Искусство и культура армянского народа, презираемого в логовах невежества

Великолепный знаток средневековой литературы Gaston Paris говорит: “В истории мировой литературы нет более потрясающего явления, чем то, как горсточка небольшого народа, загнанная за моря, да и там оттесненная, зажатая в уголок своих владений – речь идет об ирландцах, –

покорила своей поэзией романскую и германскую Европу, одолела своих победителей и даже тех, кому само их имя было неведомо, внушила им свои идеалы, своих героев и свою музыку, в которых он находил восторг своего воображения и утешение своих бо­лей.

Эта ныне мертвая мифологическая литература, породив поколения эпигонов, очаро­вала не только средние века. Современная поэзия доподлинно несет на себе печать (emprei­g­nee) ее души и обязана ей существенными своими элементами”.

Видный ученый не ошибся, однако он невольно исказил действительное положение вещей, поскольку горизонты его этнографических познаний оказались ограниченными рамками одной лишь Европы, а панораму доисторической кельт­с­кой эпохи он доводил едва до первобытной греческой древности.

Кельты, осо­бенно яфе­тические кельты, были лишь хранителями этих мифологических тра­диций. “Трис­тан и Изольда” – плод трех яфетических племенных сред. Являясь яфе­ти­чес­ким наследием, эта чудесная мифология – первоначально пос­вя­щенный богам сбор­­ник гусанских песен – представляла собой картину общественных нра­вов яфетических или смешавшихся с яфетическими племенами народов.

На Восто­ке это был армянский народ – такая же малая горсточка народа, также пре­зи­ра­е­мо­го в логовах невежества, десятикратно более ирландцев ограбленного и угне­тае­мо­го врагами, эксплуатирующими его животворящие руки, некогда тоже оттес­нен­но­го с родных берегов Средиземного и Черного морей в теснины, да и там загнан­но­го в дальний угол своего последнего пристанища, а в нашем двадцатом веке изгнан­ного даже оттуда и обреченного на ужас смерти и рассеяния…

И он, этот “народ малый”, как скульптурно четко выразился Хоренаци об армянской на­ции, был не просто одним из наследников одной лишь яфетической мифологии – он был и есть старей­ший первовоспреемник всего рожденного общечеловеческим ис­точ­ни­ком культур­но­го наследия, верным хранителем, щедрым сеятелем и терпеливым взра­щив­а­те­лем всей совокупности этих традиций на Востоке и Западе! (Н. Марр. Армянская культура).

© Ваганян Г.А., Ваганян В.Г., 2013