Операция “Кольцо”, вошла в историю как акт государственного терроризма против гражданского населения армянских сел северного Арцаха. Начавшись 30 апреля 1991 года с нападения на Геташен и Мартунашен с прицелом на окружение и взятие в своеобразное кольцо (отсюда название) всего Арцаха, операция ставила основной целью этнические чистки и захват территории исторически непрерывного проживания армянского народа и заселение ее азербайджанцами. И хотя порядка 27 сел в период до 20 августа и были оккупированы, эта цель была достигнута частично благодаря фактическому отстранению от власти Горбачева после путча ГКЧП.
Продолжавшаяся почти 4 месяца зловещая и отвратительная по своей сути операция против мирного населения с использованием всего арсенала советской армии и азербайджанского ОМОНа стала одним из наиболее жестоких, кровавых и бесчеловечных преступлений Азербайджана. Будучи результатом преступного сговора горбачевского Кремля и руководства Азербайджана во главе с Муталибовым, операция “Кольцо” настолько хорошо задокументирована, что достаточно привести лишь несколько цитат из публикаций и отчетов международных организаций, чтобы понять всю ее чудовищную суть, цели и методы достижения.
“Операция началась утром тридцатого апреля против сел Геташен и Мартунашен. Эти названия по степени жестокости в отношении мирных жителей останутся в памяти армянского народа наряду с Баку и Сумгаитом. Операция, предпринятая против беззащитных сельских жителей, отличалась особой жестокостью и бесчеловечностью.
В ходе операции было совершено множество бесчеловечных акций против мирных жителей: мужчин захватывали и убивали, женщин насиловали, жестокому обращению подверглись дети, гражданских лиц похищали и уводили в заложники.
Азербайджанские турки из ближайших сел приезжали на грузовиках, занимаясь грабежом и мародерством, воруя и увозя все” (из книги Кэролайн Кокс и Джона Эйбнера “Этнические чистки продолжаются: война в Нагорном Карабахе”).
Воспоминания учительницы из Геташена Эмилии Парашян приводила в своей статье в газете “Демократический выбор” (N13, 1991 г.) известная российская журналистка и общественный деятель Лидия Графова. “30 апреля… в дом ворвались люди в военной форме и потребовали документы.
Дома были моя семидесятилетняя мать и тринадцатилетний сын… Железной частью ружья мне наносили удары в голову, требуя подписать документ, что моя семья желает добровольно покинуть село…
Омоновцы тем временем перевернули все в квартире, избили мою мать, а сына схватили за горло… Меня повели в гараж совхоза, где на полу лежали избитые и раненые 29 мужчин нашего села, в их числе и мой муж. Потом наш дом полностью превратился в пепел…”
Журналист “Московских новостей” Владимир Емельяненко в статье под красноречивым названием “Свидетельствую: в Геташене была бойня” так описывал увиденное: “Геташен встретил нас дымом пожаров и тушами танков. Вместе с боевыми машинами десанта и пехоты они взяли село в кольцо.
Туда наши БТР пропускали по одному и в сопровождении бронетехники, участвовавшей в штурме. Напротив больницы колонну остановили и молниеносно окружили омоновцы, одетые в пятнистую форму. Перед порогом дома валялись окровавленные трупы.
У некоторых из них отрезаны уши, лица исполосованы до неузнаваемости. Почти у всех рваная ножевая дыра в горле. Здание, изрешеченное пулями, пропахло смертью. В коридорах на полу и кроватях сидели и лежали люди, будто загипнотизированные.
У одних прострелены руки, у других – ноги. У одного из мертвых снят скальп, а живые, затравленные, смотрели в пустоту. Говорила только крохотная девочка. Она сидела у изрубленного на куски женского трупа и что-то бормотала, бормотала… Увидев военных, девочка застыла в немом крике”.
Русская писательница Инесса Буркова в конце апреля добралась до Шаумянска с целью прорвать информационную блокаду, которой Баку и Кремль плотным кольцом обложили террористическую атаку на армянские села. Ее свидетельства невозможно читать без гнева и ужаса перед тем, что творили в захваченных селах азербайджанские омоновцы, трусливо прикрывавшиеся советскими солдатами и занимавшиеся убийствами, взятием в заложники, пытками гражданского населения и мародерством.
“Схема депортации была апробирована в Афганистане и с абсолютной точностью, один к одному, осуществлена в Карабахе. Села вначале окружались, потом их поливали огнем со всех сторон из пулеметов, автоматов, орудий, с воздуха, затем туда врывались азербайджанские омоновцы и жители соседних азербайджанских сел.
Они убивали в постели престарелых, насиловали и убивали женщин, избивали, насиловали и убивали даже детей, грабили и уносили все, что можно было украсть. Это был организованный геноцид целого народа – они собирались таким образом изгнать всех армян из исконных армянских земель. И делали это самыми ужасными методами – точно так, как турки в ходе Геноцида в конце XIX – начале XX века”, – рассказывала И. Буркова.
Приверженность Азербайджана турецкой политике геноцида проявилась и в стремлении к ритуальному характеру преступления: изначально в Баку планировали начать операцию 24 апреля. Но один из танков, двинувшийся в Геташен, упал в ущелье, нападение сорвалось, и бакинские палачи перенесли его на 30 апреля.
Этот день вошел в историю армянского народа еще и как дата героической гибели двух выдающихся патриотов – Симона Ачикгезяна, руководившего защитой Мартунашена и вышедшего в одиночку против танков, и геташенского учителя истории Татула Крпеяна.
Именно благодаря смелости и самоотверженности малочисленного отряда ополченцев и ценой жизни самого Татула и двух его ребят удалось выиграть время и вертолетами из Еревана эвакуировать население 5-тысячного старинного армянского села. Мартунашен и Геташен были отданы на разграбление и очень скоро заселены азербайджанцами.
4 июля М. Горбачев подписал указ о награждении Орденом Красной Звезды семерых сотрудников ОМОНа МВД Азербайджанской ССР “за участие в боях по разоружению боевиков в Ханларском районе”, то есть за операцию по насильственной депортации армянских сельчан.
Подтвердив тем самым собственное соучастие и личную ответственность за еще одно, наряду с Сумгаитом, Кировабадом и Баку, преступление против армянского народа. 1 мая 1991 года сенат США единогласно принял решение, осуждающее “преступления, совершенные властями СССР и Азербайджана против армянского населения Нагорного Карабаха, Армении и Азербайджана”. Но ничто не могло остановить бакинских палачей, стремящихся любым путем добиться своего и обезармянить Арцах, пока еще всесторонняя поддержка Москвы была обеспечена.
По определению Виктора Кривопускова, “операция “Кольцо” стала беспрецедентным по масштабам, жестокости и афганизированным по содержанию мероприятием против армянского народа”. Геташен пал в первые дни мая в неравной схватке с танками, вертолетами и вооруженными до зубов подразделениями армии и ОМОНа.
Впереди были еще 4 кровавых месяца проводившейся с невероятной жестокостью депортации – убийств, изнасилований, сотни пропавших без вести, пленных и заложников, подвергавшихся неимоверным пыткам, десятки тысяч лишившихся крова и ограбленных до нитки мирных жителей.
Геташен и другие армянские села северного Арцаха по сей день оккупированы. Лишение армян исторической родины как один из компонентов турецкой политики Геноцида проявилось в ходе операции “Кольцо” с особенной силой, однако продолжает оставаться практически незадействованным элементом армянской дипломатии на переговорном процессе по карабахскому урегулированию. Одним из многих.
Марина Григорян, “Голос Армении”
