Ленин: «В Армении мы немного перебор­щили»

Насколько переборщили, показали последующие со­бытия. Когда, наконец, 3 апреля Красная Армия, получив подкрепление, ворвалась в Ереван, город был абсо­лютно пуст: половина населения бежала в Иран, а те, кто не успел бежать, притаились в домах, ожидая рас­ правы.

В историческом музее Еревана и в школьных учебниках можно встретить картину, на которой худож­ ник изобразил вступление Красной Армии в Ереван. Таково же ее название. Народ встречает эту армию цветами. Внизу стоит многозначащая дата: «2-го декаб­ря», то есть день, когда власть была добровольно сдана большевикам. А вот для 3 апреля, когда эта армия, из­ гнанная из Армении, вернулась в качестве завоевателя, ни у одного из художников вдохновения не нашлось.

Вступивший с Красной Армией в Ереван комиссар Касьян, докладывая Москве обстановку, объективно писал: «Если дашнаки завтра вернутся в Ереван, это*! мертвый город и его полуживое население с восторгом встретит их». На это сообщение Мясникян ответил: «Для нас, большевиков, это большая пощечина». Эту пощечи ну армянского народа большевики, конечно, не прогло­ тили. Но об этом — потом.

Чтобы завершить главу о независимости, здесь еле дует ответить всем тем так называемым историкам и публицистам, которые на протяжении семи десятилетий обливали грязью дашнакскую партию и кроили исто­ рию по своему усмотрению.

После объявления Горба­чевым политики гласности и необходимости заполнения «белых пятен» истории в армянской общественной мысли по существу ничего не изменилось. В политике гласности многие задающие тон деятели и публицисты пошли по совершенно неправильному пути: они стали пересматри­вать не оценки фактов истории, а сами факты и ценно­сти стали доставать из сокровищниц все той же дашнакской партии — где они бережно хранились — и стали выдавать их за собственные ценности.

«Трехцветный флаг, идея независимости, Сардарабадская битва — все это незаконно было предано забвению, а теперь мы их восстанавливаем»,— говорят наши вчерашние оппонен­ты. Но где же та партия, которая создала эти ценности, боролась за них. хранила их и воспитывала молодежь на этих ценностях?

Об этой партии ничего не говорится или, в лучшем случае, говорится вскользь, при этом стараются приписать ей кучу ошибок и промахов, из-под глыбы которых и не увидеть саму партию. А зару­бежные антидашнакские партии в своих обвинениях со­вершенно забывают о порядочности, утверждая, что все­ гда признавали трехцветный флаг независимой Армении, но только дашнаки наглым образом присвоили себе это знамя.

Поэтому, если мы действительно хотим заполнить «бе­лые пятна» нашей истории, или — точнее — отказаться от лжи в истории, то мы обязаны сегодня ответить на все те нелепые обвинения, которые выдвинуты против дашнакской партии в сталинские и застойные годы. Про­ тив дашнакской партии, как правило, выдвигались сле­ дующие обвинения.

Руководители Армянской Республики отклонили предложение советской России о дружбе и предпочли следовать империалистической политике Запада. Они от­ казались также от посредничества советской России в армяно-турецких переговорах. Дашнакская партия подписала Александропольский унизительный договор,, хотя могла бы и не подпи­сывать его, Между тем она поступила так, поскольку хотела вновь утвердиться в Армении и вместо советской России предпочла турецких убийц.

Добровольная сдача дашнаками власти в Армении декабря 1920 года большевикам была лишь игрой для выигрыша времени, чтобы затем с помощью турок вновь захватить власть. Февральское восстание не было всенародным вос­станием, а переворотом дашнаков, которые мечтали вернуть себе утерянные правительственные кресла.

Если бы не вспыхнуло Февральское восстание, се­годня одна из главных частей Западной Армении была бы в составе советской Армении. Мысль о том, что советская Россия протянула руку помощи Армении, а дашнаки отказались принять эту помощь, высказывается, в частности, в книге Агаси Есаяна «Армянский вопрос и международная диплома­ тия», а также в книге Сарибека Карапетяна «Армяно­ турецкая война 1920 года и Советская Россия».

Это так называемое «предложение о помощи» было сделано Леграном в октябре 1920 года, когда между Арменией и Турцией уже целый месяц шла война. Предло­жение это не только ие было отвергнуто Арменией, но оно было зафиксировано в договоре, заключенном меж­ ду Арменией и полномочным представителем Леграном.

Как наш читатель уже видел, по условиям этого согла­шения советская Россия должна была заставить Турцию отойти к границам 1914 года, Армения должна бы­ла разрешить советской России через свою территорию посылать Турции оружие и военное снаряжение. Как мы видели, соглашение об этом было заключено, но Легран с ним исчез в Баку, где должен был получить утверждение Москвы, но вернулся в Армению он уже в конце ноября — для предъявления ультиматума и заключения второго договора, который был также не вы­полнен. Как можно после этого утверждать, что совет­ской Россией была предложена помощь, но дашнаками она была отвергнута? Дашнаки сами просили об этой по­ мощи и подписали соглашение об этом.

Такая же ложь — утверждение о том, что дашнаки отказались от посредничества советской России в армя­ но-турецких переговорах. Как мы видели, в посредни­честве Мдивани отказали ие армяне, а турки.

Но самым серьезным обвинением, которое трубят все трубы советской пропаганды, является утверждение, что дашиакская партия якобы имела ориентацию западного империалистического толка. Но давайте еще раз по­ смотрим, в какое время начала свою жизнь независимая Армения. Как мы видели, это было 28 мая 1918 года и начала она свое существование на территории в 1! ООО квадратных километров. Какова была общая по­ литическая обстановка з это время?

Правительство со­ветской России в марте 1918 года заключило позорный Брест-Литовский договор с Германией, по которому Карс, Ардаган и Батуми переходили к Турции. На Кав­ казе ие было русской армии, и единственными, кто вое­ вал против турок, были армяне, которые с боями отсту­ пили к Сардарабаду, где затем одержали в решающей битве победу, после чего была провозглашена незави­симость Армении.

В эти дни, когда советская Россия сама была охвачена гражданской войной, когда Вран­гель и Деникин воевали против нового правительства, когда сама Россия была вынуждена подписать граби­ тельский Брест-Литовский договор, какое правительство и какая партия могли закрывать глаза на политическую реальность и вести просоветскую политику, оторвавшись от жизни и интересов своего народа? Это было бы такой же авантюрой, какой занимались, кстати сказать, безус­ пешно, армянские большевики.

Неверно и то, что в эти дни руководители Армении вели прозападную политику. Запад еще не ходил в по­ бедителях, и его армии были очень далеко от Кавказа. Ни Турция, ни Германия не были побеждены. Сколько бы союзники ни заявляли громогласно, что Армения яв­ляется их маленькой союзницей, как показали последу ющие события, это была лишь политическая болтовня, реальность была в том, что эта маленькая, голодная окровавленная Армения была совершенно одна и ее не­зависимость была признана лишь Турцией, Грузией и Азербайджаном.

И реальная политика могла опереться только на эту реальную ситуацию. Так и произошло. Делегация Аветиса Агароняна в июне 1918 года поехала не в Париж и не в Москву,— она поехала в Константинополь. Но уже через несколько месяцев, в ноябре 1918 года, все изменилось. Германия и Турция были побеждены. В октябре был заключен Мудросский договор. Англича­ не вступили в Баку, и по их требованию турки освобо­ дили Карс и Ардаган.

Армянская армия занимала тер­ ритории, которые по Брест-Литовскому договору были отданы Турции, и площадь Армении тем самым достигла это время 64 000 квадратных километров. Западные страны сначала «де-факто», а затем «де-юре» признали Армянскую Республику. За Версальской конференцией последовала Севрская конференция, на которой прези­дент США Вильсон определил границы Армении. Можно ли себе представить, что в этой ситуации уважающее себя и свой народ правительство могло остаться б стане, где был побежденный враг, турки, и его защит­ник — советская Россия? Если бы оно так поступило, его надо было бы заклеймить позорной кличкой «преда­тель».

Это правительство предало бы интересы своего народа, если бы не присутствовало в Париже и Севре не подписало бы Севрского договора. Как могло пра­вительство Армении вместо Севра поехать в Москву, ког­ да Россия отсутствовала как на Кавказе, так и на всех международных конференциях победителей? Могло ли правительство Армении из стана победителей, к которому по праву причисляли, по доброй воле перейти в стан побежденных, как это сделала советская Россия?

Вот если бы после того, как Россия вернулась га Кавказ и стала там играть решающую политическую роль, даш-накская партия и правительство Армении продолжали бы не признавать ее и стал бы орудием в руках З а ­ пада, тогда можно было бы обвинить партию в полити­ ческой близорукости. Но ведь этого не было. Мы виде­ ли, как по просьбе все того же армянского правитель­ ства делегация Шанта отправилась в Москву на пере­говоры, и видели, чем все это закончилось.

Когда в мае 1920 года Шант отправлялся в Москву, еще не был подписан Севрский договор и турки еще не начали наступ­ление на Армению. Произошла лишь советизация Азер­байджана, возвращение России на Кавказ и сотрудни­ чество Ленина с Кемалем Ататюрком. И в связи с новой обстановкой Шант был послан в Москву. Однако, как мы видели, под давлением советского Азербайджана и армянских большевиков соглашение не было заключено.

Кого же тут винить? Во всяком случае — не дашнакскую партию. Ведь все эти материалы — постановления, про­токолы заседаний, проекты договоров, письма и теле­граммы имеются в архивах Армении. Там же имеются материалы партийных и правительственных заседаний Армянской Республики. Почему бы на основе этих ма­териалов не заполнить белые пятна нашей истории, с тем чтобы каждый армянин мог действительно узнать, что в самые критические часы нашей новейшей истории дашнакская партия сделала для родины все, что можно было в тех тяжелых условиях, и сделала больше, чем кто-либо другой.

Однако самым серьезным, пожалуй, и самым вопи­ющим обвинением в адрес дашнакской партии является легенда о ее якобы протурецкой ориентации. Нужно со­всем потерять совесть, чтобы партию, рожденную для защиты армянского народа от турок, на протяжении всей истории своего существования боровшуюся с тур­ ками. обвинить в турецкой ориентации только на том основани, что 2 декабря 1920 года в Александрополе был заключен договор с Турцией. Это обвинение можно встретить на каждом шагу, во всех советских публикациях, поскольку это очень удобный и легкий способ создать у армянской молодежи антидашнакские настрое­ния.

Но давайте снова вернемся в Александрополь, где Хатисян ведет переговоры с Кязимом Карабекиром. Как мы видели, 30 ноября 1920 года Карабекир предъявил ультиматум о заключении с ним договора на очень тя­ желых условиях. В случае отказа он грозил возобно­вить военные действия. За день до этого правительству Армении был предъявлен ультиматум со стороны Легра­ на. 30 ноября, после коротких переговоров Дро с Легра­ ном, правительство Армении решило заключить договор

Леграном о советизации Армении. Иначе говоря, 30 но­ября, когда Карабекир предъявил свой ультиматум, во­ прос о судьбе Армении был решен в пользу советиза­ции. Когда же ночью 2 декабря договор был подписан, Армения уже была советской. Перед подписанием до­ говора Хатисян связался с Дро и спросил его: «Нужно ли подписывать договор с тяжелыми условиями Карабе­ кира?» На что Дро ответил: «Поступайте, как вы сами найдете нужным.

Я говорю от имени товарища Силина от своего имени». На нормальном языке это означало: «Армения уже принадлежит Советам и что бы вы ни подписали, не имеет никакого юридического значения. Сделайте по своему усмотрению так, чтобы задержать наступление турецких войск». И ночью Хатисян подпи­ сал этот фиктивный договор. Если бы этот договор Не был подписан, ничто не могло бы удержать Карабекира от захвата Эчмиадзина и Еревана.

Тогда ни в Армениини в ближайших районах русских войск не было, а ар­мянские войска были уже разбиты, потому и просили они перемирия, потому и предлагали им тяжелые усло­вия. Если бы этот договор не был подписан, вой­ ска Карабекира начали бы погромы, и до того, как в Армению вошли советские войска, Армения осталась бы без армян,— как осталась без армян Западная Армения.

Во всем, что было нагорожено советской историогра­фией вокруг этого договора, есть один очень комичный парадокс: доказывается, что советская власть в Армении установлена «в результате народного восстания 29 но­ ября», и упорно, со всей торжественностью советские власти и армянские историки отмечают эту дату. (Вот еще одно «белое пятно»!).

Но если это так, то значит: когда Хатисян подписывал договор с Карабекиром, Ар­ мения уже три дня как была советской, и уже прошло три дня с тех пор, как «восставшие свергли ненавистное дашнакское правительство», чьим именем Хатисян под­ писывал договор. И значит, Кязим Карабекир был про­ сто идиотом, если подписал договор с несуществу­ ющим правительством.

Если можно было избежать подписания Александропольского договора, как утверждает советская историо­ графия, то почему советское правительство Армении не отказалось немедленно от его признания, придя к вла­ сти? Если советская Россия собиралась оказать под­ держку Армении, неужели она не сделала этого только потому, что был заключен Александропольский договор?

Если бы Александропольский договор не был заключен, смогла бы советская Россия оказать помощь Армении? Было ли сделано такое предложение со стороны совет­ского представителя Леграна, который отлично знал, что Хатисян находится в Александрополе и собирается заключить договор?

Ответы на все эти вопросы — отрицательные. Совет­ ская Россия не имела на Кавказе ни физических, ни по­ литических сил для противостояния Турции. Наоборот, для советской России кемалистская Турция была союз­ником, который поднимал на революцию Восток. Она желала бы настроить побежденную Турцию на войну против Англии и Франции. Если же рассматривать в более детальном плане, советская Россия с помощью Турции настолько ослабила Армению, что вынудила ее на советизацию. Именно с помощью Турции, а не народ­ ного восстания, она одержала, победу над дашиакской партией и правительством Армении.

Армянские историки так усиленно критикуют заклю­ чение Александропольского договора. Но почему они молчат о Карском договоре, который был заключен в октябре 1921 года и, по которому за счет Армении, Тур­ ции были сделаны самые большие уступки? Ведь если есть в новейшей истории Армении самая позорная стра­ ница дипломатии, то это Карский договор, когда на костях Армении советская Россия и Турция создавали свое «братство». И что, особенно, важно заметить — братства-то и не намечалось, просто Кемаль Ататюрк водил за нос советских руководителей и при первом же удобном случае нырнул в противоположный лагерь, за­ брав с собой Армению от Карса\до Киликии.

Что же касается того обвинения, что класть в Арме­ нии была передана большевикам лишь для то«), чтобы выиграть время, а затем снова ее захватить, то оно не выдерживает никакой критики. Ну кто же сдает времен­ но врагу свою армию на разоружение, отказывается от правительственных постов, отправляет своих деятелей в тюрьмы, чтобы потом снова восстать? Последующие со­бытия показали, что восставшие с легкостью вернули себе обратно власть в стране в условиях, когда все выс­ шее офицерство было в ссылке, а многие из лучших ре­ волюционеров были расстреляны и зарублены в тюрь­мах.

Так почему же нужно было сдавать власть в более благоприятных условиях? Можно было бы на анализе этих вопросов остановиться более подробно, но. думаем, что эпоха гласности когда-нибудь дойдет и до Армении, и мы обо всем этом узнаем из первоисточников.

Поскольку именно в этот судьбоносный период про­ изошли события, связанные с дальнейшей историей Нахичевана и Карабаха, мы остановимся на этой проб-блеме подробнее. В нашем с читателем распоряжении
оказался очень интересный для анализа материал: 19 апреля 1990 года газета «Коммунист» (Ереван) опуб­
ликовала статью доктора исторических наук Ерванда Саркисяна «Правда о договоре». Ее мы и предоставим вниманию читателя. А затем он имеет возможность оз­ накомиться с политическим отчетом Кавбюро ЦК РКП на 1-м закавказском съезде коммунистических органи­ заций по этому вопросу, который делал С. Орджоникид­ зе. Но сначала — слово Е. Саркисяну.

Отрывок из книги Эдуарда Оганесяна «Век борьбы» Продолжение следует

Читать также: Армяне опьяненные революцией в России — 1917 г., Отношение армян к большевистскому перевороту, Ноябрь 1917 — Перемирие — Новые погромы армян в Баку — Подготовка турок к новой войне, Трапезундские переговоры — Отступление армян в страшных условиях, Отступление из Эрзерума — Переход войны в Восточную Армению, Предательская сдача и падение Карса, Генеральное наступление турок — Армения перед выбором — Свобода или смерть, Из истории создания и распада Закавказского Сейма, Об истории создания и распада Закавказского Сейма — Продолжение, В день падения Закавказского Сейма — Независимость Грузии, Новая цепь конфликтов в Закавказье, Американская мука пришедшая на помощь катастрофическому положению в Армении, Приказ генералу Дро очистить Лори от грузинских войск, Резолюция сенатора Лоджа: Независимая Армения должна включать в свой состав Турецкую Армению, Комиссия Вильсона: Армянин безоружен в стране где все вооружены, Спорные вопросы между республиками Закавказья — 1920 г, Вопрос Батума и Трапезунда в Севрском договоре, Если соглашение кемалистов и большевиков потребует Армению как жертву то она будет принесена, Ревком: «Народ будет спасен от ига дашнакской партии», О свободной Армении мечтали все армяне, Русский империализм разоблачил себя подружившись с Кемалем, Газета «Коммунист»: «Необходимо физически уничтожить дашнаков», Зверства большевиков и наступление на Ереван, Всюду где побывали большевики армянский народ был ограблен