Иван Айвазовский всегда оставался истинным армянином – Ованнесом Айвазяном

Ованес Айвазян, который, хоть и стал Иваном Айвазовским, но внутри оставался истинным армянином и швырнул медали турецкого султана в море.

29 июля 1817 года в армянской семье на свет появился мальчик — Ованес Айвазян. Впоследствии он станет одним из самых известных художников-маринистов — Ованесом Айвазовским.

Перед смертью Айвазовский сказал, что написал около 6 тысяч картин. Но если сейчас из всех музеев и частных галерей собрать работы с его подписью, то получится, как навскидку посчитали искусствоведы, 15 тысяч. Не потому что живописец ошибся, а потому что его бесконечно много копируют и подделывают. И даже на крупных аукционах порой встречаются похожие морские пейзажи сомнительного авторства.

Айвазовский творил сразу маслом на холсте. Причем невероятно быстро: современники утверждали, за три часа мог превратить белый лист в пейзаж или портрет. Мастер работал не с натуры, а по памяти: считал это важнейшим качеством художника. На выставки он порой ехал почти налегке, чтобы уже на месте что-то создать.

Картины Айвазовского очень нравились турецкому султану и он пригласил художника в Стамбул, где мастер написал 20 картин с видами города и моря. Султан оплатил картины и вручил художнику государственные награды.

Обычно, когда художник изображал самые сильные бури, самые сильные ураганы и кораблекрушения, все же ощущение страха при рассматривании картин не возникало. А вот когда рассматриваешь картины, посвященные событиям массового убийства армян, там действительно страшно.

Художник написал ряд картин («Погром армян в Трапезунде», «Армян живыми бросают в море», «Армян погружают на корабли») и выставил их в Одессе и Москве. Он посвятил этим событиям очень много картин, и возможно, это единственные произведения в творчестве Айвазовского, при рассматривании которых сердце наполняется грустью. Все эти картины бывали у него на выставках, чтобы привлечь внимание к тревожным событиям.

Гнев и горечь художника были настолько сильны, что пожалованные ему османские ордена он завязал на шее пса, а потом швырнул в море, заявив турецкому консулу, чтобы тот передал своему «кровавому хозяину»: «Если хочет, пусть он и мои картины выбросит в море, мне не жаль»…