Незадолго до выборов во Франции президент Франсуа Олланд признал, что Россия пытается повлиять на французское общественное мнение. Фаворит предвыборной гонки Эмманюэль Макрон и вовсе обвинил российские СМИ RT и Sputnik в распространении дезинформации.
RFI выяснило, почему еще год назад эти кремлевские СМИ сделали Марин Ле Пен «виртуальным президентом», как RT для запуска французской версии ищет новых сотрудников и скрывает местонахождение своей парижской студии.
Во Франции «идет гражданская война»?
«Я приветствую обещание России не вмешиваться в наши выборы. Но пусть тогда Кремль попросит российские СМИ не распространять лживые слухи», — сказал кандидат в президенты, центрист Эмманюэль Макрон во время недавнего визита в Алжир.
Франкоязычные сайты Sputnik и RT оказались единственными во Франции, кто со ссылкой на российскую газету «Известия» сообщил об имеющихся у основателя Wikileaks Джулиана Ассанжа материалах, компрометирующих Макрона.
Эти материалы до сих пор не обнародованы. Позднее Sputnik опубликовал интервью французского депутата Николя Дюика от правой партии «Республиканцы», в котором он назвал Макрона «агентом американских банков» и «ставленником богатого гей-лобби».
Команда 39-летнего Макрона обвинила кремлевские СМИ в нагнетании обстановки. «Два российских СМИ наводняют социальные сети информацией о якобы идущей во Франции гражданской войне. Я хотел бы их действия осудить», — заявил в эфире RFI Сильван Маяр, представитель кандидата в президенты Эмманюэля Макрона.
RT и Sputnik и в самом деле особенно пристально следят за беспорядками в ходе массовых акций во Франции. Так было во время протестов против спорной реформы трудового кодекса, а также манифестаций в поддержку молодого Тео, ставшего жертвой полицейского насилия.
Большинство тем, вызывающих бурную полемику во французском обществе, на этих сайтах подаются под шокирующими заголовками: «Франция подверглась содомии» (Sputnik об однополых браках), «Сексуальное насилие в Европе: новая новогодняя традиция?» (Sputnik о массовых нападениях на женщин в новогоднюю ночь в Германии), «Президентская гонка во Франции: „геноцид” политических элит?» (Sputnik о предстоящих выборах).
«Как только во Франции какие-либо политики выражают близкую к Кремлю позицию (отмена санкций, критика НАТО и т.д.), их высказывания сразу же попадают на сайты RT и Sputnik», — делится своими наблюдениями исследователь публичной дипломатии в университете Нантера Максим Одине.
После просмотра российских новостей из Франции может сложиться впечатление, что в этой стране — все плохо. Статьи RT и Sputnik на разных языках попадают на стол французских и иностранных финансистов и порой «вводят их в заблуждение относительно реальной ситуации во Франции», говорит консультант и специалист по экономической политике Мика Меред.
«Эти СМИ пытаются воспользоваться сомнениями инвесторов, чтобы, нагнетая обстановку, создать более негативный инвестиционный климат во Франции», — говорит эксперт. Если говорить о политике, иностранные инвесторы опасаются прихода к власти Марин Ле Пен.
В феврале прошлого года Sputnik опубликовал результаты соцопросов под заголовком «Марин Ле Пен – виртуальный президент». Судя по количеству статей, лидер «Нацфронта» для российских СМИ — ведущий политик Франции.
Сторонники Ле Пен и любители конспирологии
Любовь Марин Ле Пен и российских СМИ взаимна. Французские сайты крайне правого толка активно распространяют публикации RT и Sputnik. Растет число поклонников кремлевских сайтов и среди любителей «теорий заговора».
Они же нередко становятся и гостями российских СМИ. Так в январе 2015 года в немецкой версии RT Кристоф Хорстел, представленный как «влиятельный в Германии журналист», заявил, что французские власти сами устроили теракт против Charlie Hebdo с целью отвлечь внимание общества.
«Мы долгое время не придавали этому особого значения и считали, что подобный дискурс маргинален, но теперь он становится масштабным явлением, — объясняет Мари Пельтье, автор книги «Эпоха теорий заговора».
– RT и Sputnik стали своего рода поставщиками контента для конспирологических сайтов. Во всей этой аморфной массе они играют структурирующую роль.
Я считают, что эти кремлевские СМИ работают рука об руку с крайне правыми, но есть ли структурная связь между ними, я сказать не могу».
То, что Марин Ле Пен часто ездила в Москву и получила от Первого чешско-российского банка 9 миллионов евро на свою предвыборную кампанию, никто в Нацфронте не скрывает. Но кремлевские СМИ отвергают всякие обвинения в оказании информационной поддержки крайне правым.
«У нас работают люди как крайне правых, так и крайне левых взглядов. Во Франции не хватает плюрализма. Мы здесь для того, чтобы давать альтернативную информацию», — говорит в интервью France 24 Иван Эльхер, представитель Sputnik France.
Подготовка к пуску
Еще до запуска в 2014 году на орбиту радиостанции Sputnik российские СМИ распространяли «альтернативную информацию» не без помощи крайне правых. Вещавшее на тридцати языках радио «Голос России», предшественник Sputnik, в 2012 году выступило партнером французского веб-канала Pro Russia TV. В качестве логотипа телеканал выбрал символику партии «Единая Россия».
Финансирование канала — тоже кремлевское. Получить деньги Pro Russia TV удалось при посредничестве российского посла во Франции Александра Орлова.
«Мы подписали контракт с государственными
СМИ, в том числе с агентством
ИТАР-ТАСС. Нам выделили 450 000 евро на
два года», — заявил директор Pro Russia TV Жиль Арно журналу l’Obs.
Журналисты веб-канала Александр Айруле (Alexandre Ayroulet) и Сильви Колле (Sylvie Collet) являются членами Нацфронта.
Директор Жиль Арно — также бывший местный депутат крайне правой партии в Нормандии. Именно он учредил ассоциацию EDH Communication и агентство L’Agence2Presse, которые в партнерстве с «Голосом России» обеспечивали работу Pro Russia TV.
С момента запуска телеканал регулярно предоставлял площадку крайне правым. Директор Жиль Арно заявил журналу l’Obs, что проблем с надзорными структурами не возникало: «Серверы наши находятся в России».
Просуществовал этот телеканал два года — до появления Sputnik, интернет-сайта и радиостанции, вещающей в парижском регионе под лозунгом «Мы говорим то, о чем другие молчат».
На Facebook-странице Sputnik, у которой более 700 000 подписчиков, можно увидеть как хвалебные отзывы пользователей о том, что сайт «разоблачает ложь западных СМИ», так и обвинения в нарушении профессиональной этики.
Говорить или запрещать
«Чтобы не оставлять эту площадку только сторонникам крайне правых и псевдоэкспертам», специалист по экономической политике Мика Меред несколько раз решался дать интервью Sputnik. Опыт общения был не всегда положительным.
«Был случай, когда редакция Sputnik в Москве взяла отрывки из длинного телефонного интервью. Моим словам придали смысл, который не соответствовал тому, что я на самом деле сказал», — приводит один из примеров Мика Меред.
За рубежом российские иновещательные СМИ уже получили предупреждения от надзорных структур за нарушение требований достоверности и беспристрастности при передаче информации.
Британский медиарегулятор Ofcom уже более десяти раз предупредил телеканал RT, в частности, об «однобоком освещении украинского конфликта». Но пока дело до штрафа и отзыва лицензии на вещание в Великобритании не дошло.
Во Франции телеканал RT уже получил от Высшего аудиовизуального совета CSA лицензию на вещание. Подготовка идет полным ходом. Деньги из государственной казны России в размере 17,8 миллионов евро уже выделены.
Запуск телеканала запланирован на конец 2017 года. (Общий бюджет RT составляет 274,1 миллиона евро). Местонахождение студии держится в секрете. На запрос France 24 об интервью и съемке в парижской студии телеканал ответил отказом. Согласились говорить только в Москве.
Набором сотрудников для французской RT занимается компания Talent Linkr, которая предупреждает кандидатов о «непростой работе». «Особенность заключается в самой природе этого СМИ, которое является предметом полемики и будет оставаться таковым в ближайшем будущем.
Нам требуется человек, который устойчив к стрессу и готов работать в соответствии с редакционной политикой, которая вызывает неоднозначные реакции в обществе», — цитирует сайт Buzzfeed объявление компании о найме.
«Я прочитала на их сайте статью в поддержку Трампа, еще одну — в поддержку крайне правых, видела также публикацию с элементами гомофобии. Меня это сразу же насторожило.
У меня это СМИ не вызвало доверия, поэтому я отказалась от работы из этических соображений», — объяснила в интервью France 24 журналистка Матильд (имя изменено), которая изначально заинтересовалась должностью заместителя главного редактора французского сайта RT.
В соглашении, которое в 2015 году подписали RT и французский надзорный орган CSA, среди прочего говорится, что журналисты «должны обеспечивать выражение различных точек зрения». По договору также предусмотрено создание внутренней комиссии по этике.
Следить за соблюдением правил в составе этой комиссии будут экономист Жак Сапир, пишущий колонки для Sputnik, секретарь Французской академии Элен Каррер д’Анкосс, которая считает «чушью» гипозету о «российском вмешательстве» в дела стран Запада, и правый депутат Тьери Мариани, который вместе с экс-руководителем Российских железных дорог Владимиром Якуниным сопредседательствует в организации «Франко-российский диалог».
Все члены комиссии по этике открыто занимают пророссийскую позицию. За лоббирование российских интересов газета Le Monde называет Тьери Мариани «голосом России». Но в рядах правых есть и другие политики, которые считают, что во Франции недооценивают угрозу, исходящую от кремлевских СМИ.
«Цель сегодняшней России — дестабилизовать западный мир. Нам необходимо четко ответить на вопрос, являются ли RT и Sputnik обыкновенными СМИ, которым французская Конституция обеспечивает свободу слова. Или же это инструменты влияния, занимающиеся дезинформацией?
В таком случае закон предусматривает ограничения (в Конституции есть статьи о клевете, разжигании ненависти и т.д.). Для меня очевидно то, что мы столкнулись с массовой дезинформацией, которая существовала в эпоху холодной войны», — говорит сенатор из партии «Республиканцы» Клод Малюре.
«Нарратив» реванша
В адрес российских СМИ все чаще звучат обвинения в дезинформации и пропаганде. И несмотря на это, их популярность на Западе растет.
Парадокса в этом нет, говорит историк Мари Пельтье, просто российский «нарратив реванша» появился в медиапространстве в момент потери доверия к политикам и традиционным СМИ.
Переломным моментом она называет 2003 год, когда американцы заявили о наличии химического оружия в Ираке и начали военную операцию, в ходе которой это оружие так и не нашли.
«Люди начали сомневаться в правдивости того, что им говорят. Произошел своего рода перелом, через эту брешь путинская медиасистема и прорвалась», — говорит Мари Пельтье.
В действительности эта медиасистема не имеет никакой политической окраски, ее главная задача — отражать и продвигать интересы России в мире, говорит эксперт Максим Одине.
«В Европе RT ретранслирует позицию крайне правых и суверенистов, в Латинской Америке испанская версия телеканала придерживается левых взглядов, идеологии „чавизма“.
На Ближнем Востоке арабский RT имеет репутацию пропалестинского телеканала, а в США RT на английском выступал против Клинтон, поддерживая как Берни Сендерса, так и Трампа», — объясняет исследователь Максим Одине.
По словам эксперта, очевидное отличие российских служб иностранного вещания от своих западных аналогов заключается в том, что у них нет нейтральных материалов. На объективность они не претендуют.
Глава агентства «Россия сегодня» (в которое входит Sputnik) Дмитрий Киселев сам заявил в одном из своих интервью, что «эпоха нейтральной журналистики закончилась, и настало время постмейнстрима».
