Крах надежд на «Вильсоновскую Армению»
К лету 1920 года казалось, что армянская государственность получила международные гарантии, о каких после Геноцида 1915 года нельзя было и мечтать. 10 августа 1920 года в Севре был подписан мирный договор с Османской империей, по которому Турция признавала независимость Армении, а президент США Вудро Вильсон получал полномочия арбитра для определения границы — речь шла о территории порядка 100 тысяч кв. км бывших Ванского, Битлисского, Эрзерумского и Трапезундского вилайетов в придачу к территории самой республики (Wikipedia: Первая Республика Армения; Нжде-Ковчег: «Первая Республика Армения: триумф и трагедия»).
Но у этого договора не было ни одного заинтересованного гаранта, готового обеспечить его исполнение силой. Антанта, обескровленная мировой войной, стремительно теряла интерес к Закавказью, а на востоке Турции в это самое время формировалась новая сила, категорически не признававшая Севр, — анкарское правительство Мустафы Кемаля. И именно эта сила нашла себе неожиданного, но вполне логичного союзника — Советскую Россию.
Сближение Москвы и Анкары: от переписки к оружию
Первый контакт был установлен ещё весной 1920 года. 26 апреля 1920 года Мустафа Кемаль, председатель президиума только что созванного Великого национального собрания Турции, обратился с письмом к Ленину, предлагая установить дипломатические отношения и прося «всестороннюю помощь» в борьбе против держав Антанты, оккупационного стамбульского правительства султана и — прямо в том же ряду — против Армении (Wikipedia: «Советская помощь Турецкой Республике»; КПРФ Москва: статья о Московском договоре 1921 года).
Расчёт Кемаля был точен: старый союзник османов — Германия — сама лежала в руинах, страны Антанты воспринимались как враги, а вот большевистское правительство, ведущее собственную войну против интервенции и белого движения, охотно откликнулось. Нарком иностранных дел Георгий Чичерин ответил предложением установить дипломатические и консульские отношения, и уже летом 1920 года в Москву прибыла турецкая делегация во главе с Бекиром Сами-беем — её принимали Чичерин, его заместитель Лев Карахан и лично Ленин.
24 августа 1920 года стороны выработали проект договора «о дружбе», зафиксировавший основные принципы будущих отношений; параллельно было достигнуто отдельное соглашение о том, что Советская Россия окажет Анкаре военную помощь — оружием, боеприпасами и золотом — на сумму, которая по некоторым оценкам достигала 10 млн золотых рублей (КиберЛенинка: «Советская Россия — Турция: от первых контактов до заключения Московского договора»; КПРФ Москва). Именно этот пакет договорённостей и имеют в виду, когда говорят о «предварительном» соглашении конца августа 1920 года: юридически он ещё не был официальным межгосударственным договором (полноценный Московский договор появится только через полгода), но политически и материально он уже развязывал Кемалю руки. Уже в начале октября 1920 года в Анкару прибыла первая советская миссия, а осенью пошли эшелоны с оружием и золотом (Wikipedia: Московский договор (1921)).
Для Москвы логика была не менее прагматичной: она искала выход из международной изоляции и союзника против Антанты в Азии, а заодно рассматривала кемалистскую Турцию как силу, способную ослабить и без того непрочную армянскую государственность — прозападную, дашнакскую, а значит, в большевистской оптике враждебную. Показательно, что советский нарком иностранных дел Г. Чичерин в переписке с турецкой стороной подчёркивал общность интересов в противостоянии странам Антанты, а не какие-либо гарантии для Армении.
Двойной удар: турецкое вторжение и советизация (сентябрь–декабрь 1920)
Получив от Москвы политическую и материальную поддержку, Кемаль развязал войну против единственного из соседей Турции, кто формально всё ещё считался страной-победительницей, — против Армении. В сентябре 1920 года турецкая Восточная армия под командованием Кязыма Карабекира начала масштабное наступление. За два месяца боёв армянская армия потеряла порядка двух третей довоенной территории республики, включая Карс и Александрополь (ныне Гюмри) (Wikipedia: Первая Республика Армения).
Пока дашнакское правительство вело безнадёжные бои на западном фронте, с востока подоспела вторая, советская, угроза. 29 ноября 1920 года, когда основные силы Армении были скованы турецким наступлением, из Азербайджанской ССР на армянскую территорию, в район Иджевана, вступил сформированный из армянских большевиков Ревком во главе с Саркисом Касьяном, поддержанный частями 11-й Красной армии РСФСР — той самой армии, что несколькими месяцами ранее советизировала Азербайджан (Wikipedia: «Советизация Армении»; ABCMEDIA: «Когда и как советская 11-я армия впервые вошла в Ереван»).
Переписка советских военачальников того периода не оставляет сомнений в согласованности действий: 29 ноября 1920 года член Кавбюро РКП(б) Серго Орджоникидзе обсуждал с командованием 11-й армии военную поддержку Ревкому, чтобы довести дело «до логического конца», а сам этот день совпал с сообщением о том, что в Александрополе уже действует просоветский Ревком, «поддерживаемый турками» — то есть турецкое командование прямо содействовало приходу большевиков (Genocide.ru: Ю. Барсегов, «Ответственность…», т. 2).
Прижатое с двух сторон, лишённое поддержки союзников по Антанте, дашнакское правительство 2–3 декабря 1920 года было вынуждено сложить полномочия. Формально в эти же дни в Александрополе было подписано тяжелейшее для Армении соглашение с Турцией — Александропольский договор, зафиксировавший турецкие территориальные приобретения; уже на следующий день власть в Ереване перешла к Ревкому, провозгласившему Советскую Армению (armeniansite.ru: «Падение Первой республики»). Так за считанные дни независимая Армения лишилась и территории, и суверенитета — причём оба удара были частями одного и того же, согласованного в Москве сценария.
Московский договор 16 марта 1921 года: раздел без участия закавказских республик
Официальное закрепление раздела произошло несколько месяцев спустя, когда обе стороны, уже не стеснённые необходимостью маскировать сотрудничество, подписали в Москве полноценный межгосударственный «Договор о дружбе и братстве» — 16 марта 1921 года. Его подписали нарком иностранных дел РСФСР Г. Чичерин и глава турецкой делегации Юсуф Кемаль-бей; советские закавказские республики, включая формально уже советскую Армению, к переговорам допущены не были — их судьбу решали в Москве без них (Вне Строк: «Московский договор — история недействительного документа»).
По условиям договора Турции передавались:
- Карсская область — присоединённая к России ещё в 1878 году по итогам русско-турецкой войны;
- Сурмалинский уезд с горой Арарат — часть Эриванской губернии, входившая в состав России с 1828 года;
- южная часть бывшей Батумской области — Ардаганский и Артвинский округа.
Северная часть Батумской области с городом Батуми осталась за Грузинской ССР (Wikipedia: Московский договор (1921)). Иными словами, Советская Россия официально «вернула» Турции территории, отвоёванные Российской империей на протяжении полувека и населённые, в частности, армянами — гору Арарат, ставшую символом армянской идентичности, Армения потеряла именно в результате этой сделки.
Отдельная и особенно чувствительная статья договора — третья — касалась Нахичевани. Территория бывших Нахичеванского и Шарур-Даралагезского уездов Эриванской губернии передавалась «под протекторат Азербайджана» с оговоркой, что Азербайджан не имеет права уступать этот протекторат третьей стороне — явный намёк на Иран, у которого данная территория была отторгнута в пользу России ещё по Туркманчайскому договору 1828 года (realtribune.ru: «Карсский договор 1921 года — следствие сговора Советской России и Турции против Армении»). Так исторически армянский регион, где ещё по переписи начала XX века значительная часть населения была армянской, был выведен из состава Армянской ССР и передан под контроль Баку — причём произошло это без какого-либо волеизъявления самого населения Нахичевани.
Осенью того же 1921 года, в октябре, в Карсе был подписан почти идентичный по содержанию Карсский договор — на этот раз его подписали уже сами закавказские советские республики (Армянская, Грузинская и Азербайджанская ССР) совместно с РСФСР, что юридически «легитимизировало» условия, продиктованные Москвой полугодом ранее (TRT на русском: «Договор 1921 года сохраняет значимость для Турции и России спустя век»). Формальное участие Еревана, Тбилиси и Баку в Карсском договоре не должно вводить в заблуждение: к октябрю 1921 года все три республики были уже полностью советизированы и не имели самостоятельной внешней политики — они лишь скрепили подписью то, что было решено в Москве без их участия.
5 июля 1921 года: Карабах передаётся Азербайджану
Если Карс, Сурмалу и Нахичевань были ценой, заплаченной за союз с Кемалем, то судьба Нагорного Карабаха решалась уже во внутрипартийных большевистских инстанциях — на заседаниях Кавказского бюро ЦК РКП(б).
Ситуация здесь была особенно запутанной. 4 июля 1921 года пленум Кавбюро большинством голосов признал Нагорный Карабах частью Армянской ССР. Однако уже в ночь на 5 июля, при активном участии Серго Орджоникидзе и Амаяка Назаретяна, вопрос был пересмотрен: новое постановление гласило, что «ввиду необходимости национального мира между мусульманами и армянами» и «экономической связи Верхнего и Нижнего Карабаха», Нагорный Карабах остаётся в составе Азербайджанской ССР — с предоставлением ему «широкой областной автономии» (Wikipedia: «История Нагорного Карабаха»; karabakh.center: «Основные этапы территориальных притязаний…»).
На заседании присутствовали и голосовали члены Кавбюро — Орджоникидзе, Махарадзе, Нариманов, Мясников (этнический армянин), Киров, Назаретян (этнический армянин), Орахелашвили и Фигатнер, а также в качестве члена ЦК РКП(б) — Иосиф Сталин, в тот момент нарком по делам национальностей (insightkarabakh.com: «Взгляд на Карабах»). Административным центром новообразованной автономии была назначена Шуша — город, где в 1920 году в ходе антиармянских погромов было уничтожено армянское население и армянская часть застройки.
Стоит отметить, что вокруг этого решения по сей день идёт острая историографическая полемика: армянская сторона традиционно акцентирует внимание на резком развороте позиции Кавбюро за одну ночь и на роли Орджоникидзе и Сталина, тогда как азербайджанские авторы настаивают, что речь шла не о «передаче» территории, а о сохранении статус-кво, поскольку де-факто Нагорный Карабах контролировался советским Азербайджаном ещё с 1920 года (АЗЕРТАДЖ: «Ещё раз о так называемой “передаче” большевиками Карабаха Азербайджану»; azerhistory.com: «Сталин “подарил Нагорный Карабах Азербайджану”?»). Так или иначе, сам факт стремительного пересмотра решения в течение суток и решающая роль в этом пересмотре двух конкретных функционеров — Орджоникидзе и Сталина — зафиксированы в протоколе заседания и не оспариваются ни одной из сторон.
Итог: карта, перекроенная за девять месяцев
Если сопоставить все эти события в хронологическом порядке, картина выглядит так:
- 24 августа 1920 г. — Москва и Анкара договариваются о военной и финансовой помощи кемалистам в обмен на политический союз против Антанты и, по сути, против Армении.
- Сентябрь–ноябрь 1920 г. — турецкое наступление отбирает у Армении около двух третей её территории.
- 29 ноября — 2 декабря 1920 г. — при прямой поддержке 11-й Красной армии происходит советизация Армении, независимая республика прекращает существование.
- 16 марта 1921 г. — Московский договор между РСФСР и Турцией без участия Армении закрепляет передачу Турции Карса и Сурмалу (с горой Арарат) и переводит Нахичевань под протекторат Азербайджана.
- 5 июля 1921 г. — Кавбюро РКП(б) в последний момент меняет решение и оставляет Нагорный Карабах в составе Азербайджанской ССР.
- Октябрь 1921 г. — Карсский договор задним числом «утверждает» этот раздел подписями уже полностью советизированных закавказских республик.
За неполный год Первая Республика Армения — просуществовавшая как независимое государство с мая 1918-го по декабрь 1920 года — лишилась государственности и значительной части исторической территории, включая гору Арарат, Карс, Нахичевань и, во всяком случае как отдельный административный вопрос, Нагорный Карабах. Решения по каждому из этих вопросов принимались не в Ереване и не при участии армянского населения соответствующих территорий, а в Москве, Анкаре и Тифлисе — партийными и дипломатическими инстанциями, для которых судьба армянских земель была разменной монетой в куда более крупной геополитической игре между большевистской Россией и кемалистской Турцией.
Источники и материалы для дальнейшего чтения
- Московский договор (1921) — Википедия
- Советизация Армении — Википедия
- История Нагорного Карабаха — Википедия
- Первая Республика Армения — Википедия
- КиберЛенинка: «Советская Россия — Турция: от первых контактов до заключения Московского договора (16 марта 1921 г.)»
- Армянский музей Москвы и культуры наций: «Равнодушие хуже предательства. Крах Первой Республики…»
- karabakh.center: «Основные этапы территориальных притязаний армян на Нагорный Карабах в ХХ веке»
- Genocide.ru: Ю. Барсегов, «Ответственность…» (документы Кавбюро и переписка 1920 г.)
- АЗЕРТАДЖ: «Ещё раз о так называемой “передаче” большевиками Карабаха Азербайджану» (альтернативная точка зрения)
- TRT на русском: «Договор 1921 года сохраняет значимость для Турции и России спустя век»
