сделает непременно поклон, причем айсору скажет: «Шламалух» – «Мир тебе», а другим «Алла сахласин» – «Да сохранит Бог».

Айсоры гостеприимны и щедры до нерасчетливости, сострадательны к нищим и нуждающимся. У них нет ненависти к своим соседям других национальностей: они принимают участие в общественных увеселениях, праздниках, свадьбах, похоронах своих соседей-армян и мусульман, равным образом приглашают их и к себе в подобных случаях.

Во время нужды, требующей помощи, айсоры и армяне общими силами поддерживают друг друга. Эта взаимная помощь выражается в том, что, если кто строит себе новый дом, то ему таскают камни даром, собирают для него бревна, а если кто впал в крайнюю бедность, то ему собирают «фитру». «Фитрой» называется добровольный сбор пшеницы, муки и денег нуждающемуся семейству.

В семейном быту у айсоров сильно развита любовь между членами семьи, особенно любовь к отцу и матери. Отец считается главою семейства, ему подчиняются все члены семьи беспрекословно; мать – ближайшая его помощница. В случае, если отец замечает раздоры между своими сыновьями, то при жизни же своей разделяет между ними свое благоприобретенное имущество и устраивает между ними согласие.

При разделе наследства принимается во внимание женитьба сыновей: если последние все женаты, то получают по равной части, а если кто не женат, то получает больше женатого брата вследствие предполагаемых расходов с его стороны на женитьбу. Дочь же при дележе имущества родителей не имеется в виду, только при замужестве она получает три наряда, постель, четыре медные тарелки, два котла, один сундук и несколько ничтожных сотканных вещей, которые мать готовит ей. Но если у нее нет братьев, то после смерти родителей она делается полною наследницею отцовского имения.

Одежда у айсоров местная, а потому по ней нельзя отличить айсоров от лиц другой местной национальности. Она состоит у мужчин из чохи, архалука, рубашки и широких штанов. Обувь у них – из кожаных лаптей и башмаков с носками, только у богатых полусапожки. На голове айсоры носят папахи из овечьей шкуры.

У женщин одежда также местная и состоит из длинного архалука, длинной ситцевой рубашки, красных ситцевых штанов, ситцевого платья и красного фартука. Головной же убор составляют шелковый платок и белое «лечаки» (ниспадающая вдоль головы, плеч и тела вуаль) из тонкого и мягкого ситца, а обувь – из зеленых башмаков с красными чулками.

Перед свадьбой хозяин собирает всех почетных людей из всего села и советуется с ними об устройстве своей свадьбы. После этого в первый день утром рано режут быка, причем около зарезанного животного танцуют родственницы жениха под зурну и барабан. Затем одна из родственниц с пучком душистых сухих трав в руке и один из родственников с вином и музыкой ходят по домам и приглашают всех на свадьбу; женщина подает приглашенным по травке, желая и им такой радостной минуты, а мужчина на блюдечке – стаканчик вина. Принятие вина служит признаком согласия явиться на свадьбу.

На второй день выводят утром невесту из родительского дома в дом ее кума, где она остается до следующего дня. При выводе ее зурна играет грустные мелодии, выражая этим горе невесты, расстающейся навсегда с родителями. До вывода одевают ее предварительно в брачную одежду, обводят три раза вокруг «тандура», потом подводят к отцу и матери, у которых она целует руки и ноги в знак благодарности и просит со слезами родительского благословения, а те в свою очередь целуют ее и благословляют. Затем она целует всех своих братьев, сестер и родственников. Обычай этот обыкновенно сопровождается плачем родителей и самой невесты.

Вышедшую из родительского дома невесту сажают на лошадь и везут к дверям состоятельных родственников, которые делают ей обыкновенно те или другие подарки. При этом жених с несколькими своими товарищами, которые называются «мусаибы», стоит на кровле дома, мимо которого должна проехать невеста; здесь он при громких криках «ура» и ружейных выстрелах, в новой одежде и с красными перьями в шапке пьет вино с «мусаибами». Назначение этих «мусаибов» состоит в отправлении всех служебных обязанностей при женихе.

Они держат около него «джумлану» – четырехугольник с двумя диагоналями, каждая сторона которого равняется аршину. Четырехугольник этот стоит на длинной ручке и украшен яблоками, гранатами, орехами, изюмом, а по углам шелковыми платками. При приближении невесты, жених снимает три яблока и, перекрестившись ими, кидает их в невесту. Толпа мужчин и женщин, сопровождающая невесту, бросается за первым яблоком, так как оно считается священным. После этого невеста слезает с лошади и заходит в дом кума, а жених с «мусаибами» возвращается в свой дом, и там идет пир.

На третий день невесту с женихом ведут в церковь, где совершается над ними венчание, а родственники жениха танцуют пред молодыми по дороге и в ограде церкви до окончания венчания. При выходе новообвенчанных из церкви раздаются выстрелы при громких криках «ура», и невеста отправляется в дом жениха. По окончании ужина начинаются танцы, в которых принимают участие жених и невеста, а до этого времени они стоят в доме у одной стены для того, чтобы все заходящие поздравляли их.

Этими последними танцами, собственно говоря, и оканчиваются свадьбы; но если хозяин хочет продолжать празднества, то на четвертый день делается в их пользу «сабахта» – сбор добровольных пожертвований. «Сабахта» совершается обыкновенно после обеда. Перед одним почетным лицом ставится поднос с изюмом и кусками сахара, потом избираются разносчик и глашатай. Разносчик подносит фрукты с куском сахара к тому, на кого хозяин укажет, и, получив за то деньги, относит их хозяину, который приказывает глашатаю известить публику о количестве денег и поблагодарить подателя. По окончании этой церемонии два почетных лица сосчитывают собранные деньги и подают хозяину, который снова сам благодарит всех присутствующих. Тем и оканчивается свадьба.

При родах айсоры относятся с заботливостью к родильнице: держат ее в тепле. Дом, где происходят роды, очищают от всех нечистот, освещают его хорошо. Ночью перед родами, собираются родственницы и знакомые около страдающей, говорят и шутят с нею, чтобы она незаметно провела время до родов.

В случае, если роды трудные, то суеверные айсоры разводят огонь и заставляют родильницу прыгать через него; в случае же, если дитя задерживается в утробе матери, то родильницу обыкновенно берет на себя какая-либо здоровая женщина и несколько раз встряхивает ее. Когда дитя выходит на Божий свет, то его закутывают в тряпки, чтобы оно, как говорят айсоры, было в будущем богато и жило хорошо.

А родильницу стараются уложить в мягкую и теплую постель; варят ей тотчас из муки, масла и меда сладкую и жирную пищу, называемую «асийда». На другой день младенца купают в теплой соленой воде, а к матери его являются с поздравлением знакомые женщины и родственницы, причем подносят ей опять какое-либо хорошее кушанье, а новорожденному одежду.

Женщины, которые славятся своим знахарством, не посещают родильниц. В случае же, если подобные женщины вздумают посетить родильницу, то родственницы последней стараются до прихода их вынести ребенка из дому и приносят его обратно только по уходе их: в противном же случае злой дух, с которым знаются знахарки, непременно повредит в чем-либо ребенку.

Похороны также сопровождаются разными суеверными обрядами. Некоторые из местных айсоров не позволяют плакать по умершим, дабы на том свете не смочить его места слезами и тем не беспокоить его. Вынеся покойника из жилища, кладут его тут же, около дома, для того чтобы женщины простились с ним навсегда.

После этого, когда собравшиеся родственницы зарыдают, покойника поднимают, чтобы нести на кладбище, причем женщины остаются на месте, а мужчины сопровождают гроб до самого кладбища. На третий, седьмой день и на первую Пасху по смерти покойника, совершаются поминки. На третий день обыкновенно собираются мужчины, кум покойника или покойницы приводит цирюльника, который бреет родственников умершего в знак снятия с них всякой печали: затем начинается обед, на котором пьют вино за упокой души умершего и за здравие оставшихся его родственников. После этого собираются женщины, которые тоже обедают, высказывают пожелание покойнику царствия Божия и уходят. Такие же поминки совершаются на седьмой день и на Пасху.

В 40-х годах XIX века айсоры из Персии, кроме Койласара, поселились и в селениях Двин-Гель (ныне Верин Двин), Арзни и Шайрияр (ныне Нор-Артагерс) Эриванского уезда, приняв православие. В настоящее время православная вера сохранилась только среди ассирийцев села Димитров (с. Койласар). Церковь этого села осталась в Русской Православной Церкви, в то время как церкви с. Верин Двин и с. Арзни вошли в несторианскую Ассирийскую Церковь Востока.

Арзни и Верин Двин являются самыми крупными ассирийскими селами не только в Армении, но и в регионе. Только в селе Верин Двин проживает свыше 1400 ассирийских семей. В селе Нор-Артагерс ассирийцы проживают совместно с армянами и езидами, в Димитрове – только с армянами.

Кроме того, значительные группы ассирийцев проживают в Ереване, Абовяне, Бюракане, Арташате, Армавире, Арарате и Ванадзоре (по данным главы ассирийской общины Арсена Микаелова, на июнь 2011 г. в Армении числилось 7000 ассирийцев). Численность ассирийцев в России составляет от 14.000 (по данным переписи 2002 г.) до 70.000 человек (по ассирийским источникам); в мире же – около 1.230.000 человек (по некоторым данным, их число составляет от 3 до 4,2 млн чел.).

Публикацию подготовили Марина и Гамлет Мирзоян. Фотоминиатюры: noev-kovcheg.ru

Авторы посвящают публикацию своему другу Гиви Давидовичу Давидову, замечательному сыну древнейшего ассирийского народа.


ПОХОЖИЕ ПУБЛИКАЦИИ


Оставьте ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.