Если вы просмотрите творческие биографии известных и популярных исполнителей, таких как Барбра Стрейзанд, Род Стюард, Донна Саммер, Эл Джерроу, Хулио Иглесиас, Эрик Клэптон и еще десятков певцов такого же уровня, то обязательно наткнетесь на фамилию Омартян.
Пианист, аранжировщик, продюсер. Занимал самые высокие посты в таких известных музыкальных фирмах, как Warner Brothers Records, ABC/Dunhill Records, Epic. Семнадцатикратный номинант на премию ГРЭММИ, пятикратный обладатель этой престижной награды.
Ну и наконец, Майкл Омартян – единственный продюсер в мире за всю историю звукозаписи, чьи работы постоянно занимали первые места в чартах популярности на протяжении 30 лет в 70-х, 80-х и 90-х годах. Уникальный факт, занесенный во все справочники и каталоги мировой популярной музыки.
Совсем недавно, читая очередной материал о какой-то звезде заокеанского шоу-бизнеса, с которой работал Омартян, наткнулся на фразу: “Будучи армянских кровей, Майкл унаследовал теплоту души своего народа”, – и решил поближе познакомить читателя с этой творческой личностью.
Майкл Омартян родился 26 ноября 1945 года в городе Иванстоун штата Иллинойс. Играть на фортепиано и аккордеоне начал в четыре года. Через год он освоил также и ударные инструменты. Когда ему исполнилось десять лет, он начал изучать теорию музыки, основы композиции, искусство игры на различных перкуссионных инструментах. В шестнадцать он начал писать музыку и делать аранжировки для различных местных музыкальных коллективов. Если вначале его увлекал джаз, то постепенно он стал интересоваться рок-н-роллом и музыкой соул.
Пластинок в доме почти не было, всю информацию он получал, часами просиживая у радиоприемника. Семья была далека от музыки и искусства вообще, поэтому отец с матерью плохо понимали его увлечения и не могли заметить явные музыкальные задатки сына, прочувствовать глубину его проявляющегося таланта, но тем не менее отвечали на его запросы.
Его мать позже вспоминала, что он с самого раннего детства отбивал ритм на всем, что подворачивалось под руку, едва заслышав звуки музыки. Позже, чтобы быть в курсе музыкальной жизни, он едет в
Чикаго, где сразу же попадает в водоворот музыкальных событий. В то время начинается так называемое британское нашествие – в Америке узнали “Битлз”, “Роллинг-Стоун”, и он идет в ногу со временем. Омартяна сразу приглашают сотрудничать с музыкантами местных клубов, а чуть позже предлагают выступать и самому. В какой-то момент почувствовав, что ему не хватает профессиональных знаний, он поступает в музыкальный колледж Таркио, а затем и Северо-западный университет в родном Иванстоуне.
Закончив учебу в 1970 году, Майкл уезжает в Калифорнию, чтобы попробовать себя на ниве автора песен для поп-исполнителей. Почему именно в Калифорнию? Потому что, как он потом вспоминал, на 70-80 процентах продававшихся пластинок именно этот штат и город Лос-Анджелес были указаны в качестве адреса исполнителя и студии звукозаписи.
Родители были не в восторге от его отъезда. Они строго придерживались понятий “семья” и “соседство”, жили в “этническом районе” города и нарушение этих догм воспринимали как некое предательство. И лишь когда его имя замелькало на страницах журналов и на экране телевизора, они признали, что он занят серьезным делом, и оставили его в покое.
Через три года он женится на талантливой девушке Сторми, которая, как оказалось, прекрасно пела, танцевала, играла в театре. А еще она писала книги на религиозные темы, которые быстро становились бестселлерами.
Она выступала в качестве бэк-вокалистки вместе с Рэем Чарлзом, Нилом Даймондом, Гленом Кемпбеллом, группой The Imperials и массой других. Вместе с мужем Майклом она записала несколько альбомов так называемой христианской музыки, которую исполняют по сей день различные группы, среди которых наиболее известная The New Folk, поющая в церквах и на различных религиозных мероприятиях.
Первый серьезный успех пришел к Майклу в 1980 году, когда он помог с аранжировками, написал несколько песен, участвовал в записи и спродюсировал дебютный альбом певца Кристофера Кросса. Несколько песен сразу же попали на верхние строчки всех мыслимых чартов, опросов и голосований.
Самой, наверное, известной стала песня Sailing (не путайте с одноименной песней, что пел Род Стюард). И за этот альбом Майкл был номинирован на ГРЭММИ сразу по нескольким номинациям и по трем из них получил “Золотой граммофончик” – “Лучший альбом года”, “Лучшая песня года” и как “Лучший продюсер года”. За более чем 40-летнюю творческую активность каких только наград он не получал!
Окрыленный первым успехом, Майкл работает с такими более чем популярными группами, как Steely Dan The Four Tops, Seals & Crofts. Группы эти были самых разных стилей и направлений, но знания в области музыки, желаний слушателей и прочих составляющих успешного музыкального проекта всегда позволяли ему делать свое дело на отлично.
Чуть позже он быстро улавливает изменившиеся вкусы и переключается на музыку в стиле диско. Омартян работает с певицей Эми Грант, в те годы являвшейся звездой диско и ритм-н-блюза. Ее альбом, спродюсированный Омартяном, Heart in Motion номинируется на ГРЭММИ.
Еще через пару лет он буквально создает два альбома подряд – один в стиле кантри для певца Винса Гилла, другой в стиле госпел для Гэри Чапмена. Песня из первого альбома номинируется на награду Академии звукозаписи в качестве лучшей песни года, а госпел-альбом – на лучший альбом года.
Затем Майклу заказывают альбом, посвященный летним Олимпийским играм, и он делает его: One Voice и песня из этого альбома – Atlanta Reel – становятся своеобразным гимном секции водных соревнований Олимпиады.
Майкл Омартян писал песни, делал аранжировки, продюссировал, словом, работал в 90-е годы кроме названных также и с Майклом Болтоном, Рэем Чарлзом, Питером Цетера, Фейт Хилл, группой Manhattan Transfer, Ричардом Максом, Долли Партон, Белой Флек, Лео Сейером, Джерменом Джексоном, Бари Маниловым, Робертой Флэк.
Именно он помог композитору Дэвиду Ньюмену довести до ума ставшую затем знаменитой песню “Декабрь” из мульта компании ФОКС “Анастасия”, а еще аранжировал, играл на клавишных и продюсировал песню River’s Lullaby для еще одного диснеевского мульта “Принц Египта”.
И наконец, именно Майкл Омартян в соавторстве с другим легендарным продюсером и музыкантом Куинси Джонсом создал знаменитую культовую композицию We Are The World, в которой записались практически все звезды американской поп-сцены в помощь голодающей Африке.
А еще Майкл Омартян был членом совета директоров Американской академии звукозаписи, той самой, которая присуждает золотые граммофончики ГРЭММИ, а в настоящее время возглавляет Совет директоров Ассоциации композиторов Нэшвилла. И кстати, эта же академия признала его “Лучшим клавишником года”.
За все эти годы было продано около 350 миллионов альбомов, к которым в той или иной форме приложил руку Майкл Омартян. Он, как мифический царь Мидас, превращал в золото все, к чему бы ни прикасался. Но одну ошибку он все-таки совершил, о чем потом горько сожалел.
Однажды один из коллег пригласил его послушать демо запись молодой певицы и попросил заняться ее дебютным проектом. Они зашли в студию, прослушали запись. Девушка ему понравилась, но он отказался заниматься ею – слишком был занят, очень устал… Одним словом, просто отмахнулся. Сколько их таких молодых да быстрых обивают пороги студии! Прошло совсем немного времени, и он понял, что сильно ошибся. Девушку звали Уитни Хьюстон.
У Майкла шесть сольных альбомов, которые сразу же стали филофоническими раритетами, и в настоящее время найти их не представляется возможным. А еще у семейной пары Майкл и Сторми Омартян трое уже взрослых детей: Кристофер, который пошел по стопам отца и матери и тоже серьезно занимается музыкой, Джон и Аманда. В последние годы они вновь перебрались в Нэшвилл, живут в большом собственном доме, где у них имеется хорошо оборудованная студия, и наслаждаются жизнью в Городе Музыки, как называют столицу кантри в США.
Армен Манукян.
