Беседу с прославленным форвардом «Арарата», первым президентом Федерации футбола независимой Армении, заслуженным тренером РА Николаем Казаряном, разумеется, начали с воспоминаний о феерическом 1973 годе.
– Вы рекордсмен «Арарата» по голам в международных матчах, в весеннем чемпионате СССР 1976 года чуть ли не стали лучшим бомбардиром, а вот в год золотого дубля забили не так уж и много.
– Участвовал во всех наших атаках, не избегал жесткой борьбы – забивал, пасовал, зарабатывал пенальти. Неважно, кто из нас сколько забил, главное, что мы забили столько, сколько хватило для общей победы в чемпионате и Кубке СССР. Самыми запоминающимися были два гола в Алма-Ате «Кайрату», возглавляемому тогда Артемом Григорьевичем Фальяном – моим первым тренером в «Арарате», тем, кто выявил мой талант среди сотен юных футболистов. Думаю, моя удачная игра и ему была небезразлична.
В 1973 году мы играли уже в осмысленный футбол, который пришел с приобретением опыта, мудрости. Игра в пас ради паса, которая вела к голевой ситуации, а не зрелищного дриблинга ради части болельщиков, как было годами ранее. Тогда мы играли резвей (были молоды), может быть, даже ярче, но менее эффективно и умно, как этого требовал высококлассный, профессиональный футбол. Жаль, что не удалось нам подольше поиграть в том, чемпионском составе. После Симоняна пришел Маслов и разрушил все, что создавали его предшественники.
В 1977 году был мой прощальный матч, тогда «Арарат» со счетом 4:0 разгромил тбилисское «Динамо» в турнире «Советского спорта». Свою майку под №11 я передал Андранику Хачатряну.
В 1979-1981 годах учился в Москве в Высшей школе тренеров (ВШТ), в одной группе с Вячеслав Амбарцумяном, Сергеем Ольшанским, Олегом Долматовым… В свободные дни играли шабашные матчи – по 60 рублей каждому за игру. Команда у нас была классная, кроме слушателей школы, в нее входили Эдуард Стрельцов, Анзор Кавазашвили, Борис Разинский, Николай Осянин, Валерий Маслов, Леонид Пахомов, Григорий Янец, Александр Тукмаков, Алексей Еськов, Михаил Гершкович, Валерий Филатов, Михаил Лохов… Гастролировали по стране, играли в форме сборной СССР (ветеранов). Помню, в Сибирском военном округе встречал нас сам командующий. После игры выдал нам по ящику рыбных консервов, что за валюту на экспорт отправляли. А в Охотке дефицитными рыбными изделиями одарил нас директор местного завода.
Во Владивостоке с легендарным Стрельцовым в одном номере жили. Играли с местным «Лучом». Выходим на поле без Эдика Стрельцова – он накануне вечером после игры, которую мы выиграли со счетом 2:1, немного расслабился. Стадион был переполненным, интерес к игре – огромный, специально к ней была выпущена программа. Народ пришел увидеть Стрельцова, а его нет, скандируют, требуют Эдика.
Диктор объявляет, что Эдик приболел, а они еще больше негодуют. «Анатолич, уважь народ», – просят организаторы Стрельцова. Он нехотя вышел, тут же дал мне потрясающий, скрытый пас пяткой, в результате чего затем родился гол. Стадион взревел от удовольствия, а футболисты обеих команд зааплодировали Эдику. В этот момент вспомнился похожий гол, сотворенный Стрельцовым с Численко на парижском стадионе «Парк-де-Пренс» летом 1967 года. «Арарат» тогда успешно проводил турне во Франции.
Между прочим, в Париже в редакции знаменитой газеты «Юманите», куда на прием пригласили араратовцев, в холле среди портретов звезд мирового спорта висел и портрет молодого Стрельцова. А вечером мы присутствовали на матче Франция – СССР, в котором советские футболисты победили со счетом 4:2. По одному голу забили Стрельцов и Бышовец, два – Численко, один из них после паса Эдика – пяткой. От красоты содеянного тогда мне на мгновение показалось, что я рядом с ними – на одной плоскости в момент игры, мизансценированной пластикой их совместного движения. Я и мечтать не мог, что когда-нибудь сам буду участником такого шедевра.
В Москву из Владивостока возвращались через Хабаровск. Путь долгий, коротали его в самолете, сражались в карты – в «секу». На кону набралось 500-600 рублей. Кавазашвили, Стрельцов, Ольшанский, Линяев ушли в пас. Остался я с Еськовым. По несколько раз еще добавили, вначале по 10 рублей, затем по 25. Когда раскрылись, у Еськова оказалось 32, а у меня три туза. В Москве в ресторане «Рига», что в Кузьминках, весь куш до копейки прогуляли.
– 1984 год оказался поворотным в Вашей судьбе?
– Удачным очень. В начале года меня назначили директором нового ереванского Дома книги имени Ованеса Шираза. Уже должен был ехать в Минск за мебелью для магазина. А тут возвращается в «Арарат» Никита Павлович Симонян и просит меня поработать с ним вторым тренером. Месяц тренировал араратовцев в Цахкадзоре, а тут неожиданно приходит долгожданное приглашение работать в Эфиопии консультантом главного тренера страны.
Прошу Симоняна отпустить за рубеж – единственное место для советского человека, где можно было заработать на будущее. Вызывают в ЦК к Карену Демирчяну, а тот: никакой Эфиопии. Хорошо, Симонян заступился, сказал, что в свое время его тоже приглашали, он отказался, о чем потом долго жалел. Демирчян просьбу Никиты Павловича уважил. Два года работал в Эфиопии. В 1985 году сборная Эфиопии приехала в Москву, где в первом матче в Лужниках должна была играть с юношеской сборной СССР, которую тренировал Анатолий Бышовец. Толя подходит ко мне, просит подсказать, мол, ты же наш – советский. Подскажу, говорю, Толя: как забьете три гола – остановитесь, они же любители. Эфиопы в этот день играли отлично и неожиданно выиграли со счетом 4:1. Бышовец обиделся: кинул ты меня, все бубнил.
По возвращении из Эфиопии был назначен начальником отдела футбола республиканского Спорткомитета, то есть фактически возглавил футбольное хозяйство Армении. Эти чиновничьи функции после развала СССР плавно перешли в Федерацию футбола РА, которую я возглавлял почти до конца 1994 года.
– Но был же еще и 1989 год, когда Вы возглавили «Арарат»?
– Всего несколько месяцев. Тогда совмещал обязанности главного тренера. Это было время, когда со страной рушилось все вокруг, в том числе и в футбольных коллективах. В июле «Арарат» остался без тренера, и нужно было спасать команду. Время на что-то радикальное не оставалось, укрепили лишь психологический климат в команде, одержали несколько побед, в том числе на выезде у «Шахтера», сыграли вничью в Тбилиси с «Динамо» и удержались в высшей лиге.
– Героические три года военно-блокадного лихолетья Армении Вы тащили на себе тяжелый груз футбольного хозяйства страны. Затем, после нашей победы в Арцахе, нашлись ушлые люди, которые на футболе решили обогатиться, а на их пути – Вы со своей честностью и принципиальностью.
– В страшные годы холода и голода мы создали федерацию, в кассе которой находилось около миллиона долларов – большие деньги по тем временам, на которые надо было содержать пять сборных команд страны разных возрастных групп. В каждой команде по 18 игроков и 7 человек администрации. Телевидение за показ матчей национальной сборной с нас деньги хотела, тогда как во всем мире – обратная ситуация. Там трансляция матчей по телевидению наряду с продажей билетов на стадион – основные доходы федераций и футбольных клубов.
Мы добились того, что в чемпионате страны были представлены команды почти всех городов и районов Армении, выступавшие на своих стадионах! 24 команды играли в чемпионате, кроме Еревана, в нем были представлены команды Абовяна, Гюмри, Алаверди, Ванадзора, Арарата, Котайка, Капана, Гориса, Апарана, Севана, Мартуни, Эчмиадзина, Дилижана, Аштарака, Ноемберяна. В розыгрыше Кубка к ним добавились команды Масиса, Иджевана, Нор-Аджина, Артика, Егварда, Ехегнадзора, Чаренцавана. А сегодня в Армении всего 8 футбольных клубов, из которых только два из провинции – гюмрийский «Ширак» и капанский «Гандзасар».
Меня предупреждали, что кое-кто копает под меня, что они без зазрения совести говорят: мол, Коля сам не зарабатывает и другим не дает. Стали меня и нашего бухгалтера таскать на допросы. Ковыряли, ковыряли, но придраться было не к чему. Тогда парни из органов мне прямо сказали, что будут мурыжить нас до тех пор, пока добровольно не подадим в отставку. Потом они извинились, признались, что выполняли спецзаказ властей. Пришли вместо нас новые люди, их сменили другие и так далее. Они сегодня все при деле, имеют особняки, дачи, машины, а у меня даже велосипеда нет.
Но из футбола я не ушел, тренировал ереванскую «Киликию», работал вице-президентом в ФК «Бананц», где мы создали детско-юношескую школу, которую несколько лет возглавлял. Наши команды побеждали в первенствах страны среди юношей, выпускники школы были представлены в сборных командах страны. Затем меня пригласили на родину предков в Арцах, где в Степанакерте два года возглавлял тренерский совет ФК «Лернаин Арцах».
Но по состоянию здоровья вынужден был вернуться домой, вскоре меня сразил инсульт, попал в больницу. Повылезали разные болезни – наследство большого футбола. Давление скачет, как футбольный мяч, поддерживаю лекарствами. Замучил полиартрит – воспаление костей и суставов. Теперь даже не до матчей ветеранов. Требуется серьезное лечение, и это на мою пенсию в 70 долларов? Помощь федерации? Не смешите, бога ради. Они даже 40-летие нашей победы не хотят справлять.
Видели, как недавно на первом российском телеканале в студии программы «Сегодня вечером» Андрея Малахова чествовали актеров легендарного фильма «Большая перемена», вышедшего на экраны 40 лет назад?! Или как отмечали в ереванском киноконцертном зале Дома Москвы 40-летие создания армянской команды КВН «Мужской клуб», которая, ведомая Ара Ернджакяном, успешно выступала на всесоюзном турнире КВН и дошла до финала?! А ведь о нашей победе 40 лет назад говорили и писали больше всех и в Союзе, и в диаспоре, и во всем футбольном мире…
Александр Григорян
Кубок СССР 1973. Арарат (Ереван) – Динамо (Киев)
1973 Арарат (Ереван) – Зенит (Ленинград) 3-2 Чемпионат СССР
1973 Арарат (Ереван) – СКА (Ростов-на-Дону) 2:2 с/п 4:5 Чемпионат СССР по футболу
