Александр Минкин: “Сос Саркисян – Последний из великих…”

В 2013 году умер Сос Саркисян. Последний из великих армянских актёров ХХ века. Жаль, что наше ТВ (автор имеет ввиду российское ТВ) не показало, как Армения с ним прощалась. А может, и лучше, что не показало. У телезрителей могли возникнуть ненужные мысли.

Его хоронили в воскресенье. Много тысяч людей пришли в огромное здание ереванской Оперы. В общей череде шёл президент Армении, члены правительства, духовенство… На панихиде слова прощания сказали министр культуры, два писателя. Священник прочёл послание Католикоса. Президент стоял молча; было сказано, что он направил соболезнование, но зачитывать текст не стали.

Гроб вынесли на многотысячную площадь, где ждал катафалк. Толпа аплодировала. Гроб несли на руках, но в катафалк засовывать не стали, пошли дальше. Пустой катафалк некоторое время двигался впереди; кто-то, наверное, думал, что он ещё пригодится.

Не пригодился. Люди несли гроб не на плечах, а на вытянутых вверх руках, и лицо Соса было видно отовсюду.

Почти полтора часа его несли от Оперы к Пантеону. Всё это время толпа аплодировала. Всё это время в толпе шёл президент Армении, члены правительства. В чёрных костюмах под жарким солнцем. Шесть километров.

Мы шли то позади, то вровень (потому что толпа движется неравномерно), то оказывались впереди (впереди президента, но не гроба).

Движение на широченных проспектах было перекрыто. Стояли вереницы троллейбусов. И в окнах домов, и в окнах троллейбусов аплодирующие люди. И за все полтора часа ни одного окрика, ни единого спецсигнала.

Кто должен умереть в России, чтобы его полтора часа несли на руках?

33 года назад такой человек в стране был. Высоцкого донесли бы на руках хоть до Магадана.

Кто должен умереть в России, чтобы наш президент больше часа шёл за гробом? Но ведь если он пойдёт, то окна будут забиты, канализационные люки заварены, людей оттеснят, а точнее, заранее отгородят цепями ОМОНа, город зачистят.

В Пантеоне у могилы президент Армении опять не сказал ни слова. Не было речей. Священники отпели. Гроб опустили. В полной тишине люди протискивались, чтобы бросить горсть земли. Кажется, лопаты не понадобились.

О смерти Соса Саркисяна наша пресса 26 сентября сообщала так: «Умер знаменитый…», «Умер народный артист СССР…», «Умер выдающийся…»

Билетов на самолёт (чтоб успеть на похороны) не было вообще. Никаких. Было понятно, что поздно спохватился, все билеты скуплены Министерством культуры, Союзом театральных деятелей, Союзом кинематографистов… Чудом нашёл одно место на ночной рейс.

А на панихиде в Опере оказалось, что причина отсутствия билетов в чём-то ином. Из России не было никого на прощании с народным артистом СССР. Ни чиновников, ни членов творческих союзов. Невозможно поверить, но если бы не журналист «МК», то на похоронах Соса Саркисяна вообще не прозвучала бы русская речь.

Быть рядом в момент скорби — норма. Для кого-то норма, а для кого-то нет. Кроме того, есть своя скорбь, а есть чужая.

Как-то раз в середине 1980-х Сос позвонил:

— Саша, я в Москве.

— Зачем?

— «Мосфильм» пригласил на съёмки. Времена Петра Первого.

— Кого ж ты будешь играть?

— Патриарха Всея Руси.

— Ты?! Русского патриарха?! Это как же они тебе дали такую роль?

— Они сказали: «Нам нужны ваши глаза».

Он сыграл главу Синода Русской православной церкви. Таких глаз в Советском Союзе больше не было. Да и во всём мире, кажется, были одни такие — глаза мученика справедливости и добра.

А теперь их нет.

Для русского уха Сос — смешное имя. SOS — «спасите наши души» — сигнал тревоги, общий для всего человечества.

…В России «вторые поминки» устраивают на девятый день. Священники объясняют, что всё это время душа поднимается к Богу, надо молиться, чтобы ей помочь.

В Армении «вторые поминки» — на седьмой день. Неужели там, в горах, дорога на два дня короче?

Александр Минкин