Мартунинский оборонительный рубеж карабахских войск. N-ский, как принято обозначать, батальон. После того, как в прошлом году в бою погиб отважный командир Меружан Мосиян, отвественный пост доверили его 22-летнему родному брату Артуру, выпускнику педагогического института г. Степанакерта, скромному, успевшему завоевать среди подчинённых авторитет, молодому человеку.
Костяк батальона составляют ребята, которые ещё в 89-ом уходили в близлежащие леса и горы – в партизанские отряды. С тех пор они успели понюхать пороха, действовали храбро и, несмотря на неизбежные в бою потери, без приказа не уступили ни одной позиции.
Недавно бойцам батальона удалось уничтожить крупную диверсионную группировку противника численностью более ста человек. Последние стремились перерезать трассу, соединяющую Мартунинский и Гадрутский районы, выйти под Агдам, сгруппировать там силы и ударить по Степанакерту.
Карабахский пост был немногочисленный – дюжина бойцов (три смены по четыре человека). Диверсанты рассчитывали взять важный пост, затем продвинуться и занять несколько стратегических высот, установить полный контроль над местностью.
Бой начался на рассвете, окутанном туманом. Воспользовавшись плохой видимостью, а также тем, что соседние посты располагались далеко, противник пытался обойти пост с тыла и перекрыть все подступы к нему.
Часть диверсантов засела в засаду, будучи уверенной, что сразу же после первого натиска постовики побегут – тогда встречным огнём можно будет легко перебить их. Но молниеносной атаки не получилось.
Шквал гранатомётного огня, сразу же лишивший ребят связи и боеприпасов, сопровождаемый неестественными, дикими криками наступавших, ожидаемого эффекта не принёс. Постовики не дрогнули, не побежали, более того, дали достойный отпор. Даже тяжелораненые не выпускали из рук оружия.
– У нас оставалась горсточка патронов и два бронебойных снаряда, – рассказывает один из них Владимир Мирзоян (его 17-летний сын Арсен погиб в декабре прошлого года).
– Мы уже думали о том, как достойно умереть. Диверсанты были хорошо подготовлены и прекрасно вооружены. Гранаты они бросали с меткостью баскетболистов, к тому же наш пост находился под уклоном, и гранаты скатывались прямо в окопы. Секунды, в течение которых брошенная граната разрывалась, само ожидание разрыва казались нам целой вечностью. Но мы сумели выстоять до тех пор, пока подоспела помощь.
Сколько они держались, Владимир Мирзоян не может сказать – время словно остановилось. Оказалось – более часа.
Геройски погибли командир Артур Саркисян, Эдик Григорян, Левон Акопян, Карен Каграманян. Другие – раненые и те, кого вражеская пуля миновала, проявили не меньше героизма. Они боролись до конца, не покидая окопа, где лежали тела погибших товарищей. В том же окопе нашли свою смерть двадцать диверсантов. А подоспевшие карабахские подразделения добили группировку.
На поле боя осталось 96 трупов (70 из коих оказались уроженцами Мингечаура) – молодежь от 20 до 30 лет, прошедшая специальную подготовку в Мингечауре и Кировабаде под руководством турецких инструкторов – об этом рассказали пленные.
В который уже раз специальная подготовка и современное вооружение, столкнувшись с несгибаемой волей и духом простого карабахского воина, терпят крах!
1994 год, апрель. Ашот Бегларян
