Даль времен… И сегодня за этой далью сияет былая слава выдающихся армянских зодчих, строивших и блестяще украшавших большие и малые оживленные и прекрасные города Армении.
Большинство этих го-родов давно превратилось в мертвое пепелище, и об их прежнем великолепии рассказывают сегодня лишь величественные руины.
Они сиротливо возвышаются над каменистым пространством, бывшим когда-то пе-рекрестком главных магистралей средневековой эпохи. Еще сохранились свидетельства историков и лето-писателей тех времен, очевидцев событий, разворачивавшихся на их глазах.
Но иные шедевры выдержали испытание временем и продолжают поражать нас и сегодня своим величием и красотой, заставляя вновь и вновь восхищаться гением наших древних и средневековых зодчих.
Более тысячелетия стоит Ахтамарский храм – исключительное явление во всей истории искусства средне-вековой Армении. Его построил Мануэл – “искусный мастер архитектуры, муж мудрый и могучий в своем деле зодчества”.
В I веке до новой эры князь Барзапран Рштуни обосновался со своими людьми на втором по величине остро¬ве озера Ван – Ахтамар, а в VII веке князь Теодорос Рштуни, оценив выгодное в военно-стратегическом отно¬шении положение острова, основательно укрепил его.
Земли Васпуракана, прилегавшие к озеру Ван, постепенно обособились в независимое княжество, возглав-ляемое со второй половины VII века нахарарами из рода Арцруни. В тот же период к юго-западу от озера бы¬ла возведена церковь Зорадир, долгое время служившая молельней при родовом кладбище Арцруни и став¬шая предшественницей дворцовой церкви Сурб Хач – Святого Креста.
Арцруни, которые вели свою родословную от Аршакидов, присоединив ряд соседних земель, создали свое царство. Удельный князь Васпуракана Гагик Арцруни принял царскую корону, посланную ему из Багдада, и приступил к строительству на острове Ахтамар своей столицы, превратив ее в крупный военно-политичес¬кий центр средневековой Армении.
Окунуться в ту отдаленную от нас на тысячу лет эпоху позволяют сегодня историки Товма и Ананун Арцру¬ни и их труд “История дома Арцруни”. Летописцы сообщают, что князь Гагик Арцруни, которого они име¬нуют “великий государь”, во многих подчиненных ему районах Армении обносил “стенами и укреплениями возвышенные холмы”, строил “неприступные замки и крепости”…
Из множества укреплений, защищенных стенами, особенного внимания заслуживают два, и оба они расположены на берегу озера Ван: посад Востан – на материке и Ахтамар – на острове.
Летописцы сообщают, что Гагик, “с глубоким знанием дела осмотрев местность и признав ее издавна убежи¬щем для страны от врагов”, приступил к строительству с изумительной энергией, достойной восхищения. Найдя остров недостаточно большим для своих грандиозных планов, Гагик велел расширить его, с четырех сторон засыпав камнями дно озера около берегов.
И вот “спустя пять лет после начала стройки поднялся в сиянии город, застраиваясь все больше и больше”. При дворе государевом собралось множество мастеров, почетных мужей, созванных со всех концов страны, которые без промедления осуществляли все замыслы Гагика и энергично приводили в исполнение его приказы. Возглавлял строительство Мануэл.
В городе был построен блестящий театр по образцу античных амфитеатров. Как и Ахтамарский дворец Га-гика, театр не сохранился, но о великолепии обоих позволяет судить “История дома Арцруни”.
“Все здание дворца, от основания и до вершины, сооружено без столбов и стоит словно на весу, что поистине достойно удивления и непостижимо”. Стены дворцовых залов покрывали великолепные росписи:
“Был написан укра-шенный золотом трон, на котором изображен государь, восседающий в изящной пышности, имея вокруг се¬бя светлоликих слуг веселья; пред ним и труппы гусанов и игры дев, достойные изумления; там же бои бор¬цов-атлетов и массы (гладиаторов) с обнаженными мечами; а дальше группы львов и других зверей; а там и стаи птиц, украшенных разнообразными уборами”.
Красивые плиты красного камня в местности Котом очень понравились царю Гагику, и он повелел перевез-ти их на остров и использовать при строительстве храма. Тысячетонные обозы потянулись по суше, грузи-лись на суда и плыли к Ахтамару, чтобы в 915 году могло начаться строительство храма Сурб Хач.
Все наружные стены храма покрыты искусными горельефами. В одноцветном камне скульптор сумел пере-дать все богатство индивидуальных характеристик персонажей. Особое место среди них занимает полумет¬ровое изображение Гагика с моделью церкви Сурб Хач в руках, которую он протягивает для благословения Иисусу Христу.
В левой руке Иисуса книга, на странице которой прочитывается изречение: “Аз есмь свет ми¬ра”.
На южной стороне во весь рост представлены два предка царя Гагика – Амазасп и Саак, замученные арабами в 786 году, ибо и под самыми жестокими пытками не отказались от своей веры.
На восточной стене высечены фигуры Григория Просветителя, апостолов Фаддея, Варфоломея и святого Фомы, “который, по одной из апокрифических книг, также был связан с Арменией, куда были перевезены его останки. Здесь их погребли, и на том месте нахарары из рода Арцруни воздвигли монастырь”.
На горельефах, как и на фресках, украшавших интерьер храма, представлены сцены из жизни святых и апостолов и сюжеты из Ветхого и Нового Завета. Назначение ахтамарских горельефов – “славить Бога и де¬ла Его”.
Весь храм опоясывает фриз, составленный из “пиршественных барельефов”, открывающихся фигурой пи-рующего Гагика с кубком вина в руке. Фриз изображает жизнь на Ахтамаре: его обитатели возделывают ви-ноградники, собирают виноград, пируют и веселятся.
Помимо земледельческих здесь изображены сцены охоты, а также птицы и звери, нередко в борьбе между собой; люди, вступившие в схватку друг с другом или врукопашную сражающиеся со зверями-ряжеными, а также 25 театральных масок.
Скульптор по-разно-му трактует человеческое лицо и маску, уделяя особое внимание глазам: в лицах людей с поразительным мастерством передано реальное строение глаз, в то время как у масок зрачки непропорционально велики. Виртуозное владение резцом позволило скульптору передать особенности оригиналов, с которых воспроиз¬водились горельефы.
В 921 году закончилось строительство Ахтамарского храма. С этой датой совпадает и завершение послед-ней в истории Армении войны с арабами, длившейся семь лет. С 914 по 921 год в войне вместе с другими на¬харарами принимал участие и Гагик Арцруни.
Потерпев поражение, халифат признал сюзеренные права анийских правителей династии Багратуни. Гагик Арцруни удовольствовался титулом царя Васпуракана с его более чем миллионным населением. В этот период в Васпуракане было 10 городов, 72 крепости, 115 мо¬настырей, 4000 селений. На протяжении ста лет (922–1022) в Васпураканском царстве царил мир.
Зодчий Трдат
Он прославился строительными работами в городе Аргине, куда Анания Мокаци в 965 году перенес резиден¬цию патриархов Армянской церкви, покинув остров Ахтамар.
Католикос Хачик I Аршакуни решил построить в городе Ани, в 961 году торжественно провозглашенном столицей Армении, большую церковь для своей летней резиденции.
При царе Смбате II (977–989) Ани становится “законодателем” архитектурного направления в Армении, центром развития зодчества. Царь поручает Трдату возведение грандиозной по размерам церкви – впос-ледствии знаменитого своей архитектурой Кафедрального собора. Однако при Смбате II зодчий успел зало¬жить лишь фундамент сооружения, ибо со смертью царя работа прервалась.
Именно в это время Трдат был приглашен в столицу Византийской империи, где получил серьезный и край-не ответственный заказ по реставрации купола знаменитого собора Святой Софии – выдающегося памятни-ка византийского зодчества эпохи его расцвета, построенного знаменитыми архитекторами Анфимием из Трала и Исидером из Милета в 532–537 гг. Именно об этом храме император Юстиниан I, принимавший са¬мое деятельное участие в его сооружении, сказал:
“Хвала Господу, сподобившему меня совершить такое де¬ло. Соломон, я победил тебя”. В 986 году во время сильного землетрясения рухнул купол храма и здание по¬лучило серьезные повреждения.
Один из видных представителей армянской историографии Х века Степанос Таронаци (Асохик) зафиксиро-вал и это событие: “…В царственном городе Константинополе обрушивались блестящие украшения дивных колонн и икон, бывших в обширных церквах, и сама Святая София, то есть Собор, сверху донизу дала трещи¬ну.
Много хлопотали искусные греческие архитекторы о ее возобновлении. Случился там (в это время) ар¬мянский архитектор Трдат, который с удивительным соображением составил план, приготовив модель зда¬ния, по которой приступлено было к работе, и собор по возобновлении явился в изящнейшем, нежели преж¬де, виде”.
Специалистов и сегодня изумляет невиданная масса купола (около 33 метров в диаметре!), покоящегося на четырех величественных арках. Храм Святой Софии неоднократно подвергался разрушениям и реставра-циям, но с тех пор как его восстановил Трдат, он функционирует уже тысячу лет и прочность его не вызы-вает опасений.
По возвращении из Византии Трдат вновь обратился к строительству Анийского собора, теперь уже по пору¬чению царицы Катрамидэ, жены царя Гагика I. В 1001 году Трдат завершил строительство собора, который стал подлинным шедевром анийской архитектуры и принес громкую славу его автору.
Трдат, рассказывает Асохик, “построил кафедральную церковь из тесаного камня, связанного железом, с куполом, расписанным наподобие неба, с тремя другими церквами подобной же дивной архитектуры, снаб-див их роскошными, с пурпуровыми разводами, затканными и среброткаными ризами, паникадилами и горя¬щими как жар сосудами”.
Известный геолог и путешественник, исследователь Кавказа Вильгельм Герман Абих писал, что “Анийский собор красотой своей вызывает изумление”.
Вслед за завершением этих блестящих работ Трдата ожидал новый заказ. Царь Гагик I “возымел благую мысль” построить в своей столице церковь по образцу лежащего в развалинах знаменитого храма Зварт-ноц: “таких же размеров и такой же архитектуры”.
Великий зодчий построил храм Гагикашен, воспроизво-дя Звартноц, но в иных пропорциях и с другими орнаментальными деталями, соединив в нем принципы архи¬тектуры VII века и собственные творческие воззрения.
Им же была создана статуя самого царя Гагика с ма¬кетом храма в руках, представляющая собой образец классического скульптурного произведения. Неда¬ром Асохик называет Трдата не только архитектором, но и “мастером каменных дел”, то есть скульптором.
Немало сооружений построил Трдат в Ани – городе, с которым была тесно связана его творческая судьба. Его произведения стали источником вдохновения для многих поколений.
Новаторство Трдата проявилось прежде всего в построении вертикально расчлененных динамичных и мощ¬ных форм, что и привело исследователей мировой архитектуры к мысли, что творчество Трдата переросло рамки армянской архитектуры. Английский путешественник Линч пишет о Кафедральном соборе:
“Он но¬сит отпечаток того определения качества, которое мы называем красотой, и едва ли кто-нибудь может смотреть на него без радостного трепета… В архитектуре Трдата много типично готических черт, и она мо¬жет служить доказательством восточного происхождения этого стиля”.
Великим творцом подлинных шедевров зодчества считает Трдата австрийский исследователь средневеково¬го искусства Европы и Азии Йозеф Стшиговский, который констатирует, что “в свое время он явился твор¬цом готических замыслов архитектуры… Во всяком случае путь к готике нашел именно он”.
В Ани творили талантливые и предприимчивые люди. Веселый, энергичный светский дух богатейшего горо¬да зафиксировали мудрые летописцы и искусные художники. “Евангелие Мугни”, созданное в одном из мо¬настырей города Ани – Сандхаванке, “Ахпатское Евангелие”, миниатюры и хораны которого выполнены вы¬сокоталантливым художником Маркаре также в одном из анийских монастырей, водят нас по улицам и пло¬щадям Ани, позволяя заглянуть в каждый уголок и удостовериться в справедливости свидетельств лето-писцев и путешественников, описавших роскошные дворцы, прекрасные храмы, неповторимый дух армянс-кой земли.
“…Для потомков труд весь мой”.
МОМИК – зодчий, скульптор, миниатюрист, создатель шедевров Золотой симфонии Армении в камне. Он, с почтением приняв как дар предков замечательные образцы архитектуры минувших времен, обогатил ар-мянское зодчество новыми смелыми темами, подходами, элементами, мотивами, чтобы передать их после-дующим поколениям.
Каждый раз, соприкасаясь с любым из творений Момика, испытываешь трепет перед гением человека, так глубоко проникшего в суть природы этой земли, ее народа и творений его талантливейших сынов.
Момик остался на высоте, достигнутой Трдатом, восстановившим после землетрясения Святую Софию в Констан-тинополе, создавшим Гагикашен, Кафедральный собор и другие самые знаменитые сооружения Ани, Мануэ¬лом, построившим дивные города Востан и Ахтамар, сотворившим чудо средневекового зодчества – храм Сурб Хач на острове Ахтамар; Сиранесом – учителем и старшим коллегой Момика, создавшим основные ше¬девры для дома Орбелянов.
Все, что создано ими, рассказывает миру о высоте полета их творческого гения, которая и сегодня завора-живает и покоряет всех, кто соприкасается с их прекрасными творениями, справедливо названными “музы-кой, застывшей в камне”.
Момик заполнил целую эпоху (ХIII–ХIV вв.) своими выдающимися шедеврами, введя в армянскую архитек-туру, скульптуру и миниатюрную живопись своеобразные решения и новые веяния.
Одно из его замечатель¬ных творений – Нораванк – каждый раз впечатляет таинственностью, красотой и поразительной гармонией с окружающим ландшафтом. Монастырь размещен на уступе глубокого ущелья, и высокие красные скалы вздымаются над ним на сотни метров. Время и природные катаклизмы нарушили целостность комплекса.
И хотя многие шедевры древней и средневековой архитектуры Армении нуждаются в восстановительных ра¬ботах, тем не менее Нораванк всегда хотелось видеть отреставрированным в числе первых.
Однако лишь в 1997 году замечательный архитектор Грачья Гаспарян, обладающий уникальной способностью “разгово¬рить камни”, вернул этой и другим жемчужинам прежнее дыхание и жизнь.
Ту же счастливую судьбу имел и другой шедевр Момика – церковь Святой Богородицы в Арени. Стройный храм из желтовато-оранжевого туфа высится на вершине холма на берегу реки Арпа. Он исключительно гармонично вписан в окружающее пространство и виден издалека.
Впервые имя Момика упоминается в сборнике молитв 1283 года, где им выполнено несколько миниатюр. В 1292 году по поручению Ованеса и Тадеоса он иллюстрировал еще одно Евангелие. Позже, в Киликии, офор¬мил Евангелие царицы Керан.
В 1302 году в Нораванке он завершил работу над Евангелием для Степаноса Орбеляна. Миниатюры Момика занимают особое место в истории армянской книжной живописи, ибо отмечены своеобразием, монумен¬тальностью и четкостью композиционного построения – можно сказать, архитектурным подходом к запол¬нению пространства листа.
В одной из рукописных книг, в памятной записи, начертанной самим Момиком, говорится, что болезнь глаз помешала ему продолжить работу над иллюстрациями и закончил их другой выдающийся миниатюрист Гладзорской школы Торос Таронаци.
Однако через несколько лет сам Момик пишет: “Мои моления вернули свет моим очам”. Но сам он уже не возвращался к книжной живописи, а полностью посвятил себя архитек¬туре и скульптуре.
Первоначально Момик работал с опытным мастером – прославленным Сиранесом, которого потом и сме-нил в качестве главного зодчего при дворе владетелей центрального Сюника – влиятельного феодального рода Орбелянов, покровителей искусства, поддерживавших высокий уровень культуры, достигнутый Арме-нией в ходе двух предшествовавших веков.
Именно в конце ХIII века в Вайоц Дзоре был основан Гладзорс-кий университет, который на протяжении почти целого столетия был главным центром культуры и образо-вания страны. Момик, выпускник этого университета, начинал здесь как мастер книжной живописи наряду с Погосом, Торосом Таронаци и др.
Первым из дошедших до нас сооружений Момика является часовня Григория Просветителя рядом с цер-ковью Татев, построенная в 1295 году. А в 1321 году Орбеляны поручили зодчему возведение церкви в своей новой резиденции – городе Арпа.
Момиком, согласно сохранившейся надписи, была построена церковь Арени. Его же резцом созданы замеча¬тельные рельефы этой церкви – изображение Богородицы на тимпане западного входа и символы еванге¬листов – ангел, орел, крылатые бык и лев – на парусах, поражающие воображение своими размерами: раз¬мах крыльев каждого из них достигает трех метров, заполняя всю плоскость паруса. Сами паруса цельно¬камненные, что является свидетельством высокого архитектурного гения Момика и оригинальности его инженерных решений.
На верхней арке западного входа по сей день сохранилась мемориальная надпись, в которой ктитор церкви, сюникский митрополит Ованнес Орбел, прославившийся также своими строительными работами, просит не предавать забвению память об Орбелянах – строителях сей церкви.
Завершение строительства Арени совпало с землетрясением 1321 года в Вайоц Дзоре, о чем свидетельст-вует приписка Момика на стене церкви. Вероятно, именно тогда пострадал и ряд сооружений культового центра Орбелянов – Нораванка, которые возводил и восстанавливал после предшествующего землетрясе-ния зодчий Сиранес.
Справедливо будет сказать, что Момик сделал скульптуру полноправным компонентом архитектуры. По повелению князя князей Буртела Великого был сооружен Буртелашен (предположительно 1327–1328 гг.), одно из самых выдающихся творений армянской архитектурной мысли – двухэтажная церковь Святой Бого¬родицы в монастырском комплексе Нораванка.
Она решена Момиком с особым творческим вдохновением: над первым этажом усыпальницы возвышается крестообразная поминальная церковь, которую венчает воз¬душный барабан купола в форме легкой ротонды. По обеим сторонам входа вверх ведут две консольные лестницы.
Преемственность традиций – важная черта армянского зодчества, и Момик создает свое оригинальное тво-рение по образу и подобию раннесредневековых архитектурных сооружений, где первый ярус служил усы-пальницей, а второй – молельней (Ахц).
На тимпане входа нижнего этажа изображена Богоматерь, над вхо-дом на второй этаж – композиция Деисуса, а на колоннах ротонды – князья Орбеляны подносят Богородице модель возведенной ими церкви.
Интересна высеченная изящными буквами надпись: “Волею Божией, я, гос¬подин Буртел, князь князей, супруга моя Вахах и сыновья мои Бешкен и Инаник построили сию церковь на наши праведные средства”.
Момик является также автором двух выразительных рельефов на тимпанах западного фасада гавита Нора-ванка – Бога-Отца и Богоматери с Младенцем. По масштабам и пластической разработке рельефы Момика являются идейным и художественным центром его сооружений.
По некоторым сведениям, Момик не увидел освящения Буртелашена – церкви-усыпальницы Нораванка в 1339 году. Он умер за шесть лет до этого, и в его память был установлен хачкар – особая честь, которой удостаивались немногие зодчие средневековой Армении.
Особое мастерство Момика проявилось и в создании хачкаров, один из которых он высек в память о еписко¬пе Сюника, своем друге и патроне Степаносе Орбеляне, которого называл “лучезарным светилом душ”.
Вто¬рой его хачкар датирован 1308 годом: его отличают стройные пропорции, четкость мотивов и тончайшая двухслойная резьба. Этот шедевр Момика находится в покоях Первопрестольного Святого Эчмиадзина. Дру¬гой замечательный хачкар – там же в сокровищнице.
На хачкаре, воздвигнутом во дворе монастыря Нораванк, сохранилась мемориальная надпись митрополита Ованнеса Орбела в память о Степаносе Орбеляне: “Я, Орбел Ованнес, водрузил сей крест во спасение души ду¬ховного отца своего, владыки Степаноса. В лето 752 (1303). Зодчий Момик”.
Момик, как и его выдающиеся предшественники, свою жизнь без остатка посвятил Богу, людям и спасению души человеческой. Создатель непреходящих ценностей, он скромно подписывался: “Ваш покорный слуга, нижайший дьякон, никудышный писец, никчемный Момик”.
О масштабе творчества и личности Момика красноречивее всего говорят его творения, которые принесли ему славу, уважение и почет. Правители княжества Орбелянов щедро вознаграждали своих придворных ар-хитекторов, выделяя им угодья и деньги.
Момику и его сыну Аскандару были пожалованы владения в Улгю¬ре (Ехегнадзорский район), ибо о своем прежнем жилье зодчий говорил, что оно “ни к чему не годится”.
Созданные Момиком шедевры архитектуры и скульптуры, согласно заключению специалистов, “не имеют себе равных в армянском искусстве той эпохи”. И если сохранившиеся шедевры средневекового армянско-го зодчества, созданные гением Мануэла и Трдата, остались на территории, отторгнутой Турцией, то к изу-мительным творениям Момика мы имеем счастье постоянно возвращаться и восхищаться ими, обогащаясь духовно и творчески.
Мэри Чолакян «Литературная Армения» Материл от: Александр Бакулин
