Опубликовано: 5 августа, 2021 в 12:38

Нерсес Крикорян — Один из разработчиков ядерной программы США

Нерсес «Крик» Крикорян является одним из разработчиков ядерной программы США. Сегодня он живет в роскошном доме и имеет множество государственных наград. Однако в Америку его семья, спасшаяся от Геноцида армян в Турции, прибыла без документов и без единого гроша в кармане.

Когда Нерсес «Крик» Крикорян родился на обочине дороги в Турции, будущее его казалось мрачным, написало на днях американское издание Los Alamos Monitor, рассказывая о жизни известного ученого-химика.

Издание отмечает, что сегодня, в возрасте 96 лет, Крикорян живет в ярко освещенном кондоминиуме в Лос-Аламосе. Его окружает обширная коллекция произведений искусства и семейные фотографии. А сам ученый удивляется своему благополучию.

Родителям будущего ученого удалось спастись во время Геноцида армян в Османской империи в 1915 году, однако на протяжении четырех лет им пришлось скитаться по разным странам в поисках постоянного жилья. По дороге в Алеппо мать Нерсеса родила его брата.

Сам Крикорян вспоминает: «Это был мучительный образ жизни, поскольку ты не «прикреплен» ни к одному месту».

Наконец им удалось найти убежище в Канаде. Когда Крикоряну было четыре, его родители перебрались в Штаты и обосновались в Ниагара-Фолс, где его отец стал рабочим на ферме, а мать воспитывала детей. Именно там родился самый младший из братьев.

«Манхэттенский проект»

Когда Нерсес пошел в детский сад, он едва говорил по-английски. Шестнадцать лет спустя он окончил колледж со степенью бакалавра по химии и начал работу в химической компании «Юнион карбайд».

Лаборатория, в которой он работал, производила высокообогащенный уран, однако сам Крикорян не очень-то догадывался о целях деятельности лаборатории…

Это был 1943 год, и, сам того не подозревая, Крикорян был вовлечен в «Манхэттенский проект» (кодовое название программы США по разработке ядерного оружия, запуск которой начался в сентябре 1943 года).

Нерсесу тогда было всего 22 года. В одном из интервью он вспоминает: «…Потом был небольшой перерыв, но в 1946 я вернулся в Лос-Аламос (именно здесь была основана национальная лаборатория для работы над «Манхэттенским проектом» — ред.) и остался уже на всю жизнь. Я полюбил этот город, но главное, конечно, это потрясающе интересная работа и люди, которые меня тогда окружали. Я был очень молод, а их имена уже тогда не нуждались в комментариях: Ферми, Теллер (широко известный как «отец водородной бомбы» — ред.), а также — Швингер и Фейнман, основатели квантовой электродинамики, которые позже стали Нобелевскими лауреатами».  

Когда США бросили первую атомную бомбу на Хиросиму, Крикорян уже знал, над чем работал. «Я тогда подумал: «Война заканчивается, и я надеюсь, нам никогда больше не придется использовать это ни по какому поводу».

После войны Крикоряну предложили перебраться на юго-запад, чтобы продолжить работу над «Манхэттенским проектом».

Спустя годы, когда отец приехал к Нерсесу в гости, он заметил, что горы и сухой климат напомнили ему о старой родине. «В глубине, может быть, у меня была какая-то связь с этим, о которой я даже не помню», — говорит ученый.

Если раньше он работал с килограммами урана, то теперь имел дело с микрограммами высокорадиоактивного полония. Сам он говорит, что едва мог видеть то, с чем работал.

Здесь же он встретил свою жену, Кэтрин Паттерсон, которая также приехала в Лос-Аламос для работы над Манхэттенским проектом в качестве члена женского армейского корпуса. Он сделал блестящую карьеру, которая длилась четыре с половиной десятилетия; владел шестью патентами, опубликовал ряд исследований. Кроме того, воспитал дочь (ныне отставной подполковник армии).

Сотрудник службы безопасности

В 1972 году Нерсесу Крикоряну предложили присоединиться к недавно сформированному разведывательному подразделению. Он не был уверен, но жена его убедила: «А почему бы тебе не сделать что-нибудь, что принесло бы общественную пользу?».

Изначально в группу были переведены всего шесть сотрудников. Крикорян не знал, зачем его выбрали, но догадывался, что это связано с его глубокими познаниями в области вооружений и материаловедении. Он никогда не упускал возможность совершенствоваться. Хотя его родители были без образования, они всегда стремились дать хорошее образование Нерсесу и его братьям.

Без сомнения Нерсеса выбрали еще и потому, что он свободно владел армянским и неплохо знал русский. В детстве родители заставляли его не только читать и писать на армянском, но также изучать историю, культуру и литературу. Ученый вспоминает, что, будучи ребенком, считал эти занятия бесполезными: «Зачем нужно учить язык, на котором почти никто не говорил, — думал я, — Господь знал, что будет».

Русский он начал изучать в 60-х: единственные книги по высокотемпературной химии, которые ему удалось найти, были на русском.

Вскоре после формирования подразделения Крикорян был назначен ответственным за безопасность. Ученый до сих пор удивляется, что прибыв в США мальчиком с документами, на которых значилось «без гражданства», он впоследствии отвечал за безопасность разведки США. Он признается, что работа аналитика разведки была нелегкой…

Крикорян ушел в отставку в 1991 году. Глядя на свои достижения (научный сотрудник, Медаль Лос-Аламоса — высшая награда лаборатории, награда ЦРУ, почетная докторская степень и множество других наград), он удивляется: «Все сложилось намного удачнее, чем я себе представлял… Как моим родителям удалось это сделать? Родиться на обочине дороги в Турции и достигнуть всего этого. Родители научили меня самому важному — делать правильные поступки и делиться с другими. Надеюсь, мне удалось это сделать».

Los Alamos Monitor заключает: «… он сделал это и многое другое».

Лилит Арутюнян armeniasputnik.am




ПОХОЖИЕ ПУБЛИКАЦИИ



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.