Париж, по особенному естеству своему, воспитал многих живописцев. Гарник Зулумян (Гарзу), вместе с Ван-Гогом, Шагалом и Пикассо – один из них, выпестованных французской столицей. 17 лет назад одного из мастеров кисти не стало…
Его, семнадцатилетнего юношу из Алеппо, Париж 1924 года вначале оглушил, как это часто случается, но Гарзу быстро опомнился, и стал было искать идеалы в прошлом. Образ мыслей Гарзу, его художественное видение близки к старым мастерам – не до прямой аналогии, конечно, но эти созвучия ощущаются в его полотнах.
Прошлое, как образ, для Гарзу в определенной степени автобиографично, будто сам художник переносится в ушедшие эпохи, живет в готических замках, в Версале и в Венеции.
Но вот прошлое куда-то исчезает, и рисунки художника становятся похожими на кардиограмму – колючие, острые и выразительные, на первый взгляд хаотичные, они имеют удивительную образность, продуманную структуру и конструкцию.
И все равно: любое полотно или литография Гарзу – это всегда эмоции через край, таинственный захватывающий спектакль. “Реальность богата”, – приговаривал Гарзу, – “и каждая вещь излучает собственное таинственное сияние.
Взаимопроникновение реальности и мечты завораживает меня, я хотел бы постичь внутреннюю суть вещей”.
Вот так и возник мир Гарзу, вселенная в параллельной реальности, поставленная прирожденным режиссером, со старинными пушками, сказочными кораблями, рыцарскими доспехами.
Все это не воспринимается, однако, анахронизмом, иллюстрированием сценок – несмотря на то, что Гарзу прославился и как иллюстратор книг Хемингуэя (особенно “Прощай, оружие”), Камю, французских писателей и поэтов ХХ века.
Впервые на историческую родину Гарзу приехал в 1966 году, почти сорокалетним, уже известным художником. Возможно, ему требовалось время, чтобы, как говорится, “созреть” для этого посещения. И, наверное, поэтому он решил добираться до Армении поездом.
“Возможность лететь самолетом меня не прельщала. Хотелось въехать в Армению не сразу, а постепенно. Подобно тому, как постепенно раскрывается занавес в театре и зрители попадают в волшебный мир, передо мной постепенно раскрывался образ страны, которую я мечтал увидеть всю свою жизнь.
И у меня создавалось ощущение, что я давно уже знаю Армению, более того, видел ее в своих произведениях, и чувствовал себя армянским художником, прожившим часть жизни в родной стране”, — так он объяснял выбор транспорта.
В 1966 году Гарзу был известен в Армении, по большому счету, единственной своей картиной, находившейся в республике, но все произведения, которые экспонировались на организованной тогда выставке, он оставил в дар своей стране.
Заслуженный деятель искусств Армении Шаэн Хачатрян вспоминал, что после землетрясения “попросил его помочь ленинаканским художникам, в одночасье лишившимся мастерских и средств к существованию.
Фонд культуры, где я был исполнительным директором, предлагал устроить выставку-продажу примерно полусотни работ, которые Гарзу, не задумываясь, передал мне.
Спустя некоторое время выставка-продажа состоялась, однако я уже не имел к ней отношения: в фонде произошли кадровые изменения. Через непродолжительное время меня немало озадачило, что два десятка литографий, которые я, повторяю, собственноручно привез в Ереван, вдруг обнаружились в США, где их продавали по гораздо более высокой цене”.
На трагедию 1988 года Гарзу отозвался и как художник – он прислал Хачатряну эскиз картины “Надежда”: разрушенный город, а из земли, словно дерево, прорастает обнаженная женщина, на ее голове вместо волос — молодые цветущие побеги. К сожалению, картину эту Гарзу так и не написал, она осталась эскизом.
А армянская тематика возникла во фресках, которыми художник расписал средневековую церковь Святого Саака в городе Маноске, неподалеку от Марселя. И это стало настоящим подвигом – попробуйте расписать фресками 600 квадратных метров поверхности, когда вам 81 год.
Выставки Гарзу проходили во многих странах мира, его картины выставлены в сотне с лишним мировых музеев, полотна Гарника Зулумяна изображены на почтовых марках Франции. В 1956 г. художник был удостоен рыцарского звания “Легион чести”, в 1977 избран членом Академии изящных искусств Франции.
Гарзу с большим успехом занимался росписью по фарфору и гравюрой, оформлял театральные постановки в оперных и балетных театрах Парижа.
Сегодня в Национальной картинной галерее Армении хранится более трехсот работ кисти Гарзу. Художник прожил без малого век, уйдя из жизни в эти августовские дни 2000 года, оставив миру удивительное художественное наследие, которое еще долго будут пытаться расшифровать.
