Теперь же ознакомимся с другими свидетельствами и, чтобы не бередить душу читателя XXI века, из документов представим сравнительно «невинные» отрывки.
26 сентября подполковник германской армии Паракен писал: «Зверства по большей части происходили внутри домов. По этой причине на улицах было сравнительно мало трупов. Они преимущественно были сложены по углам, так что чаще всего о них можно было узнать только по запаху. В одном месте я увидел сложенные друг на друга 7 трупов, в том числе нескольких детей…
Почти все трупы были покрыты синяками, которые появи-лись от ударов оружейными прикладами, и порезов. Из подвалов шел трупный запах»1.
В октябре барон Фон дер Гольц отмечает: «По мнению осведомленных свидетелей произошедших во время захвата Баку турками и азербайджанцами событий, выше всяких сомнений, что турецкое командование дало татарам полную свободу на три дня для уничтожения армян и разграбления захваченного города.
Они (армяне. – Х.Д.) не только были лишены собственных прав, но и их частная собственность безоговорочно принадлежит туркам.
…Ни турок, ни азербайджанцев не считают способными восстановить работу нефтепромышленности Баку»2. Представитель Австро-Венгрии барон Финкельштайн в док-ладной записке от 5 октября в частности отмечает: «Большой армянский квартал, который я посетил, был полностью разграблен и совсем пуст. Получил множество доказательств зверских жестокостей: об армянских врачах в больницах, резне больных и детей»3.
Литератор Сергей Рафалович, «нейтральный» еврей, в своей статье «Правда о Бакинских событиях» пишет: «Во-первых: на Кавказе я нахожусь впервые, ни с одной из трех главных национальностей Закавказья не связан и национальным вопросам и трениям был и остался чужд.
Свидетельство мое должно быть воспринято, как показания совершенно объективного очевидца, к тому же к политике никогда отношения не имевшего и, побуждаемого исключительно возмущенным чувством справедливости и правды, дать настоящее и беспристрастное освещение фактам.
…В продолжение многих дней большими возами и грузовика-ми вывозились трупы из города. Еще на восьмой день после погрома в центральной и привокзальной частях города, где я сам обходил улицы и дома, стоял невыносимый трупный запах.
В районные и участковые домовые комитеты звонили по телефону и лично приходили многочисленные представители домовых комитетов, умоляя их добиться у властей перевозочных средств, чтобы удалить трупы, находящиеся в разных домах.
Я видел в разгромленных дочиста квартирах трупы изнасилованных и тут же убитых женщин и грудных детей, валявшихся в крови. Я могу указать дома, квартиры и представителей домовых организаций, которые вместе со мною совершали эти обходы и подтвердят каждое мое слово.
Спорить о цифрах я не берусь. Но мне говорили о 20-25 тысячах убитых людей – люди абсолютно нейтральные – и совершенно объективные русские, стоявшие во главе Центральной домовой организации, т.е. имевшие наибольшую возможность хоть приблизительно установить количество вывозимых трупов, и высшие чины прежнего судебного ведомства, люди достаточно компетентные в подобных вопросах.
…А о разгроме, сопутствовавшем ей (резне. – Х.Д.), и говорить не приходится. Это было нечто действительно феноменальное. И если в убийствах, главным образом, повинны местные татары, то ответственность за грабежи в полной мере делят с ними и турецкие аскеры. Сам комендант города, полковник
Назим бей, командовавший армией, взявшей Баку, выразился следующим об-разом по поводу этого погрома в беседе с одним моим приятелем: “Et quand enfine je suis entre dans la ville, se que j’ai vu c’etait enorm”.
(«И когда, наконец, я вступил в город, то, что я увидел, было чудовищно»). –Перевод с французского С.Р. – Х.Д.)»1. 7 ноября чудом сели на поезд в Баку и через 2 дня добрались до Тифлиса сестры Сирануйш и Шушаник Мкртчяны.
Говорим «чудом», потому что выезжающих из Баку проверяли, и не только по документам, но и «по внешнему виду, взгляду, построению черепа», и таким образом выявляли «преступные элементы». Сестры дали такие показания: «По взятии города 3 дня турецко-татарские банды, по приказанию Нури паши, производили невероятные зверства над армянским населением города.
Число жертв насчитывается, во всяком случае, не менее 30000. Картины зверства были ужасны: не щадили ни женщин, ни детей, ни стариков. В каждом доме валялось по 80-100 трупов; улицы были полны трупами; по морю плыли трупы несчастных детей, убиваемых на берегу и выбрасываемых в море. Более всего пострадали Балаханы, Черный Город, Арменикенд, Биби-Эйбат и те части города, население которых составляли преимущественно армяне, как то: Верхне и Ниж-не Приютская, Станиславская и др.
Нет слов описать все те зверст-ва, кои творились над беззащитным населением: убийства носили ужасный характер, расстреливали лишь после целого ряда издевательств и глумления: отрезались предварительно уши, язык, от-дельные части тела, а затем убивались. Целая облава была на деву-шек: изнасилования их были обычным явлением.
…Не на должной высоте стояли во время этих зверств часть русского и еврейского населения, которая не гнушалась выдачей известного ей местожительства армян»2.
4 декабря из Баку на приморский железнодорожный вокзал Алят отправляют пароход «Полюс», чтобы вывезти оттуда армян-ских пленных. Кроме экипажа на судне был санитарный отряд, состоящий из врача, студента-фельдшера и трех санитаров (один из них был австрийцем). Вот какой документ сохранился за их подписью: «Наконец мы решили поехать на лодках к берегу. С нами поехали помощник капитана и три матроса.
Окружавшая нас мертвенная тишина производила на нас гнетущее впечатление. Выйдя на берег, мы заметили человека, который быстрыми шагами приближался к нам – это был сторож-русский, служащий на линии Джульфинской дороги. Он нас потом сопровождал всюду и давал нам все время разъяснения.
Как нам рассказал этот сторож, числа 17 или 18 ноября с.г. (обратим внимание на дату, т.е. в день вступления англичан в Баку. – Х.Д.) привезли из Баку, из Сальянских казарм, 260 пленных армян, которых продержали здесь 3-4 дня без хлеба и воды и потом, вместе с ранее бывшими здесь пленными армянами, послали по железной дороге в Елизаветполь.
Сколько было тут пленных армян раньше до прибытия тех 260 человек, сторож не мог нам сообщить*. Когда мы направились к находя-щимся на берегу деревянным постройкам, нашим глазам представилось обширное кладбище или, вернее, бойня. Направо и налево лежали обезображенные трупы, полуголые, зарытые наполовину в землю; трупы без ног, или без рук, отдельно лежащие черепа…
Таких трупов были десятки. По словам сторожа, мучимые жаждой пленные ходили к берегу моря, чтобы морской водой хотя бы утолить жажду, и многих расстреливали по дороге к морю.
…Но картины более ужасные, чем описанные, были те, которые представились нам в последующих бараках: по-видимому, тут лежали больные и расслабленные; из них один лежал полуголый, другой с накинутым на плечи мешком; этим несчастный, по-види-мому, хотел защищаться от холода, в таком положении он и умер…
Около деревянных построек мы увидели примитивную мель-ницу и вокруг нее остатки мелко истолченной соломы. По словам сторожа, несчастные пленные этим способом готовили себе хлеб.
…Не имея никакой возможности остаться там хотя бы для погребения трупов – так как у нас не было никаких инструментов, мы 6 числа вернулись обратно в Баку»1.
Еще одно свидетельство. 23 ноября почетный председатель Армянского национального совета епископ Баграт Вардазарянц направил главнокомандующему войсками союзников в Баку и Бакинского района генерал-майору Томсону подробное послание, в котором со всей глубиной описал трагедию бакинских армян.
Мы могли бы полностью представить этот документ, но, щадя нервы читателя (как и наши собственные), приведем лишь некоторые отрывки: «Резали и убивали без всякого разбора армян; мужчин, женщин, детей, стариков, здоровых и больных, даже грудных младенцев, ставя себе, очевидно, целью истребление всего армянского населения.
По имеющимся достоверным сведениям, помимо дрог и арб, грузовых автомобилей, грузоподъемностью каждый в 250 пудов, в течение 4 суток беспрерывно, днем и ночью, вывозили трупы, и работа эта все еще не была закончена. Большая часть трупов для сокрытия следов массовой резни была сожжена около Сальянских казарм, главным образом, на свалочном пункте.
…Одновременно с чудовищной резней войсковые части, как и местные мусульмане, безостановочно, систематически, как бы по заранее обдуманному плану, производили столь же чудовищный грабеж имущества мирных граждан.
Вымогали и отбирали у всех деньги, золотые и серебряные вещи, всякие драгоценности; вывозили и уносили из квартир, складов, магазинов, лавок армян целые горы краденого добра: товары, мануфактуру, мебель, платье, обувь, белье и всякие домашние вещи, причем при вымогательствах и грабежах очень часто не делали различия между армянами и другими народностями, даже иностранцами.
…Убийцы и грабители открыто заявляли, что город предоставлен в полное их распоряжение на трое суток. Зверская массовая резня совершалась подчас с такой жестокостью, что трудно даже верить в возможность такого изуверства.
Были случаи, когда палачи на глазах у обезумевших армян точили ножи и охваченные каким-то чудовищным садизмом, вдохновляли себя, перечисляя и рисуя несчастным все те пытки, которым они будут подвергнуты.
В Балаханах, в больнице Совета съезда бакинских нефтепромышленников, вырезали всех больных армян, всех армян-служащих и трех армян-врачей, причем тяжелых больных выволокли во двор за ноги.
В детском приюте для беженцев-армян свирепо хватали обезумевших от страха детей и выбрасывали на улицу с четвертого этажа.
Изуверства и бесчеловечность достигли такой крайней степени, что местные мусульмане покупали из рук аскеров пленных армян для мести и жестокой расправы. Молодые армянки, иногда и мальчики, были зверски изнасилованы, часто в присутствии мужей и родных.
..После массовых преступлений началась кипучая, система-тическая деятельность Азербайджанского правительства, деятель-ность заранее обдуманная, которую нельзя назвать иначе, как политикой кровавой мести, политикой истребления, истощения и полного экономического разорения мирного армянского населения.
До самого вступления союзных войск в город, уцелевшие остатки армянского населения находились вне закона и элементар-ной защиты и были на положении затравленных илотов и бесправных рабов времен беспросветного варварства.
…Их морили голодом, истязали, безжалостно били, убивали, причем все это производили с свирепой жестокостью. Многие из них, у которых аскеры насильственно отобрали платье и обувь надели на себя грязные мешки, чтобы прикрыть наготу и в таком виде, босые, выходили на принудительные работы. Ставили их в шеренгу и побоями и пытками заставляли их хором повторять, что они гявуры-собаки.
Запрягали в повозки и арбы, тяжело нагруженные, а аскеры с кнутами в руках на виду у горожан били их и гнали по городу, как вьючный скот, обращаясь с ними хуже, чем с животными. Многих из пленных, больных и голодных, запирали в ретирадных местах и заставляли их руками вынимать экскременты и производить чистку отхожих мест»1.
Хватит, нет больше сил! Ужасающие картины геноцида армян, дальнейшее описание омерзительных деяний турок и азербайджанцев могут привести к душевному расстройству…
Читать далее: Трезвое осмысление ситуации из бездны переполненной зверствами турок и азербайджанцев
Отрывок из книги Хачатура Дадаяна: Армяне Баку. Продолжение следует. Читать также:Предисловие, Понятия «азербайджанец» до 1918г. не существовало, Армяне в период российской экспансии в Закавказье, Армяне в развитии нефтяной промышленности Баку, Армянские нефтяники в период продажи нефтеносных участков Баку, Развитие нефтяной промышленности Баку, Армяне в управлении «Съездов бакинских нефтепромышленников», Александр Манташянц — Великий армянин, Переговоры нефтепромышленников — Баку 1892 г. — Развитие бизнеса Манташянца, Основание фирмы «А.И.Манташев и К0»-1899г, Нобель, Ротшильд и Манташев в мировой нефтепромышленности, Новый этап в нефтепромышленности Баку – Лианосяны, Тандем Лианосян и Манташянц – Завоеватели мирового рынка нефти, Мир между тремя нефтяными гигантами: Рокфеллера, Детердинга и Лианосяна, Армяне в навигации по Каспийскому морю – 1912г. Мир готовиться к войне, Армяне в промышленности Баку помимо нефти с конца XIX века, Армянская община Баку из глубины веков, Класическая система армянофобии, Геноцид армян Баку 1918-1920 гг., Кто остался на пути химеры пантюркизма, Безобразное клеймо нравственно неполноценных турок перед миром, Материальные убытки и потери армян Баку в результате погромов 1918-1920 гг.
