О недоволстве Ирана сближением турецких и российких позиций по сирийскому кризису. То, что турки будут гнуть свою линию до конца понятно. Не понятно другое – на что расчитывает Россия в партнерстве с Турцией?
Фото: Александр Щербак/ТАСС
Такое ощущение, что Кремль идет на все ухищрения лишь бы не допустить доступа иранского топлива в Европу, совершенно не осознавая, что все, что она (Россия) делает на данном этапе в этом направлении наносит ей вред, в будущем может быть даже не поправимый.
Вопрос все еще открыт
Опираясь на историю, известно, что Ленин, при активном финансировании определенных известных западных лобби, разрушил Российскую империю. Горбачев, примерно при таком же раскладе, в смысле лоббинга и прочее, разрушил СССР. Правда, довершил операцию по разрушению — Ельцин и иже с ними. Интересно было бы узнать, что же делает Путин?
Антон Мардасов в авторской публикации об отношении Ирана к российско – турецкому союзу.
Иран обеспокоен сближением Турции и России по сирийскому вопросу. Об этом 14 января агентству Anadolu заявил источник в МИД Турции, пожелавший остаться анонимным.
Дипломат отметил, что после разрешения кризиса со сбитым российским Су-24 Москва и Анкара стали взаимодействовать по ситуации в Сирии, но это вызвало недовольство Тегерана.
По словам источника, иранская сторона также решительно отвергла утверждения о том, что в недавнем авиаударе в районе проведения операции «Щит Евфрата» по расположению турецких военнослужащих использовались беспилотники иранского производства.
— Тегеран недоволен [турецкой военной] операцией «Щит Евфрата», поскольку хочет, чтобы события в регионе разворачивались по сюжету Ирана, а не Турции, — отметил дипломат.
Ранее 13 января сообщалось, что спецпредставитель президента России по Ближнему Востоку и странам Африки Михаил Богданов провел в Москве консультацию с замминистра иностранных дел Ирана Хусейном Джабери-Ансари и замглавы МИД Турции Седатом Оналом по подготовке к межсирийским переговорам в Астане.
Действительно ли Тегеран обеспокоен сближением Анкары и Москвы по сирийскому кризису или сообщение со ссылкой на слова неназванного дипломата — информационный вброс? Слово экспертам.
Для Ирана сближение РФ и Турции по сирийскому вопросу — действительно негативный сценарий, отмечает эксперт РСМД и Института Ближнего Востока Сергей Балмасов.
— В настоящее время, как мы видим, российское военно-политическое руководство при посредничестве турецких представителей начало работать с реальной сирийской вооруженной оппозицией, а не с марионеточными фигурами из Дамаска и Латакии.
Безусловно, здравый подход — вместе с Турцией разделить фронт оппозиции, иначе, если воевать со всеми подряд, можно и надорваться.
Однако это вызывает негативную реакцию со стороны Ирана, для которого война в Сирии — это война практически со всем суннитским миром, а не только с одной Саудовской Аравией, как это часто хотят представить.
Учитывая, что в мусульманском мире сирийский конфликт сейчас воспринимается как борьба шиитского Ирана против суннитских стран, то у Москвы довольно мало точек сближения с Тегераном.
Не надо строить иллюзии по поводу того, что Иран — наш якобы стратегический союзник. Сейчас РФ с ним сотрудничает по Сирии, однако для иранцев русские всегда будут противниками в силу непростой истории наших взаимоотношений и конфликта интересов в других регионах — на Южном и отчасти Северном Кавказе, Средней Азии.
Российское вмешательство в сирийский конфликт воспринималось в Иране как возможность сместить внимание суннитских монархий на еще одного игрока. Поэтому не стоит удивляться тому, что любые попытки России вылезти из сирийского «болота», заявить о сокращении своей группировки в Иране воспринимаются негативно.
Ведь в перспективе ИРИ может остаться наедине со всеми проблемами постконфликтной Сирии, а война уже довольно тяжело сказалась на иранской казне. Однако обиды Тегерана не должны смущать Москву — не в российских интересах драться со всеми суннитскими группировками, с ними надо договариваться.
А Тегеран нам не друг и не союзник. Впрочем, как и Турция: сегодня Анкара Москве партнер, а завтра опять может стать противником, как это часто бывает на Ближнем Востоке.
Иран изначально занимал совершенно иные позиции в отношении урегулирования кризиса, чем Россия: он выступал исключительно за полный переход всей сирийской территории под контроль режима без каких-либо анклавов оппозиции, отмечает аналитик, блогер, специализирующийся на освещении конфликтов на Ближнем Востоке Кирилл Семенов (Абд Аль-Малик Московский).
— Правда, в 2015 году в силу сложившейся военной обстановки Тегеран предпринимал усилия для удержания исключительно так называемой «полезной Сирии», заставляя режим Асада уйти из многих районов, включая Пальмиру, чтобы сконцентрироваться на удержании стратегической линии Латакия-Хама-Хомс-Дамаск.
Однако после российского вмешательства в конфликт Иран, значительно увеличив численность «шиитского корпуса», уже всерьёз стал рассчитывать на то, что с помощью РФ сможет реализовать свой так сказать «идеалистический подход».
А именно — возвратить САР в довоенное состояние в территориальном плане, но при усилении собственных позиций в стране, при этом без каких-либо изменений в структуре сирийской власти даже в перспективе.
Нынешний же расклад ставит крест на подобных планах Тегерана. Как минимум де-факто признаётся существование повстанческого сообщества в Идлибе, как и турецкая буферная зона оккупации.
Москва, начав военную операцию, изначально ставила иные цели, где не на последнем месте стояло возвращение в качестве крупной державы на мировую арену и нормализация отношений с Западом.
Хотя, безусловно, преследовалась задача удержать у власти Башара Асада, о чем ярко свидетельствует география авиаударов ВКС РФ, которые приходились в основном по западной части страны, где нет «Исламского государства» *.
Но, как мне представляется, хотя и с опозданием, но в Москве поняли, что если продолжать сирийскую политику в русле Ирана, то это приведет к тому, что весь суннитский мир просто пересмотрит свои отношения с РФ и станет относиться к ней как к Ирану.
С этой целью и заключались перемирия, в которых довольно ярко проявились российско-иранские противоречия. Скажем, еще во время введения первого режима прекращения огня — в феврале — наряду с группировками, близкими к «Джебхат Фатх аш-Шам» ** (бывшей «Джебхат ан-Нусре»), перемирие срывали проиранские шиитские отряды.
В настоящее время Москве и Анкаре, видимо, каким-то образом удалось убедить Тегеран согласиться с режимом прекращения огня. В этом плане Иран так сказать является проигравшей стороной, которая пока не видит для себя дивидендов от перемирия, за исключением снижения расходов и потерь.
Тегеран, как и Дамаск, ко всем оппозиционным группировкам без исключения относился одинаково — все те, кто взял оружие и начал воевать против режима, сразу назывались террористами вне зависимости от своих взглядов и методов борьбы.
В итоге, например, 13-ая дивизия Сирийской свободной армии и вообще все отряды ССА автоматически ставилась в один ряд с «Нусрой», потому что несли угрозу режиму. Соответственно, вряд ли сегодня Иран доволен тем, что за столом переговоров оказались такие крупные фракции, как «Ахрар аш-Шам» и «Джейш аль-Ислам».
Стоит отметить также и то, что Иран выражает заметное недовольство усилением позиций России в Сирии. Изначально Москва имела возможность оказывать давление на фронтах через политические службы мухабарат в то время, как сирийская военная разведка и разведка ВВС находились под контролем иранцев.
Также Тегерану подконтрольны иностранные шиитские формирования и отряды Национальных сил обороны, которые изначально комплектовались и тренировались под руководством иранских советников и «Хезболлы».
Однако затем влияние ИРИ начало снижаться и «на земле», так как под руководством российских советников начали создаваться так называемые добровольческие штурмовые корпуса.
Сначала был создан 4-ый корпус в Латакии, сейчас идет процесс формирования 5-го. Кстати, есть информация, что в связи с этим в Сирию приезжал представитель Совета безопасности Ирана — видимо, чтобы при формировании 5-го корпуса были учтены интересы и его страны.
Таким образом, получается, что сирийская армия вместе с подобными корпусами теперь может проводить самостоятельные операции без какой-либо поддержки проиранских сил. Хотя изначально Тегеран рассчитывал, что Россия будет оказывать исключительно воздушную поддержку и ее влияние на земле будет минимальным.
* «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ) решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года признано террористической организацией и её деятельность в России запрещена.
** Группировка «Джебхат ан-Нусра» решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года была признана террористической организацией, ее деятельность на территории России запрещена.
