Агрессивные планы кемалистского правительства в отношении Республики Армения выявились еще весной и летом 1920 г., особенно во время советско-турецких и турецко-армянских переговоров.
Москве. Турецкая делегация руководствовалась Брест-Литовским и Батумским договорами, которые не имели юридической основы, так как первый из них был аннулирован правительством РСФСР еще 20 сентября 1918 г., а второй не был ратифицирован ни медж лисом Османской империи, нн парламентом Армянской республики. Но анкарское правительство пыталось во что бы то ни стало уза конить свои территориальные притязания.
Советская делегация, возглавляемая Чичериным, требовала на переговорах 1920 г., во-первых, создания в пределах Ванского и Битлисского вилайетов армянского очага, чтобы уцелевшие после геноцида армяне могли вернуться к себе на родину, а во-вторых, настаивала, чтобы земли с преобладающим мусульманским насе лением перешли к Турции, а земли, где до 1914 г. жило армянское большинство, перешли к Армении.
Переговоры завершились безрезультатно. Тогда кемалистское правительство решило достичь своей цели силой оружия. Заметим, что применить силу оно было готово еще в мае 1920 г. Стремясь осуществить свои экспансионистские планы, кемалисты намеревались первым долгом захватить всю Армению, чтобы, как говорил Мустафа Кемаль, «присоединить к Турции и Азербайджан».
Перед нашествием кемалистских войск их командующий Кязим Карабекир-паша заявил: «В ближайшие дни я должен известить о том, что Армения стерта с карты мира». Турецкое командование решило нанести основной удар со стороны Сарыкамыша. 28 сентября 1920 г. турки вторглись в пределы Армянской республики, 29 сентября заняли Сарыкамыш и Кагзман, 30 октября — Карс, 7 ноября —- Александрополь, 12 ноября —Агин и двумя направлениями развивали наступление на Ереван.
Свою агрессию турки осуществляли под лозунгом борьбы с Антантой, а войну с Арменией — «союзницей Антанты» — изображали борьбой с империализмом. Турецкое командование заявило, что их войска борются против агентов Антанты — дашнаков — «за осво бождение армянского народа от дашнакского ига». Повсюду распускались слухи, будто кемалисты такие же революционеры, как и большевики.
Наивные попадались на эту удочку. Успеху кемалистской аги тации способствовали и армянские коммунисты во главе с Ревкомом, которые любой ценой стремились подорвать авторитет дашнаков. Процитируем телеграмму миссии РСФСР в Грузии, направ ленную Чичерину:
«Армянские солдаты, в большинстве сочувствующие Советской власти, сдавались поэтому кемалистам. Несмотря на свою сравнительную многочисленность, хорошее английское вооружение, армянская армия оказала очень слабое сопротивление. Были случаи отказа сражаться целых полков в районе Карса, Игдира и сдавались кемалистам» . (Публикуется впервые).
В сентябре и октябре армянское правительство неоднократно обращалось к союзным странам с просьбой о военной и матери альной помощи. И каждый, раз европейские державы отказывались помочь. Между тем зверства кемалистских войск ничем не отличались от зверств младотурецких палачей. Это была старая политика турок— политика геноцида. «По неполным данным, потери Армении в результате турецкого нашествия составили (только в оккупированных районах) до 198 тыс. человек, вывезено и уничтожено турками имущества на сумму около 18 млн. рублей золотом». (Совет ская Историческая Энциклопедия).
В том, что кемалисты заранее запланировали геноцид в Восточной Армении, рассчитывая покончить с ней, говорит совершенно секретное обращение министра иностранных дел Турции Ахмеда Мухтара-паши от 8 ноября 1920 г. к командующему Восточным фронтом Кязыму Карабекиру:
«Армения находится на весьма об ширной мусульманской территории, поэтому необходимо ликвидировать ее как политически, так и фактически. Нужно учесть, что общая политическая ситуация и наша мощь благоприятствуют осуществлению этого замысла».
Ставшие лишь недавно доступными архивные . материалы подтверждают, сколь неблаговидна роль, которую сыграл в армянском вопросе Сталин, к каким последствиям привели его дезориентирующие телеграммы и письма. Так, 5 ноября 1920 г., когда турки уже заняли Сарыкамыш и Карс и вплотную подошли к Александропо-лю, Сталин телеграфировал из Баку Ленину:
«Сообщаю для ориентировки… 2 . Положение в Турции не ясно, ибо оно может стать опасным, если состоится соглашение Кемаля с Антантой, ибо ней трализация Кемаля облегчит поход Антанты на Баку, поэтому без тщательной разведки и выяснения положения в Турции нельзя под писать договор с Арменией, отдающий Армении, т. е. Антанте, важнейший стратегический район с мусульманским населением и втягивающий нас в конфликт с Турцией. С договором с Арменией пока надо тянуть, делать вид, что желаем выгодного для Армении мира, а потом видно будет». (Публикуется впервые).
Намерения Сталина ясны: он хотел, чтобы турки заняли как можно больше армянских земель, прежде чем будет заключен договор между РСФСР и Арменией. Между тем турецкие войска заняли всю Карсскую область, Александрополь, Сурмалинский уезд и участок железной дороги Александрополь — Караклис, отрезав единственный путь, связывав ший Армению с внешним миром.
7 ноября 1920 г. Сталин телеграфировал из Баку Ленину и Чичерину: «Карс действительно занят, Александрополь, наверное, будет занят, причем турки будто бы не пойдут дальше линии, известной Москве. Думаю, сведения эти запоздалые, ибо турки уже перешли линию, кроме того, турки хотят и преследуют свои собственные цели, т. е., видимо, хотят заставить Армению отказаться от Севрского договора и поставить Антанту перед фактом в связи с предполагаемыми переговорами кемалистов в Константинополе». (Публикуется впервые).
После долгих поисков нам удалось установить, что еще до на ступления турецких войск на Армению между анкарским правительством и правительством Советской России существовала договоренность — не переходить при наступлениии линию за Сарыкамышем. Об этом свидетельствует, в частности, заведующий политическим отделом министерства иностранных дел Турции Хикмет.
«Мы.— пишет он в своей информации,— силой событий принуждены были повести наступление на Армению, не имея возможности обсудить это движение с Советской Россией. Согласно нашему совместному с Советской Россией решению, мы в случае наступления должны были не двигаться дальше Сарыкамыша». (Публикуется впервые.— Е. С.).
Что такая договоренность существовала, подтверждает и ответ И. Ленина на просьбу армянского правительства оказать воен ную помощь против турецких оккупантов. Ленин ответил выражекиями всяческой симпатии к Армении и заявил, что «Россия го това послать войска для поддержания порядка и безопасности».
Благодаря военным успехам турки надеялись навязать Армении такие условия «мира», которые могли бы положить конец существованию Восточной Армении. Вот отрывок из уже цитирован-ного совершенно секретного обращения А. Мухтара-паши к К. Карабекиру:
«Мы не должны заключать обычный мирный договор, убрав из Армении наши силы. Задушив армян, одновременно мы должны стараться не обострять отношения с Европой, союзницей которой является Армения, и так добиваться нашей цели. Теперь мы должны стремиться окончательно покончить с армией армян, забрать у армян оружие и раздать мусульманам, лишить армян права создать новую армию, завладеть железными дорогами и установить непосредственную прямую связь с азербайджанскими турками и их правительством. Вот в основном те пункты, которые должны лежать в основе мирного договора».
Руководствуясь указаниями министра иностранных дел, Карабекир-паша навязал разоренной Армении кабальный Александропольский договор, который, заметим, был подписан дашнаками 2 декабря 1920 г., т. е. уже после того, как они передали 29 ноября власть большевикам. Иначе говоря, этот договор был с первого дня неправомочен. Скорее всего, подписывая его, дашнаки на это и рассчитывали.
Александропольский договор передавал Турции почти всю территорию Армении за исключением района Еревана и озера Севан. От самостоятельной Армении оставалась только тень. Турецкие захватчики долгое время цеплялись за букву Александропольского договора, лишенного элементарных юридических основ и не признанного ни Советской Арменией, ни РСФСР, т. к. он был заключен правительством, уже сложившим с себя полномочия.
Успешное продвижение Красной Армии к Кавказу и разгром Врангеля рушили пантюркистские планы анкарских правителей. Это отрезвляюще подействовало на них, и они решили возобновить московские переговоры, прерванные в августе 1920 г.
До начала московской конференции Сталин 12 февраля 1921 г. предупредил Ленина о том, чтобы Чичерин не поднимал армянский вопрос, как он это сделал на первой конференции, окончившейся провалом:
«т. Ленин! Я вчера только узнал, что Чичерин действительно послал когда-то туркам дурацкое (и провокационное) требование об очищении Вана, Муша и Битлиса (турецкие провинции с громадным преобладанием турок в пользу Армении. Это армянское империалистическое требование не может быть нашим требованием. Нужно запретить Чичерину посылку нот туркам под диктовку националистически настроенных армян».
Турецкую делегацию, разумеется, устраивала позиция Сталина. «Мне сообщили,— пишет первый посол Турции в Москве Али Фуад Джебесой,— что в московской конференции активное участие примет товарищ Сталин», Далее, говоря о своей встрече со Сталиным,
50 Сталин знал, что коренное армянское население в этих вилайетах было полностью уничтожено или изгнано в 1915— 1916 гг. Джебесой пишет, что на ней «ни слова не говорилось о передаче Турцией части своей территории Армении».
Антиармянскую позицию Сталина недвусмысленно выразила газета «Жизнь национальностей» — официальный орган возглавляетегася Сталиным Наркомкаца, где 4 марта 1921 г. была опубликована пространная передовица «Армения и Турция на предстоящей конференции»» Под ней стояла подпись А. Скачко, того самого Скачко, недорого Орджоникидзе называл «адвокатом турецкого имперммгизма».
Ограничимся несколькими выдержками, которые наиболее вы пукло характеризуют этот армяноненавистнический опус.
«Необкодимо. чтобы, участвующие в конферевции государства сделали бы друг другу такие уступки, которые устраняли бы все поводы к взаимному недовольству и недоверию… Тогда как для ан горского правительства, преследующего государственно-национальные интересы, чрезвычайно важно сохранение, а может быть, и увели чение турецкой территории, для социалистических государств ни тер ритория, ик национальное единство не играют никакой роли…
Все эти соображения относятся главным образом к Армении, ибо ни Россия, ни Азербайджан не имеют спорных вопросов с Турцией. Главным вопросом конференции является вопрос армянский, т. е. устранение всех недоразумений и установление дружеских отношений между Турцией и Арменией… Армении безусловно придется руководствоваться ленинским принципом о величайших национальных пожертвованиях.
Ей придется отказаться не только от империалистических дашнакских замыслов о великой Армении, но, возможно, даже и от более скромного желания объединения тех земель, которые всегда назывались армянскими… И если бы даже в современной Армении беженцы из Битлиса и Вана терпели неимоверные ли шения, если бы оставшиеся в Турции армяне сейчас продолжали преследоваться и угнетаться правительством, все равно Армении до поры до времени ничего не остается, как примириться с этим и принести в жертву интересам мировой революции н бывшие тер ритории, и оставшиеся там группы своего народа.
Армении придется отказаться не только от территорий, на которые она претендовала, но даже и от тех, которые уже входили в состав независимой Армении. Карсская и Ардаганская области отнюдь не дол жны являться яблоком раздора между Арменией и Турцией, ибо надо принять во внимание, что захват этих областей армянским правительством был акт чисто империалистический…».
Надо ли удивляться, что переговоры прошли в духе инструкций, содержавшихся в этой уникальной по своему бесстыдству статье? Прежде чем ехать в Москву, турецкая делегация, возглавляемая министром иностранных дел Юсупом Кемаль-беем, прибыла в Баку, где имела встречи с руководителями Советского Азербайджана. На этих встречах обсуждалось, как на предстоящей советско-турецкой конференции претворить в жизнь захватнические планы Турции и Азербайджана по отношению к Армении.
Об этом свидетельствует письмо Н. Нариманова В. И. Ленину от 19 февраля.: «Самый щепетильный для них (турок— Е. С.) вопрос — это армянский: в этом вопросе они проявили максимум энергии, чтобы его решить в свою пользу». И дальше: «Армянский вопрос есть вопрос жизни и смерти. Если в этом вопросе мы уступим, масса не пойдет за нами.
Между тем решение этого вопроса в нашу пользу делает нас сильными». Нариманов озабоченно подчеркивает:
«Если Москва из-за армянского вопроса оттолкнет ангорцев от себя, они. отчаявшись «могут броситься в объятия Англии. Что может тогда быть?.. Я должен предупредить Вас: тов. Чичерин путает восточный вопрос, он слишком увлекается армянским вопросом и не учитывает всего, что может (быть), если разрыв с ангорцами будет именно из-за армянского вопроса. Я категорически заявляю», если хотим Азербайджан удержать за собой, мы должны с ангорцами заключить крепкий союз во что бы то ни стало. Я подчеркиваю: этот союз даст нам весь мусульманский Восток».
Перед началом московской конференции Нариманов снова предупреждает Ленина о том, что «Армянский вопрос в переговорах с турецкой делегацией не должен играть роли».
Лишь выработав в Баку определенную программу, турецкая делегация выехала в Москву. Конференция открылась 26 февраля 1921 г. Воспользовавшись тем, что в результате февральского переворота Советская власть в Ереване временно пала, турки категорически отказались вести переговоры с делегацией Советской Армении.
Они снова выступили с требованием исходить в территориальных вопросах из Брест-Литовского и Александропольского до говоров. Со своей стороны глава делегации РСФСР Г. В. Чичерин вновь потребовал справедливо решить армянский вопрос, в частно сти. возвратить хотя бы малую часть Западной Армении, а также захваченные кемалнстами Карс и Ардаган. Это, однако, не нашло поддержки у Сталина. .
Не случайно, турецкие дипломаты, принимавшие участие в пе реговорах, а вслед за ними и турецкие историки в один голос поют дифирамбы Сталину и порицают Чичерина. Так, А. Ф. Джебесой пишет:
«Направленное нам официальное извещение об участии в московской конференции Сталина, который был вторым после Ле нина лицом и, который с согласия Ленина, сосредоточил в своих руках всю власть в стране, было ничем иным, как стремлением изменить не имевшую успеха политику советского комиссара Чичерина, которую он проводил в отношении Турции». «Из встреч с Чичериным и Караханом.— продолжает автор,— мы поняли, что подобным путем мы не добьемся определенных результатов. Чтобы не тратить зря времени, мы попросили комрссара по делам национальностей товарища Иосифа Джугашвили — Сталина принять нас».
Вспоминая о своей беседе со Сталиным, бывший посол Турции приводит его слова: «Вопрос об Армении вы решили сами. Если еще осталось что-то нерешенное, это тоже решайте сами, но поставьте нас в известность об окончательном сроке». «После этого твердого, ценного и удовлетворяющего нас заявления товарища Сталина мы попрощались с ним». Все это говорит о том, что успех турецкой делегации на московской конференции был предрешен. Не даром турки ни в чем не шли на уступки и добились больших территориальных приобретений.
Вот как характеризовали члены турецкой делегации роль Сталина (в телеграмме К. Карабекиру): «Сталин лично ярый враг армян_ Подписание договора осуществилось благодаря Сталину». (Публикуется впервые).
Согласно грабительскому договору «О дружбе и братстве», подписанному 16 марта 1921 г., к Турции отошли не только Карсская область, но и Сурмалинский уезд, который не был занят турецкими войсками. Что касается Западной Армении, то вопрос о ней даже не поднимался. Кстати, турецкие историки не скрывают своего удовлетворения.
По договору от 16 марта,— пишет Быйыклы-оглу,— Ардаган, Карс и Артвин без референдума переходили к Турции, вместо Батума мы получили Сурмалинский уезд (с горой Арарат — национальным символом армянского народа.— Е. С.) и под протекторатом Азербайджана создавалась Нахичеванская автономная республика… при условии, что Азербайджан не уступит сего протектората третьему государству (т. е. законному владельцу Нахичевани— Армении).
Более того, по Московскому договору «Россия обязуется предпринять в отношении закавказских республик шаги, необходимые для обязательного признания этими республиками в договорах, которые будут заключены ими с Турцией, статьей настоящего договора, непосредственно их касающихся».
В отличие от Азербайджана, который, естественно, приветст вовал подобные условия, Армению они принуждали к отказу от жизненно важных прав и интересов.
Как уже говорилось, армянскую делегацию, по настоянию турок, на конференцию не допустили, хотя здесь решались территориальные вопросы, касающиеся исключительно Армении. Это было вопиющим нарушением суверенных прав республики, которую не сзязывали с Советской Россией никакие договорные обязательства. Следовательно, РСФСР не имела юридических прав распоряжаться ее территорией и определять ее государственные границы.
О решениях конференции армянская делегация узнала пост фактум. Ее руководитель А. Бекзадян в своем заявлении Чичерину обвинил российскую делегацию в незаконной передаче Турции Карса. Ардагана, Артвина и Сурмалинского уезда. В своем ответе Чичерин раскрыл закулисную сторону переговоров, вмешательство в них верхних эшелонов власти — Политбюро ЦК, которое и предрешило ход и итоги конференции.
«Тов. Бекзадян.— пишет Чичерин,— представляет дело так, будто бы переговоры начались с первого заседания нашей политической комиссии. Он странным образом совершенно обходит то, что заседания политической комиссии начались почти через две недели после на-чала действительных переговоров между нами и турками.
Как раз наиболее интенсивный период переговоров происходил вовсе не на заседании комиссии, а путем отчасти закулисных переговоров при содействии влиятельных товарищей. Политическая комиссия открылась только тогда, когда основные вопросы были решены». (Публикуется впервые). «Договорная граница,— пишет далее Чичерин,— вовсе не является поэтому ничем не оправданным подарком Турции, а есть результат самой ожесточенной долгой борьбы.
Ему (Бек-задяну — Е. С.) не может быть не известно, что каждый шаг переговоров сопровождался постановлением ЦК. Договорная линия была установлена после ожесточенных дебатов, причем шаг за шагом происходили взаимные уступки, и уступки с нашей стороны принимались Центральным Комитетом. Не было ни одного важного вопроса, по которому Центральный Комитет не вынес бы решения. Это не было известно армянской делегации…». (Публикуется впервые).
Таким был первый ход в той политической игре, которую вело Советское правительство вокруг армянского вопроса. Поразительно, что сами армяне к переговорам не подпускались. В итоге противозаконных махинаций обескровленная Армения лишилась еще 30 тысяч квадратных километров исконных земель (Карсская н Нахичеван ская области, Сурмалинский уезд), Следующий ход был, сделан я июле 1921 г.— у Армении отняли Арцах. И снова никто не поинтересовался мнением народа. Последствия этого мы ощущаем до сих пор.
Ерванд САРКИСЯН, доктор исторических наук. профессор
Отрывок из книги Эдуарда Оганесяна «Век борьбы» Продолжение следует Том – 2
Читать также: Армяне опьяненные революцией в России — 1917 г., Отношение армян к большевистскому перевороту, Ноябрь 1917 — Перемирие — Новые погромы армян в Баку — Подготовка турок к новой войне, Трапезундские переговоры — Отступление армян в страшных условиях, Отступление из Эрзерума — Переход войны в Восточную Армению, Предательская сдача и падение Карса, Генеральное наступление турок — Армения перед выбором — Свобода или смерть, Из истории создания и распада Закавказского Сейма, Об истории создания и распада Закавказского Сейма — Продолжение, В день падения Закавказского Сейма — Независимость Грузии, Новая цепь конфликтов в Закавказье, Американская мука пришедшая на помощь катастрофическому положению в Армении, Приказ генералу Дро очистить Лори от грузинских войск, Резолюция сенатора Лоджа: Независимая Армения должна включать в свой состав Турецкую Армению, Комиссия Вильсона: Армянин безоружен в стране где все вооружены, Спорные вопросы между республиками Закавказья — 1920 г, Вопрос Батума и Трапезунда в Севрском договоре, Если соглашение кемалистов и большевиков потребует Армению как жертву то она будет принесена, Ревком: «Народ будет спасен от ига дашнакской партии», О свободной Армении мечтали все армяне, Русский империализм разоблачил себя подружившись с Кемалем, Газета «Коммунист»: «Необходимо физически уничтожить дашнаков», Зверства большевиков и наступление на Ереван, Всюду где побывали большевики армянский народ был ограблен, Ленин: «В Армении мы немного переборщили»
