Редко приходилось мне видеть, чтобы люди сражались с таким ожесточением, как при осаде Вана.
Это был непрекращающийся бой, местами переходящий в рукопашную схватку. Здесь никто не молил о пощаде и никто никого не щадил.
Ни христианин, ни мусульманин из плена не возвращался. Спасти пленника в те дни было так же невозможно, как отнять добычу у голодного тигра…
Вот так только – с обожженными волосами, грязными от пороха и дыма лицами, полу оглохшие от разрывов артиллерийских снарядов и от пальбы в упор – мы могли медленно, ценой неслыханных жертв, продвигаться к центру этого упрямого города, в котором армяне продолжали отчаянно защищаться среди горящих руин своих домов, до последнего вздоха сражаясь за свободную Армению и за победу христианской веры.
Я же проклинал тот час, когда злая судьба превратила меня в палача моих единоверцев.
Рафаэль де Ногалес .”Четыре года под полумесяцем”.
