На первом этапе освободительного движения подготовкой арцахских ребят для диверсионной работы занимался Леонид Азгалтян. Арцахская война — отдельная тема. Вероятно, она должна вызреть, и еще придет поколение истинных ее летописцев.
У них особой строкой пройдет роль тех, кто готовился к будущей войне всю сознательную жизнь. Готовился еще тогда, когда на небосклоне не было ни одного симптома грядущей и неизбежной армянской войны.
И неважно, где они жили и в каком обществе становились на ноги, — в загнивающем советском, пропитанном коммунистической идеологией или в лицемерном “обществе всеобщего благополучия”.
В них не было привычного и объяснимого фанатизма сектантов, религиозного фанатизма духовно узких и ограниченных личностей. Скорее наоборот — это были личности, способные мыслить широко, впитывать все достижения человеческого духа, опираться на весь доступный опыт.
Это были Воины, идущие по пути воина, они готовили тело и дух к неизбежной вооруженной борьбе за будущее своего народа. Азгалтян, безусловно, в этом ряду…
По свидетельству ветеранов, школа Азгалтяна была жесткой и строилась на сплаве отношений Учитель-ученик Востока и западного военного профессионализма, присущего войскам специального назначения.
Начиная подготовку будущих разведчиков и диверсантов будущей победоносной армии, Азгалтян поставил странное условие: тренировочный лагерь должен быть развернут поблизости от Дадиванка.
“Начальству” арцахского подполья доложили, что он вроде бы слегка не в себе, говорит странные вещи. Например: “Мы должны начать в Дадиванке, чтобы победить…”
— Обучает-то он как? Как сами тренировки, — они-то нормальные?
— Блеск!
— Ну, тогда Господь с ним. Хочет тренировать в Дадиванке, пусть тренирует, а вы… старайтесь не обращать внимания на его разговоры.
