Турция предпочитает не раздувать из произошедшего политический конфликт. По сравнению с 2015 годом ситуация изменилась и диктует новые правила. Разочарование в США как союзнике, военные трудности в Сирии, проблемы в экономике, заботы о конституционной реформе – все это заставляет Анкару старательно избегать обострения отношений с Москвой
Фото: Carnegie.ru
Девятого февраля Россия и Турция вновь оказались на пороге конфликта. В этот раз в результате авиаудара российских ВКС в Сирии погибли трое турецких военных, еще 11 были ранены.
Инцидент произошел в районе сирийского города Эль-Баб, где Турция проводит свою наземную операцию «Щит Евфрата» совместно с силами сирийской оппозиции против боевиков запрещенной в России группировки «Исламское государство» (ИГ). ВКС России оказывают им поддержку с воздуха.
Российская сторона сразу назвала произошедшее «ошибкой», причиной которой стала «несогласованность координат». Президент Путин немедленно выразил соболезнования в телефонном разговоре с президентом Турции Эрдоганом. Начальник Генштаба России Валерий Герасимов также провел телефонные переговоры со своим турецким коллегой Хулуси Акаром.
Как отметил пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков, «в ходе упомянутого разговора начальников Генштабов было принято решение экстренно провести совместную работу по совершенствованию механизма согласования совместных действий по борьбе с террористами в Сирии». Стороны также договорились провести совместное расследование произошедшего.
Власти молчат, соцсети негодуют
В Турции новость об инциденте восприняли неоднозначно. В турецкой армии заявили, что инцидент произошел по ошибке. Официальные лица предпочли не высказываться публично. Ни президент Эрдоган, ни премьер-министр Бинали Йылдырым, ни министр иностранных дел Мевлют Чавушоглу никак не прокомментировали инцидент.
Единственной реакцией на случившееся стал комментарий министра экономики Нихата Зейбекчи. «Как заявили президент России и представители вооруженных сил Турции, российский самолет нанес удары по нашим военным по ошибке», – отметил министр, ничего нового при этом не сказав.
Более разговорчивой оказалась турецкая оппозиция. Лидер главной оппозиционной Народно-республиканской партии Кемаль Кылычдароглу сразу же прокомментировал инцидент.
В своем твиттере он написал: «Факт, что наши солдаты были убиты, гораздо важнее сухого сообщения о соболезнованиях, принесенных Россией». В другом твите Кылычдароглу добавил: «Мы стали страной, которая тонет в болоте Ближнего Востока. Страной, которая каждый день получает новости о гибели своих солдат».
Ведущие турецкие СМИ, которые после неудавшейся попытки государственного переворота 15 июля 2016 года подверглись чисткам и кадровым перестановкам и стали придерживаться более проправительственных взглядов, ограничились лишь новостью о случившимся с упоминанием соболезнований российской стороны.
Главный редактор проэрдогановской газеты «Йени Шафак», известный журналист-политолог Ибрагим Карагюль в колонке, опубликованной на следующий день после гибели турецких военных в Сирии, обращает внимание на то, что инцидент имел место в то время, когда в Турции с первым зарубежным визитом в новой должности находился глава ЦРУ Майк Помпео.
Однако, по мнению журналиста, это просто совпадение и искать связь между событиями не стоит. Ибрагим Карагюль пишет: «Ухудшение отношений между Россией и Турцией или их отдаление друг от друга, как и продолжение конфронтации с Ираном будет иметь тяжелые последствия».
Он напоминает о негативных последствиях недавнего кризиса в отношениях с Москвой. По мнению Карагюля, за кризисом стояло террористическое движение FETO во главе с проживающим в США проповедником Фетхуллахом Гюленом, который, по мнению Анкары, был зачинщиком путча 15 июля прошлого года.
Журналист левого оппозиционного новостного портала Озгур Шен сомневается, что гибель турецких военных на самом деле была результатом «ошибки». По мнению журналиста, неспроста инцидент произошел во время пребывания в Турции главы ЦРУ.
Он напоминает о недавнем кризисе в отношениях с Россией из-за сбитого самолета, а также об убийстве российского посла Андрея Карлова на выставке в Анкаре в декабре прошлого года. «Если принять во внимание все эти события, то сложно рассматривать нынешний инцидент как ошибку, – пишет Шен.
– Однако даже если российский самолет случайно или же специально нанес удары по нашим военным, это не изменит политику ПСР (Партия справедливости и развития; правящая партия в Турции)». По мнению журналиста, политика нынешнего руководства в Сирии ошибочная, жертвы растут, а власти не знают, чего хотят от сирийской кампании.
Интересной была реакция соцсетей, которые после последовавших за переворотом чисток в СМИ многие в Турции считают единственной сохранившейся площадкой, где можно свободно обсуждать текущие события.
Под хэштегами #geldeinan и #rusya пользователи турецких соцсетей обсуждали инцидент в Эль-Бабе. Превалирующее мнение – «Россия специально нанесла удар по турецким военным» и «инцидент неслучайно произошел в день визита главы ЦРУ в Турцию».
Некоторые пользователи призывали власти Турции не молчать и ответить нападающей стороне, то есть России. Кто-то отметил, что «Россия и США «по ошибке» удары никогда не наносят». Некоторые пользователи выражали сомнение в искренности соболезнований российской стороны.
Кризис маловероятен. Что изменилось?
Несмотря на критику оппозиции и соцсетей, власти Турции предпочитают не раздувать из произошедшего политический конфликт. Инцидент не приведет к ухудшению отношений Москвы и Анкары, как это произошло в ноябре 2015 года, когда турецкая сторона сбила российский истребитель, по словам Анкары залетевший в ее воздушное пространство.
Сейчас обе стороны заинтересованы в продолжении сотрудничества в Сирии как в военном плане, так и в политическом. По сравнению с концом 2015 года ситуация изменилась и диктует новые правила.
Во-первых, Турция разочаровалась в своем главном союзнике по НАТО – США. Действительно, Вашингтон на протяжении почти шести лет кризиса в Сирии игнорировал просьбы и требования Анкары вмешаться в конфликт, поддержать создание бесполетной зоны в приграничных с Турцией районах.
Более того, власти США оказывали поддержку сирийским курдам, несмотря на протесты Турции, которая рассматривает сирийских курдов как ответвление своего главного внутреннего врага – Рабочей партии Курдистана.
Окончательно турецкие власти разуверились в Америке во время попытки переворота в июле прошлого года. Ответственность за путч турки возложили на Гюлена, проживающего в США.
Американцы отказываются его экстрадировать, и турки видят в этом доказательство того, что спецслужбы США причастны к путчу. Конечно, с приходом Дональда Трампа в Белый дом отношения сторон могут наладиться, но, как бы там ни было, на данный момент по будущему американо-турецких отношений нет определенности, а вот вражда с Россией Анкаре точно не нужна.
С августа прошлого года не без согласования с Москвой Анкара проводит в Сирии наземную операцию «Щит Евфрата», ее цель – очистить приграничные с Турцией районы от боевиков ИГ и курдских отрядов. Операция проходит сложно. Турецким войскам уже несколько недель не удается освободить Эль-Баб, количество жертв среди турецких военных постоянно растет.
Если к этому добавится новый кризис с Россией, ситуация получается совсем не радостная для правящей партии и президента Эрдогана, которые в разгар сирийских событий развернули кампанию по превращению Турции из парламентской республики в президентскую.
В преддверии референдума по новой Конституции Эрдогану как никогда важен его рейтинг, и скандалы и выяснение отношений с соседями в его ближайшие планы не входит.
Турецкое руководство весьма прагматично и понимает, что любое ухудшение отношений с Москвой отразится на турецкой экономике, переживающей глубокий кризис. В 2016 году турецкая лира упала на 18% по отношению к американскому доллару.
По сравнению с 2015 годом в 2016 году иностранные инвестиции сократились на 44,3% (период январь – октябрь). Произошел спад более чем на 32% в сфере туризма – в основном за счет сокращения турпотока из России. Российские санкции, введенные в ответ на сбитый Турцией истребитель, также ударили по турецким сельхозпроизводителям.
Никто из нынешнего руководства Турции (по крайней мере публично) не рассматривает произошедшее как «нож в спину» и не требует адекватного ответа, а значит, повторения ноября 2015 года ожидать не стоит. Автор: Екатерина Чулковская
