Арцах возрождает древнейший и важнейший для себя сегмент культуры – ковроделие – и одновременно делает все для возвращения славы армянского ковра его истинному хозяину. Испокон веков ковры являлись органичной частью истории и быта Арцаха, национальным ремеслом. Ковер считался символом благоденствия семейного очага.
«В Арцахе ковры ткали на всем протяжении истории, и не только в специализированных мастерских и школах, но и в домах, – рассказывает учредитель Музея ковров в городе Шуши, советник президента Арцаха Вардан Асцатрян. – В обязательном порядке в деревнях существовали школы ковроделия.
Причем каждая деревня имела свое направление, все было распределено в соответствии с уровнем развития того или иного населенного пункта. Ткали ковровые изделия практически в каждом доме, независимо от возраста, семейного и общественного положения. Если девушка не умела ткать ковер, то ее трудно было выдать замуж».
Действующий уже четвертый год в Шуши Музей ковров имеет два здания. В сентябре 2011 года был открыт Музей-фонд. Помещение предоставила группа меценатов во главе с Алеком Багдасаряном из США. Здесь собираются все экземпляры арцахских ковров, а также старинные предметы традиционных ремесел.
Они изучаются, получают экспертную оценку, реставрируются в случае необходимости, после чего экспонируются. А в августе 2012 года меценатом из Москвы Каро Саргсяном Музею ковра был безвозмездно предоставлен первый этаж здания Центра искусств Шуши.
«Идею открыть Музей ковров я вынашивал давно, особенно с учетом того, что в советские годы многие арцахские ковры были вывезены, – рассказывает Вардан Асцатрян. – Почему выбрали Шуши? Шуши на всем протяжении истории была столицей и культурным центром Арцаха, и, исходя из этого, я решил открыть музей именно здесь. Кроме того, климатические условия в Шуши оптимальны для хранения ковров. Старые ковры нуждаются в особом уходе, и если соблюдать все нормы, то их можно хранить тысячелетиями».
Сегодня музей насчитывает около 250 ковров, сотканных в XVII – XX веках. В основном это традиционные арцахские ковры.
«В периоды отсутствия армянской государственности регулирующую роль в масштабах всей нации брала на себя Армянская Церковь, которая заботилась не только о воспитании поколений в христианском духе, но и о сохранении, развитии культурного наследия, образования, – говорит Асцатрян. – Не случайно культурное наследие в основном хранилось в церквах, изучалось архимандритами (вардапетами-хранителями).
Церковь определяла тематическую и орнаментальную направленность изготовления ковров, а также хранила связанные с ковроткачеством технологии. Многие культурные традиции переходили от поколения к поколению через тематические ковры, смысл которых передавали известные символические изображения, олицетворяющие сотворение мира, мифологию, а также христианскую тематику, и это придавало коврам особую ценность».
Однако связь между Церковью и искусством ковроделия оборвалась во время геноцида армян, когда помимо унесенных многочисленных человеческих жизней было разграблено армянское культурное наследие.
«Во время Первой мировой войны и геноцида армянского народа многие церкви и школы были разграблены и закрыты, в том числе и на территории Арцаха. И если раньше мастерицы ткали ковры по предоставленным образцам, присущим определенным школам, а выбор рисунков, орнаментов, цветовых гамм зависел от темы ковра, то сотканные после этих событий ковры, как правило, уже не несли в себе тематического смысла, а отображали лишь разрозненные, мало что значащие орнаменты. Сегодня, к сожалению, многие традиции утеряны, идет смешивание орнамента и стилей, отход от классики», – прокомментировал Вардан Асцатрян.
Одной из главных целей создания в Арцахе Музея ковра является пресечение циничной политики Баку по присвоению армянской, в частности, арцахской культуры. Ни для кого не секрет, что Азербайджан давно уже обогащает свое наследие армянскими, впрочем, как и персидскими, и турецкими, коврами, культурными ценностями коренных народов Южного Кавказа.
«Благодаря своим коврам Арцах известен во всем мире. Арцахские ковры выставлены в музеях России, Европы, Америки, однако их представляют под общим названием – кавказские ковры. Одной из главных целей создания нашего музея является доказательство того, что это – армянские, арцахские ковры, – объясняет Вардан Асцатрян. – Армяне всегда с уважением относились и относятся к культуре других народов, и им не было нужды присваивать чужую культуру, тем более азербайджанскую.
Мы считали, что нет необходимости все время говорить об идентичности армянских ковров, это и так понятно. Однако этим воспользовались наши соседи, они присвоили часть нашей культуры. В частности, зарегистрировали наши национальные ковры в ЮНЕСКО как свою собственность. Все это вредит в первую очередь азербайджанскому народу – присвоение чужой культуры ни к чему хорошему не приведет, потому что нельзя воспитывать народ на обмане».
Особо интенсивно разграбление культурного наследия Арцаха происходило в начале 20 века, когда этот армянский край был включен в состав Азербайджанской ССР помимо воли народа, нелегитимным с точки зрения международного права решением большевистского партийного органа.
«Пожилые люди рассказывают, как азербайджанские эмиссары ходили по деревням, предлагали вместо старинных ковров современные изделия фабричного производства. «Старье» реставрировали и включали в списки «шедевров азербайджанского декоративно-прикладного искусства».
Другими словами, Баку проводил политику культурной экспансии, которая была тщательно спланирована на государственном уровне. Вывезли целую культуру. Если русские и европейцы приобретали ковры для обустройства собственного быта, то азербайджанцы – для создания «собственной» культуры ковроделия, фальсификации и муляжа собственной «истории», подтверждения «древности» и «автохтонности» формирующегося народа.
Сегодня в разных странах мира первая леди Азербайджана организует выставки ковров, на которых около 80% экспонатов – армянские арцахские ковры. Однако надо учесть, что каждый ковер – это произведение искусства, плод культурных традиций, формировавшихся в течение тысячелетий», – отметил Асцатрян.
Впрочем, фальшивки азербайджанского культагитпропа постепенно разоблачаются. Так, издающийся в Лондоне специализированный журнал «Хали» (HALI), который ранее никогда не упоминал об армянских коврах, недавно опубликовал материал о «ковре 17 века, находящемся в Музее ковров города Шуши Арцаха», подчеркнув при этом, что такие ковры неправомерно относят к азербайджанским.
В ноябре прошлого года в Ереване прошла международная научная конференция «Армянский узел: традиции ковроткачества», посвященная вопросам изучения культуры армянского ковроткачества, в частности, роли армянского коврового искусства в системе ковроткачества Передней Азии.
В конференции приняли участие известные эксперты из США, Франции, Германии, Италии, Великобритании, Польши, Австрии, Ливана и НКР. Кстати, несмотря на приглашение, на форум не приехали представители Азербайджана и Турции (тут надо заметить, что в музеях Турции экспонировано множество западноармянских ковров, о чем, в частности, свидетельствует в своем научном труде известный германский искусствовед Фолкмар Ганцхорн).
Представлявший на конференции Арцах Вардан Асцатрян пригласил иностранных гостей в шушинский музей, и они на месте увидели все собственными глазами и убедились в национальной идентичности армянских ковров.
Создание музея имеет большое просветительское значение для самих арцахцев, в особенности для молодого поколения.
«Сегодня музей посещают учащиеся школ, молодежь. Они знакомятся с бесценным культурным наследием. Ковры – это искусство, воплощенное в ремесле, это наша история. Подрастающее поколение должно осознавать важность сохранения традиций армянской культуры», – отметил Асцатрян.
Процесс ковроткачества имел также воспитательное значение, влиял на формирование личности.
В весь цикл производства ковров была вовлечена большая часть населения края, начиная с получения шерсти, нити, их окраски натуральными красителями и заканчивая реализацией готовых ковров. Ковроделие было серьезной статьей дохода для арцахских семей. Ковры заказывали и вывозили из Арцаха с давних времен.
По некоторым данным, в 18-19 веках из КАрцаха было вывезено несколько сот тысяч экземпляров ковров для продажи в разных странах. Основными заказчиками были европейцы и русские. Но и в Персии, славящейся своими коврами, работы армянских мастериц очень ценились. Немалое количество Арцахских ковров находится в США и Ливане.
«Ковры, имеющие культурную ценность, не продаются ни при каких условиях и ни за какую сумму, потому что смысл, заложенный в них, ценнее самого ковра», – утверждает Вардан Асцатрян.
Учредитель музея коллекционирует ковры с юных лет и прекрасно знает их язык, «читает» знаки, символы, содержащиеся в них. «Одной из важных отличительных черт наших ковров является то, что они отображают божественные и природные явления, – отмечает Вардан Асцатрян. – Тематические рисунки на коврах строго придерживались классических форм, не допускалось выхода из рамок не только в плане орнамента, но и цвета. Каждый орнамент и цветовая гамма имели свое значение».
При этом он добавил, что тайны мира и бытия отображались в целостной картине ковра, а не в элементах орнамента. Ценность им придавали и качество использованной нити, и технология окраски, которая позволяла в течение веков сохранять свежесть. Многие краски получали на месте, некоторые красители завозились из Индии и Персии.
Армянские, в частности, арцахские ковры отличаются своеобразием и богатством символов. Интересны также сюжетные композиции ковров. Особый интерес представляют цветущие кресты.
«Арцахские кресты «цветут», в отличие от аскетических крестов других конфессий. Цветущий крест – это символ благоденствия и процветания», – поясняет Вардан Асцатрян.
Цветовая гамма арцахских ковров разнообразна – в Арцахе были очень развиты технологии изготовления натуральных красок (чего, к сожалению, сегодня нет) и шерстяных нитей. Любопытно, что краски отражают местность, где ковры производились, ее природу. Асцатрян утверждает, что по ковру почти точно можно определить, какой местности он принадлежит. По цветовым гаммам арцахские ковры можно отличить и от западноармянских, в частности, от хранящегося в шушинском музее ковра из Баязета.
В музее экспонированы также экземпляры текинского (Средняя Азия) и афганского ковров.
Помимо ковров в музее хранятся также керамические изделия, которые относятся к урартскому периоду и до начала нашей эры. Все они были найдены на территории Арцаха. В отличие от керамики последних веков, при их изготовлении не применялся гончарный круг, не соблюдался принцип симметрии. Это ручная работа, и каждый экземпляр по-своему уникален. Технология их изготовления, к сожалению, сегодня утеряна.
В музее экспонированы также некоторые артефакты русской культуры, в частности, самовары.
«Кстати, изображение самовара есть и на арцахских коврах. Культура чаепития была очень развита в Арцахе, во всех семьях имелись самовары. Русская культура, кстати, распространилась и на Персию. Один из самоваров музея изготовлен по русскому образцу, но в Персии», – рассказал Вардан Асцатрян.
Сегодня учредитель шушинского музея разрабатывает идею создания Фонда сохранения культурного материального наследия Арцаха.
«На открытии музея в Шуши присутствовала также министр культуры Армении Асмик Погосян, и совместно было принято решение о создании научного центра по изучению ковров. Нигде в мире, пожалуй, нет четкой, единой классификации ковров.
У всех ковры классифицируются либо по орнаменту, либо по принципу районирования. Единственный музей, где все ковры классифицируются по орнаменту, это наш шушинский музей. В этом плане первую фундаментальную работу проделал искусствовед Ваграм Татикян. В 1975-1978 годах он объездил все деревни Арцаха, сфотографировал ковры.
У нас вышла его книга, уникальная в своем роде. Кстати, некоторые из запечатленных им ковров сегодня находятся в нашем музее. Некоторые орнаменты, изображенные на коврах, полностью идентичны артефактам бронзового века, найденным на территории Армении. Все это надо изучить, поставить на научную основу. И нам предстоит огромная работа», – сказал Вардан Асцатрян.
Сегодня музей в Шуши посещают армяне со всего мира, туристы из различных стран, удостаивая его хороших отзывов. Однако требуется большая работа для приведения музея в полное соответствие с современными требованиями. Руководство музея надеется на участие меценатов в создании Фонда сохранения культурного материального наследия Арцаха.
Ашот Бегларян, Степанакерт
