“Торговец смертью”. Это прозвище закрепилось за ним на всю жизнь. История жизни этого неординарного человека легла в основу голливудского фильма. Он стал прототипом главного героя снятого в 2005 году знаменитого блокбастера “Оружейный барон”. Роль Соганаляна там сыграл Николас Кейдж.
Когда 6 октября 2011-го в частной клинике Майами перестало биться сердце 82-летнего Саркиса Соганаляна, очень многие сотрудники внешней разведки США и Пентагона с облегчением вздохнули. Соганалян слишком много знал, и судьба слишком многих людей зависела от него.
Но словоохотливым Соганалян никогда не был. Он предпочитал делать дело, а не говорить. А дело у него было более чем серьезное. Он торговал оружием. Саркис Соганалян считался одним из крупнейших в мире воротил оружейного бизнеса.
“Торговец смертью”. Это прозвище закрепилось за ним на всю жизнь. История жизни этого неординарного человека легла в основу голливудского фильма. Он стал прототипом главного героя снятого в 2005 году знаменитого блокбастера “Оружейный барон”. Роль Соганаляна там сыграл Николас Кейдж.
Список клиентов Саркиса Соганаляна поражает. Тут и иракский диктатор Саддам Хусейн, и ливанский правитель Муаммар Каддафи, и курдский лидер Джалал Талабани, и никарагуанский генерал Анастасио Сомоса, и президент Перу Альбе Фухимори…
Он торговал с Соединенными Штатами и Советским Союзом, Францией и Болгарией, Аргентиной и Колумбией, Эквадором и Гватемалой, Ливаном и Сирией, Египтом и Мавританией… Вооружал пакистанских пуштунов, защищал христиан Палестины, содействовал кубинской контрреволюции.
С его мнением считались глава Пентагона Каспар Уайнбергер и король Иордании Абдалла Второй, его ненавидели премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер и духовный лидер Ирана аятолла Хомейни, его побаивались революционер Че Гевара и турецкий президент Кенан Эврен, за его голову обещали немалые деньги глава Палестины Ясир Арафат и главарь “Серых волков” Алпарсан Туркеш.
О нем говорили добрые слова Джордж Буш-старший и мать Тереза. Он был одним из богатейших людей планеты, имел несколько собственных самолетов, но умер в нищете.
Родился Саркис Соганалян 6 февраля 1929 года в городе Искандерун, тогда еще входившем в состав Сирии. Когда Запад закрыл глаза на аннексию этих земель Турцией, семья переехала в Алеппо, а затем в Бейрут. Отец Соганаляна Акоп был потомственным торговцем луком, за что его и прозвали “соханал”, что в переводе с турецкого означает “покупатель лука”.
Оттуда и фамилия. Но Саркис предпочел торговать совсем другим товаром. Его страсть к оружию проявилась еще в девятом классе, когда он нанялся грузчиком и таскал ящики на французской военной базе. “В 1944 году я прогуливал школу и работал во французской танковой дивизии. Так что я вырос вокруг оружия.
Будучи армянином, я был привыкшим бороться за выживание. Ведь мы пережили турецкий геноцид. Все, что я тогда хотел, — это было оружие”, — рассказал Соганалян в едва ли не единственном своем интервью, которое он дал в марте 2001 года американскому изданию “Fronteline”.
Начальный капитал очень многих крупных бизнесменов имел преступное происхождение. У Соганаляна было то же самое. Прежде чем заняться смертоносным бизнесом на легальном уровне, он не гнушался контрабандой оружием.
На втором году успешной контрабанды в Палестине его засекла английская контрразведка. Срок отбывал в тюрьме Хайфы. Он умудрился подкупить нужных людей и вышел на свободу уже через полгода. И опять столкнулся с проблемами.
В 1950 году арабские шейхи, приняв партию поставленного им товара, отказались заплатить обещанные 150 тысяч долларов. Долги пришлось покрывать самостоятельно. Через год еще один инцидент: на границе с Иорданией завязался бой с таможенниками.
Саркис отстреливался пулеметами Дегтярева из собственного груза в 70 ящиков. Чудом остался жив. Словом, первый свой миллион Соганалян заработал не только потом, но и кровью.
Когда в 1975 году в Ливане вспыхнула гражданская война, он уже на собственные средства закупал громадные партии оружия и переправлял их по себестоимости бейрутским соотечественникам, организовавшим отряды самообороны для защиты армянских кварталов.
Его услугами заинтересовались также вооруженные силы маронитов и других христианских общин. Им он продавал оружие уже с выгодой для себя. Бизнес вышел из подполья лишь после того, как ему взялись покровительствовать американские спецслужбы.
Агенты ЦРУ давно следили за молодым амбициозным армянином и сочли, что он может быть полезным Соединенным Штатам. Соганаляну предложили американское гражданство и обширные возможности.
Связи влиятельного оружейного дилера Пентагон использовал для создания политического плацдарма в арабских странах, а также для сбыта излишков морально устаревшей военной техники. Дешево продавать старое оружие странам Ближнего Востока было куда выгоднее, чем его утилизировать.
Но самое странное то, что, работая на американцев, Соганаляну удавалось сохранять деловые отношения и с русскими. Он продавал советское оружие в Сирию и Египет, чего не скрывал от американцев. В интервью обозревателю “Fronteline” Уильяму Киршнеру Соганалян об этом вспоминал: “Русские не хотели сами пачкать руки.
У нас была наработанная схема, которая позволяла мне получать советское оружие в Болгарии. Не было типа оружия, которое я не смог бы получить. Русские знали, что я работаю в тесном контакте с правительством США, но их это не отталкивало.
Они хотели сохранить отношения, так как нуждались в иностранной валюте, в наличных деньгах. Это был для них хороший шанс”. Что же касается американцев, то контакты Саркиса Соганаляна с Москвой их не смущали.
“Американцы знали, что я делал каждый час, каждую минуту. Когда я пил стакан воды, они знали, какая это была вода. Я не пытался скрывать от американцев ничего”, — рассказывал “торговец смертью”.
Соганалян давал понять, что все, что он делал, происходило в действительности не только с ведома, но и с одобрения Вашингтона. “Если я лоялен по отношению к кому-то, то я и он — одна команда. Конечно, я консультируюсь с правительством США до подписания контракта с новым клиентом”, — заверял он.
Соганаляну ничто бы не грозило, если б американская политика не была столь переменчивой. Он успешно вооружал Саддама, пока интересы Вашингтона требовали усиления Ирака в его борьбе против Ирана.
Армянский торговец был частым гостем багдадского диктатора, которому мог угодить поставкой самого экзотического американского оружия. Сумма контрактов, заключенных им в Ираке, исчислялась миллиардами долларов. Поставки были легальными. За каждый заработанный доллар Саркис Соганалян платил подоходный налог.
Но планы Хусейна по захвату Кувейта сыграли для его поставщика роковую роль. После того как Саддам повернул оружие против американцев и их партнеров, Соганаляна обвинили в превышении полномочий. Ему припомнили то, что кроме американского оружия он поставлял Ираку также французские гаубицы и советские дальнобойные орудия. Во время суда он заявил:
“Оружие мною было поставлено для борьбы с режимом Хомейни, а вовсе не для того, чтобы убивали наших парней. И делалось это с ведома американских властей. Моя совесть чиста”. В тюрьме Соганалян просидел недолго. Вскоре дело закрыли за недостаточностью улик.
Это была сделка. За свою свободу торговец расплатился имевшейся у него секретной информацией. Он помог американским спецслужбам разоблачить сеть ливанских фальшивомонетчиков, выпускающих высококачественные поддельные 100-долларовые купюры. Компромисс достигался всякий раз, когда Соганалян оказывался за решеткой.
Сделка по схеме “разведданные в обмен на свободу” действовала безупречно. Не дала она сбой и в 1981-м, когда правоохранители обвинили его в махинациях при продаже пулеметов в Мавританию. Вместо девяти лет строгого режима он был приговорен к условному наказанию с испытательным сроком.
Судья признался, что такой исход дела явился инициативой Госдепартамента США. А когда французские ракеты, поставленные Соганаляном Аргентине, потопили у Фолклендских островов гордость британского флота — миноносец “Sheffield”, ЦРУ встало на защиту своего агента горой. Лондону не удалось доказать вину “оружейного барона”.
Но отношения Соганаляна с ЦРУ вконец испортились, когда по нелепой случайности 50 тысяч автоматов АК-47, поставленных им спецслужбам Перу, оказались перехвачены колумбийскими партизанами. В случившемся обвинили поставщика. “Причина провала операции заключалась в том, что правительство Фухимори оказалось коррумпированным.
Оно вело бизнес в своих собственных интересах”, — утверждал Саркис Соганалян. Но слушать его никто не желал. На этот раз ЦРУ за него не заступилось и решило порвать с ним рабочие отношения. Соганалян вновь оказался в тюрьме. Значительная часть его имущества была конфискована.
“Когда правительство США нуждалось во мне, оно знало, что в любой момент может на меня рассчитывать. Еще вчера я был им другом, а сегодня вдруг стал врагом. Сейчас в США новая администрация с новыми людьми. Старые партнеры стареют, уходят на пенсию. Но я все еще считаю правительство США своим другом”, — откровенничал Соганалян в беседе с Уильямом Киршнером.
Окончание холодной войны порвало многие деловые контакты Соганаляна. Деньги уже не текли к нему рекой, как прежде. Было время, когда принадлежащая “оружейному барону” компания “Pan Aviation Inc.” выплачивала государственной казне десятки миллионов долларов в виде налогов, а его трехэтажный дом на берегу океана был одним из лучших в Майами.
Но ничто не вечно. Парк принадлежащих ему самолетов пришлось распродать. Его имя вышло из списка миллиардеров. Проблемы в бизнесе усугублялись подорвавшимся здоровьем. Сердце не успевало питать кровью тучное 140-килограммовое тело.
Ставшему инвалидом ветерану оружейного бизнеса позволили выйти на свободу, чтобы содержаться под домашним арестом. Но дома к тому времени уже не было. Семья миллиардера жила на съемной квартире. Умер он, будучи практически банкротом.
Никто из двоих детей, троих внуков и четырех правнуков Соганаляна оружейное дело не продолжил. Они нашли себя в более мирных профессиях, но работу своего предка преступной не считают. Сын Соганаляна Гаро говорит об отце следующее: “О нем можно услышать много плохого. Но он служил Америке.
Его целью было помочь Соединенным Штатам. У него был глубинный патриотизм, который часто упускают из виду…”. Несмотря на всю сомнительность бизнеса Соганаляна, очевидно, что он действительно не был беспринципным, не брезговавшим ничем жадным торговцем. И это подтверждает тот факт, что он отказал своим партнерам из ЦРУ, когда те предложили ему участвовать в печально знаменитой авантюрной сделке “Иран — контрас”.
Он ответил, что не станет вооружать тех, против кого работал прежде. По-видимому, нам известна лишь малая часть того, что в действительности сделал Саркис Соганалян. Но и того, что нам известно, достаточно, чтобы удивляться масштабности этой неоднозначной личности.
Известный лос-анджелесский адвокат, армянин Марк Герагос, защищавший Соганаляна в суде по перуанскому делу, как-то сказал: “Пока я не встретился с ним, я не верил и в половину процента всего того, что о нем рассказывали. Но все это оказалось правдой”.
“Меня называют “торговцем смертью”. Но я — обычный человек. Я знаю, что не делаю ничего плохого. Было время, когда Альфреда Нобеля тоже называли торговцем смертью за то, что он создал динамит. Но спустя годы его именем назвали самую престижную научную премию. Так что клеймо, которое ко мне привязалось, меня нисколько не беспокоит”, — говорил Соганалян.
То, что он был патриотом не только Америки, но и Армении, — бесспорный факт. После Спитакского землетрясения Саркис Соганалян собственными грузовыми самолетами перевозил в Армению купленные на личные деньги продукты и медикаменты.
В 1990-м он взял на себя расходы по приобретению земельного участка в Ньюпорт Бич для строительства армянской церкви. Он внес немалый вклад в важные национальные проекты, о которых не принято говорить вслух.
В своем единственном интервью Соганалян счел необходимым сказать следующее: “Я помог некоторым странам сохранить свою независимость. Не хочу говорить подробно. Я помог моей стране — Армении, когда она нуждались во мне. Это все, что я могу сказать…”
Артем Ерканян
