Опубликовано: 26 марта, 2021 в 11:58

Операция «Ван» — Захват турецкого консульства в Париже

24 сентября 1981 года четыре молодых армянина — Вазген Сислян, Арам Пасмачян, Акоб Джулфаян и Геворг Кюзелян — захватили турецкое консульство в Париже и удерживали его в течение 15 часов. Эта акция АСАЛА, названная «Операция «Ван», стала первой на новом этапе армянской освободительной борьбы.

Это событие потрясло не только все армянство, но и многих людей во всем мире, которые по радио- и телерепортажам следили за происходящим в турецком консульстве, а затем — судебным процессом, в результате которого армянские патриоты были осуждены на семь лет.

В 10 утра парни двумя группами (Геворг Кюзелян с Арамом Пасмачяном и Вазген Сислян с Акобом Джулфаяном) направились к месту встречи — кафе «Бальзак», откуда и намеревались проникнуть в консульство. Встреча состоялась в 10:55, после чего парни, перегруппировавшись (Вазген-Арам и Геворг-Акоб) в 11:15 вошли в консульство. Каждый занял заранее определенное место.

Вазген заблокировал дверь, Арам, вытащив гранату, крикнул, что консульство захвачено «командой смертников Егиа Кешишяна» АСАЛА, Геворг повторил то же самое на французском. Один из турецких охранников напал на Геворга. Вспыхнула короткая перестрелка, в результате которой полицейский был убит (он оказался единственной жертвой).

Турецкая охрана была разоружена. Геворг позвонил в ряд газет и информационных агентств, сообщив им, что захват консульства Турции осуществлен АСАЛА с политическими целями и что у них имеется 59 заложников.

Известию информагентства сначала не поверили, поскольку захват всего четырьмя людьми консульства, расположенного на втором этаже пятиэтажного здания, показался им попросту невероятным, особенно с учетом того, что все здание находилось под охраной французской полиции, не считая турецких охранников в самом консульстве.

Сотрудники информационного центра AFB даже съязвили, что теоретически возможно захватить любое учреждение в Париже, а вот израильское и турецкое консульства — невозможно даже теоретически.

Но, так или иначе, уже менее чем через час на улице Хосман толпились журналисты.
За это время один из французских полицейских, пробравшись в здание через черный ход, выстрелил в Вазгена и ранил его. Вазген тем не менее оказал сопротивление, заставив полицейского отступить. В перестрелке тяжелые ранения получил и Акоб.

Большую часть заложников держал под контролем Арам, остальных — Вазген,- он им рассказывал о борьбе армянского народа и о геноциде 1915 года.

В 12:00 комиссар Брюссар, один из самых опытных специалистов французской полиции, позвонил в консульство с предложением начать переговоры. Бойцы АСАЛА выбросили из окна лист бумаги, на котором были изложены их требования. Требования были исключительно политические: освободить из турецких тюрем политзаключенных — не только армян, но и курдов с турками.

12:15. Один из заложников выбросил в окно конверт, крикнув, что он предназначен полиции. К тому времени улица уже была перекрыта металлическими заграждениями, а на противоположном тротуаре толпились журналисты.

13:00. Еще одному из заложников разрешили подойти к окну и сбросить конверт, адресованный уже журналистам.

13:40. Полиция попросила армян отпустить всех, кто находился на верхних этажах здания. Они согласились, однако Геворг предупредил из окна, чтобы полиция не предпринимала попыток нападения, поскольку во всех входах в здание установлены взрывчатки.

14:20. Одному из заложников-французов доставили лекарства, поскольку у него случился сердечный приступ.

16:00. Состояние Вазгена ухудшается. Связавшись по телефону с полицией, бойцы АСАЛА потребовали медицинскую помощь, но получили отказ.

16:10. Один из заложников-турок, подойдя к окну, крикнул, что вице-консул ранен, может умереть, если не будет доставлен врач, и тогда вся ответственность падет на полицию.

16:20. Врач доставлен, однако он не рискует войти в здание.

В 16:25 парни снова связываются с полицией и требуют предоставить Вазгену Сисляну «азил политик» — политическое убежище. Полиция вступает в переговоры с Министерством внутренних дел.

17:35. Никакой официальной реакции на требование предоставить политическое убежище. К окну подходит один из заложников и со слезами на глазах кричит, что если раненому Вазгену не будет предоставлено политическое убежище, жизнь вице-консула и остальных заложников окажется под угрозой.

17:55. Полиция от имени Министерства внутренних дел Франции официально заявляет, что политическое убежище Вазгену Сисляну будет предоставлено, только если будет освобожден консул.

18:20. Идут телефонные переговоры с полицией о процедуре сдачи Вазгена. Последний требует, чтобы сразу после доставки в больницу ему дали возможность позвонить друзьям. Полиция сначала отказала в этом требовании, но затем согласилась с ним.

18:35. Сислян выходит из консульства. Полицейские пытаются посадить его в карету скорой помощи, однако Вазген отталкивает их и победно вскидывает правую руку с пальцами в виде буквы V — «виктория», «победа». Геворг вместе с одним из заложников наблюдает за ним из окна. Вазген хочет что-то крикнуть, но не в силах — слишком ослаб от потери крови. Минуты через две его сажают в машину скорой помощи и увозят в больницу.

18:50. Вазген из больницы связывается по телефону со своими друзьями, после чего его отправляют в операционную.

19:15. Бойцы АСАЛА потребовали доставить еду для заложников.

19:53. Из здания выносят тело убитого турка-охранника.

21:00. К зданию консульства пытаются прорваться демонстранты-турки — их около двух тысяч. Геворг, Арам и Акоб пригрозили забросать их гранатами. Полиция остановила шествие демонстрантов. На другой стороне улицы митингуют армяне — их человек 100.

22:10. Полиция доставляет еду.

23:00. Полиция несколько раз требует возобновления переговоров, однако бойцы АСАЛА отказываются. Они — хозяева положения.

23:15. Срок ультиматума боевиков АСАЛА истек. Шум, поднятый турецкими демонстрантами, становится еще более яростным.

23:20. Из консульства доносится звук выстрела. В полночь полиция получает известие о том, что Акоб Джулфаян, получивший тяжелые ранения, готов сдаться и также требует для себя политического убежища.

00:50. Полиция уведомила, что французское правительство приняло решение предоставить «азил политик» и второму боевику АСАЛА.

01:00. Полиция требует, чтобы Акоб Джулфаян, выйдя из здания, сразу же остановился. Акоб выходит из здания, но из-за ран и потери крови не в силах стоять…

01:20. Из больницы Акоб связывается по телефону с товарищами, и его отправляют в операционную.

01:30. Геворг вновь вступает в переговоры с полицией и требует политического убежища для себя и Арама. Полиция заверяет, что право на «азил политик» предоставлено всем четырем бойцам АСАЛА. Осталось только уточнить детали сдачи.

Полиция требует, чтобы они оставили оружие и вышли с поднятыми руками. Геворг и Арам отвергают этот вариант. Да и сами заложники предупреждают парней, что в этом случае полицейские наверняка откроют по ним огонь. Несколько женщин-заложниц предлагают армянам выйти вместе с ними, дабы не дать полиции возможность открыть огонь.

На этот раз не согласна полиция. Тогда один из заложников-французов подходит к окну, вызывает Брюссара и требует от него дать при журналистах обещание, что бойцам АСАЛА при задержании не будет причинено никакого вреда. Брюссар обещает.

В 02:00 бойцы АСАЛА, придя к соглашению с полицией, в течение 15 минут обезвредили взрывчатку.

В 2:20 ночи два оставшихся бойца «команды смертников Егиа Кешишяна» сдались полиции.
Таким образом, захватив консульство и удерживая в течение 15 часов 59 заложников, четверо отважных членов Армянской секретной армии освобождения Армении (АСАЛА) при посредничестве французского правительства вступили в переговоры с турецкими властями.

Каковы же были требования армянских патриотов?

1.а) Немедленно освободить и отправить самолетом во Францию находившихся в заключении священников Мануела Еркатяна и Гранта Кюзеляна, оказывавших армянам в Турции культурную и социальную помощь.

б) Немедленно освободить и отправить самолетом во Францию всех заключенных в турецких тюрьмах армян, арестованных по политическим соображениям.

Дать официальные гарантии того, что проживающие на захваченных Турцией армянских землях и в больших городах Турции армяне вправе без каких-либо ограничений развивать свои национальные, культурные и религиозные традиции.

Дать официальные гарантии того, что соответствующим международным организациям будет позволено осуществлять постоянный контроль армянских культурно-исторических памятников, находящихся на захваченных Турцией армянских землях.

Немедленно освободить заключенных в турецких тюрьмах по политическим соображениям 5 турецких и 5 курдских бойцов-революционеров.

Понятно, что турецкое правительство не могло принять и тем более выполнить эти требования…

…Париж, утро 25 сентября 1981 года. Закончилась дикая свистопляска тревог, надежд, жизни и смерти этих 15 часов. Уже вышли утренние газеты, первые полосы которых были посвящены событиям прошлого дня и ночи. Бросались в глаза набранные крупным шрифтом слова «АСАЛА» и «Ван».

Были опубликованы и фотографии: раненый Вазген Сислян выходит из консульства, комиссар Брюссар надевает на него наручники, выходит Акоб Джулфаян, на него тоже надевают наручники, полиция выводит Арама Пасмачяна и Геворга Кюзеляна, из консульства выносят оружие и взрывчатку, в сопровождении полицейских и врачей выходят освобожденные заложники…

Не только французские и турецкие средства массовой информации — печать, радио и телевидение почти всех стран мира тысячи раз повторили слова «АСАЛА» и «Ван» в этот день — 25 сентября 1981 года.

Исключение составила лишь пресса Советского Союза. Здесь появились лишь скудные сообщения — пристрастные и расплывчатые. И живущие в Армении армяне так почти ничего и не узнали об этом событии, оказавшемся в центре внимания всего мира.

После тщательной многодневной «обработки» советским людям была выдана надуманная история о некоей безликой «команде смертников». Коммунистическая идеология и советская пресса поднаторели в способах подачи материалов и фактов в нужном ключе…

…Над Парижем вставал новый день, оставляя позади то, что впоследствии должно было покрыться пылью забвения.

…Большая часть заложников находилась под наблюдением Арама, остальные — Вазгена, который рассказывал им о борьбе армянского народа и геноциде 1915 года. Что мог рассказать им парень, родившийся десятилетия спустя после 1915-го?

О том, как на глазах всего мира был вырезан целый народ, о том, как раскаленные пустыни Ближнего Востока стали могилой для сотен тысяч людей, о караванах стариков, женщин, детей, израненных и беспомощных людей?.. О великих армянах, которые писали книги, романы, картины, музыку, но стали первыми жертвами? Но разве возможно в течение каких-то нескольких часов поведать о судьбе и трагедии целого народа?..

Сегодня Вазген вспоминает о страхе — том ужасающем страхе, который охватил турок в этом доме на одной из самых оживленных улиц Парижа. Заложников было 59, и не все из них были турками — среди них оказались четверо турецкоподданных армян и несколько французских полицейских. Напротив здания консульства устроили демонстрацию около 2 тысяч турок — своим агрессивным поведением они как бы провоцировали гайдуков-армян на убийство.

Однако целью четырех борцов за свободу было вовсе не насилие, ибо они не были ни убийцами, ни террористами — они осуществляли политическую акцию.

Впоследствии, отвечая на вопросы корреспондента радиостанции «Голос армянской диаспоры», Геворг Кюзелян скажет: «Мы были убеждены, что фашистское турецкое правительство не примет ни одно из наших требований и даже откажется вступать с нами в контакт ради освобождения заложников.

Правительству Турции больше хотелось бы, чтобы мы убили заложников, тем самым замарав свой облик революционеров, и оно выставило бы нас убийцами и злодеями. С учетом всего этого у нас имелось три варианта решений.

1. Чтобы обеспечить себе свободу, потребовать у французского правительства самолет и покинуть Францию. Но в этом случае мы бросили бы на произвол двух наших товарищей во Франции, а 15-часовый захват консульства окончился бы ничем для дела Ай Дата.

2. Мы могли бы перебить всех заложников и вообще взорвать здание консульства. Но это означало бы сыграть на руку Турции.

3. Прекратить вооруженную акцию и, получив политическое убежище, трансформировать операцию в политический процесс. Как известно, вооруженные действия предпринимаются ради обеспечения политических результатов и интересов.

А поскольку боевая операция, то есть захват консульства и заложников, нам удалась, то, следовательно, первую часть нашей задачи мы выполнили на все сто, причем не понеся жертв. Поэтому мы должны были использовать это обстоятельство, поскольку другого такого случая нам могло и не представиться, тем более, что нам было обещано политическое убежище…».

Как и следовало ожидать, операция «Ван» вызвала широкий резонанс в мировых СМИ. Недостатка в радио- и телепередачах, интервью и пресс-конференциях не было. Ежедневные и еженедельные газеты на своих первых полосах публиковали репортажи об этом событии.

Журналисты, подобно паломникам, устремлялись туда, чтобы на месте раздобыть достоверную информацию. В этом смысле особое значение имела пресс-конференция, организованная 26 сентября 1981 г. в бейрутской штаб-квартире информационного агентства «Аль-Шагила», которую вел Акоб Акобян — один из руководителей АСАЛА.

На нее были приглашены многие известные журналисты. В начале пресс-конференции А. Акобян от имени армянского народа выразил признательность «Аль-Шагила» за предоставленную АСАЛА возможность во всеуслышание заявить об Армянском вопросе и операции «Ван», затем он зачитал следующее заявление:

«Уважаемые господа!

Мы начинаем нашу пресс-конференцию с отчета об операции «Ван», осуществленной группой «Егиа Кешишян» АСАЛА против турецкого консульства в Париже.

Представляем вашему вниманию следующие факты:

а) Нашим героям-революционерам удалось захватить турецкое консульство, хотя здание находилось под сильной охраной французской полиции и турецких служб безопасности. Группе удалось на протяжении 15 часов держать под своим контролем консульство и заложников. Группа имела все возможности расстрелять всех заложников или, скажем, заложников-турок, освободив заложников-французов.

б) Несмотря на то, что наши революционеры целых 15 часов держали под своим контролем консульство, они не причинили вреда заложникам и полицейским, за исключением инцидента, имевшего место в момент захвата здания.

Тем самым АСАЛА показала общественному мнению, кто именно является террористом и фашистом. Ибо именно турецкие реакционеры в начале нашего века совершили ужасающее злодеяние против армянского народа и до сих пор продолжают угнетать армянский народ, захватив его землю, грабя и сажая в тюрьмы армян — в их числе сегодня в заключении находятся два армянских духовных лица.

Потребовав в обмен на заложников освободить из турецких тюрем армянских политических заключенных, мы стремились показать мировому общественному мнению суть турецкого фашизма и шовинистическую политику правительства Турции в отношении армян.

Мы потребовали от турецкого правительства освободить также курдских и турецких революционеров, ибо курдский и турецкий народы, подобно армянам, также подвергаются репрессиям со стороны турецкой администрации. Мы приветствуем курдский и турецкий народы, которым так же, как и армянам, тяжело в Турции.

Но каким оказался ответ турецкой администрации на эти наши требования, которые не шли дальше освобождения политзаключенных — тех политзаключенных, которые были брошены в тюрьмы по той единственной причине, что являются армянами и ведут справедливую борьбу за свои права?

Фашистская турецкая администрация отвергла эти справедливые требования и отказалась вступить в переговоры, а это означает, что она желала, чтобы в здании турецкого консульства в Париже были убиты десятки турок и французов! Это доказывает ее фашистскую и шовинистическую суть. Однако наши революционеры не пошли на это, в очередной раз продемонстрировав, что турецкие власти понимают только язык оружия…».

«После того, как мы сдались, во Франции началось большое движение. Газеты и журналы стали широко освещать армянскую тему. Армянская молодежь Франции, не говорившая по-армянски, начала учить родной язык. С 1981 г. стали открываться армянские школы для всех возрастных групп. Не будем забывать и о демонстрациях после нашей операции.

Если до 1981-го в демонстрациях 24 апреля участвовало от силы 100-150 человек, то после 1981 года это число возросло до десятков тысяч. Совершенно определенно можно сказать, что это случилось благодаря национальной и революционной жертвенности АСАЛА»,— вспоминает Геворг Кюзелян.

В самый день операции, как свидетельствует хроника, у консульства состоялась демонстрация армян, скандировавших лозунги в поддержку бойцов АСАЛА.

27 сентября у армянской церкви Парижа состоялась демонстрация, в которой приняли участие 2000 человек. На ней выступил отец Егии Кешишяна, того самого юноши, который 12 марта 1981 года совершил акцию против турецкого посольства в Иране, был арестован и 17 сентября 1981 года— за несколько дней до операции «Ван»— расстрелян.

Именно его именем была названа группа, возглавляемая Вазгеном Сисляном.
Через несколько дней, 1 октября, состоялась еще одна массовая демонстрация. Следующая демонстрация, опять же в столице Франции, была организована 24 октября.

Между тем французское правительство, стремясь ослабить начавшееся движение и избежать дипломатической конфронтации с Турцией, тянет с решением о предоставлении членам группы политического убежища. Правительство обеспокоено появлением еще одной армянской организации под названием «Сентябрь».

Участники операции «Ван» объявляют голодовку— крайнюю меру выражения своего протеста против политики французского правительства. Их требования сразу же принимают, вновь обещают предоставить политическое убежище. Но это обещание оставалось в силе всего три дня.

10 января 1982 года арестованные бойцы АСАЛА объявили новую голодовку, заявив, что не откажутся от нее, пока их политические требования не будут удовлетворены.

В знак солидарности с ними голодовку объявили и много молодых армян в Париже и Лионе.
15 января в Париже состоялся митинг в поддержку Вазгена Сисляна, Геворга Кюзеляна, Арама Пасмачяна и Акоба Джулфаяна, в котором приняло участие 1500 человек.

20 января французские власти пошли на определенные уступки, предприняв следующие шаги:

а) армянские бойцы АСАЛА переведены в камеры на третьем этаже 5-го корпуса тюрьмы «Флори мерожис», где содержались и борцы за свободу Корсики;

б) им разрешено пять часов ежедневно находиться вместе и проводить собрания;

в) разрешено два часа в день общаться с теми людьми, кого они сами захотят видеть;

г) убран стеклянный барьер между заключенными и посетителями;

д) их камеры обеспечиваются электропитанием;

е) разрешено без ограничений читать прессу и слушать радиопередачи;

ж) их письма не подвергаются тщательной цензуре.

Таким образом, после четырех месяцев пребывания в статусе обычных преступников армянские борцы обрели большую часть своих прав. Они стали считаться политическими заключенными, что было уже хорошо, но оставалось главное— добиться права на политическое убежище, которое им обещали, но так и не предоставили.

…Январь 1984 года. Французские газеты, телевидение и радио распространили сообщения о том, что 24 января в Верховном суде Франции по уголовным делам начнется процесс над четырьмя молодыми армянами— Вазгеном Сисляном, Геворгом Кюзеляном, Арамом Пасмачяном и Акобом Джулфаяном, которые в сентябре 1981 г. захватили консульство Турции в Париже.

Операция «Ван» всколыхнула мировую общественность и заставила говорить не только об этих четырех отважных парнях и АСАЛА, но и вспомнить об Армянском вопросе, геноциде армян и их справедливых требованиях.

Через 28 месяцев после операции «Ван» должен был состояться судебный процесс, которому суждено было стать одним из важных событий современного этапа национально-освободительной борьбы армянского народа. И не только для армянской действительности. Все это прекрасно понимали и французы. Их СМИ еще до начала суда начали сообщать важную информацию об этом деле, давать комментарии и делать самые разные прогнозы.

Номер газеты «Монд» за 21 января вышел с крупным заголовком на первой полосе: «Четверо армян— перед своими судьями».

«Котидьен де Пари» в своем номере от того же субботнего дня акцентировала внимание на тех мерах безопасности, которые предприняли французские власти во избежание возможных инцидентов.

Здесь же было опубликовано заявление Центрального комитета Армянской Революционной Федерации Дашнакцутюн, в котором, в частности, говорилось, что партия «хотя и уважает героизм этих четырех молодых людей», тем не менее отмежевывается от политики АСАЛА и не считает ее борьбу борьбой Ай Дата, но в то же время считает этот судебный процесс судом над Турцией.

В этой же газете журналист Перонсель-Юкоз в статье под названием «Облик счастья и несчастья одного народа» представляет общую картину последних событий, дает краткий очерк истории вопроса и перечисляет многочисленные труды, посвященные Армянскому вопросу и армянскому народу.

Газета «Фигаро» представляет участников операции «Ван» под их другими именами: «Обвиняемый Геворг Кюзелян, другое имя— Алек Алекян, родившийся в 1960 г. в Бейруте, без профессии и постоянного места жительства, обвиняется в убийстве (от его пули погиб один из охранников турецкого консульства) и захвате заложников, обладает высокими интеллектуальными способностями, преданностью идее.

Обвиняемый Арам Пасмачян, другое имя— Раффи Палян, родившийся в 1960 г. в Бейруте, без постоянного места жительства и профессии, обвиняется в захвате заложников, обладает высокими интеллектуальными способностями, предан идее». Те же характеристики— и в адрес Вазгена Сисляна (Завен Акобян, родился в 1956 г. в Ливане) и Акоба Джулфаяна (Акоб Акобян, родился в 1960 г. в Кувейте). Никто из парней ранее не был судим и с 28 сентября 1981 г. они содержатся под стражей за захват турецкого консульства. Это значит, что до начала судебного процесса они провели в тюрьме два года, три месяца и 25 дней.

В понедельник 23 января по радио- и телеканалам Франции зачитали письмо Шарля Азнавура председателю Верховного суда Франции по уголовным делам Ги Флоку. Всемирно известный шансонье отправил это письмо из США, где в то время находился.

«Я француз по рождению, культуре, устремлениям, творческому проявлению. Но я армянин по вере, слезам матери и несчастью моего народа… Американцы признали геноцид индейцев, немцы— евреев, армяне же до сих пор ждут признания своих человеческих прав— чтобы написать книгу своей истории уже с мировым признанием этого факта…

Вчера они пали, не произнеся ни слова и не восстав, сегодня их внуки подняли головы и порой даже силой хотят заявить о своем существовании и самобытности в этом мире. Я решительно против использования грубой силы, но когда ко мне приходят и спрашивают: «Что нам сделать, чтобы нас услышали после всего этого?»— я не знаю, что ответить.

Оправданием нашей молодежи могут послужить стремление к самоутверждению, желание положить конец неопределенности. Я, француз, не могу осудить этих молодых людей… Я не трибун и не политик и эти строки пишу как подсказывает мне сердце— в надежде на правильное решение…».

Письмо примерно такого же содержания направил судье Ги Флоку и известный кинорежиссер Анри Верной— Ашот Малакян.

24 января 1984 года. Вокруг Дворца правосудия на площади Дофина установлены заграждения, стоят вооруженные полицейские. Только немногим избранным дозволяется войти в зал суда. После строжайшей проверки документов в здание проходят и получившие пропуск журналисты. В ряду корреспондентов французского телевидения и авторитетных газет армянскую прессу представляет только директор газеты «Арач» Арпик Мисакян.

Председательствующий на процессе судья Ги Флок представляет присутствующим двух переводчиков, девятерых присяжных заседателей (пять женщин и четверо мужчин), четверых заместителей и адвокатов. Защищают бойцов АСАЛА мэтры Эмиль Асланян, Леклер, Синеар, Тетжен и Патрик Деведжян. В качестве истца выступает турецкий вице-консул Инал Кая.

По поручению судьи зачитывается обвинительное заключение, датированное 30-м июня 1983 года.
«…Вы четверо обвиняетесь в захвате в заложники около 50-и лиц, при этом обвинение просит признать, что заложники находились под угрозой смерти.

Вы четверо обвиняетесь в незаконном ношении оружия и боеприпасов первой категории, обладании взрывчатыми веществами и взрывными устройствами.

Вы, Кюзелян, обвиняетесь также в убийстве охранника Джемала Озена, а также в насилии с применением оружия над господином Палтаоглы, в результате чего господин Палтаоглы на восемь дней лишился трудоспособности.

Вы, Сислян, обвиняетесь в покушении на убийство господина Бернара Плонтеля, а вы, Джулфаян, в покушении на убийство господина Инала Кая.

Если данная судебная инстанция подтвердит инкриминируемые вам преступления, то вы можете быть осуждены на пожизненное заключение, если только не будут выявлены смягчающие вину обстоятельства…».
Затем председательствующий предоставляет слово Геворгу Кюзеляну.

Тот говорит по-французски:
«Этим заявлением мы вновь подтверждаем нашу общую ответственность за операцию по захвату заложников в турецком консульстве и в ответ на ваше требование даем объяснения относительно причин.

Мы решили исполнить эту миссию, поскольку она отвечала нашим представлениям о борьбе по освобождению Армении и решению Армянского вопроса. После 60-и лет неэффективной мирной борьбы мы считаем, что главным способом решения этого вопроса и разрушения окружающей его стены молчания является вооруженная борьба.

В международном смысле Армянский вопрос возник в конце 19-го века. После погромов 1894-1896 годов, когда было уничтожено 300 тысяч армян, великие державы предприняли усилия якобы в пользу армян.
Не буду углубляться в историю армянских погромов, однако хочу упомянуть о первом геноциде 20-го века, жертвами которого стали мы.

Начиная с 1915 года османские власти разработали и осуществили программу по уничтожению армянского народа. В течение двух лет более двух миллионов подвергшихся насилию армян вынужденно покидали свои дома, города и села, в которых жили свыше трех тысяч лет.

В ходе этих депортаций организованные османскими властями вооруженные банды нападали на караваны несчастных людей, грабя и истребляя их.

Так были уничтожены сотни тысяч армян, женщины похищены и насильно исламизированы, вырезаны старики и дети. На тяжелых дорогах изгнания сотни тысяч армян погибли от изнеможения, отсутствия воды и пищи, которых их умышленно лишали.

Сотни тысяч армян, переживших эту адскую депортацию и нападения вооруженных банд, оказались преданы голоду, холоду и жажде в сирийской пустыне Дер-Зор.

В 1915-1917 годах было предано смерти более полутора миллионов армян. Армянская нация была истреблена и изгнана со своей родины. Западная Армения лишилась своего коренного населения. Несколько сотен тысяч армян смогли избежать смерти и найти пристанище в Восточной Армении или Закавказье. Остальная часть армянского народа рассеялась по всему свету, образовав армянскую диаспору.

Этот первый геноцид 20-го века, жертвами которого мы являемся, не был признан ни Турцией, ни международными инстанциями. Мир продолжает хранить молчание. Преступники так и не были осуждены, а жертв вообще никто не слушал, поскольку голос наш был мирным. Экономические и стратегические соображения заглушили голос страдания.

Но Армянский вопрос — это не только вопрос признания геноцида. Это главным образом вопрос права на землю, возвращения армянам захваченной турками Армении, а также вопрос самоопределения, то есть основания независимого армянского государства.

Это право на землю — наше историческое право, ибо свыше трех тысяч лет наш народ обитал на этой территории. Эти захваченные Турцией земли являются естественной родиной всего армянского народа — трех миллионов армян диаспоры, а также тех, кто, будучи жителями Восточной Армении, сами родом из Западной Армении.

Армянский вопрос имеет еще одну важную сторону, касающуюся трех миллионов армян диаспоры. Сегодня перед этими армянами стоят важные проблемы, требующие скорейшего решения. Во всей диаспоре армяне находятся под угрозой ассимиляции. Они вынуждены также противостоять политическим, экономическим и социальным проблемам. Унижения, преследования и изгнания продолжаются.

Вот те насущные и тяжкие вопросы, которые требуют незамедлительного решения:

Армянский вопрос заключается в наших законных правах на землю, в нашем праве вернуться на захваченные турками земли. Это прямая необходимость для всех армян диаспоры.

Признание геноцида и компенсации.

Таково очень сжатое описание Армянского вопроса. А теперь немного о том, как обстоят дела с решением или освещением этого вопроса.

С 1915 года мы верили в справедливость, в обещания великих держав. На протяжении 60 лет мы использовали все возможные мирные средства, но убедились, что, несмотря на все обещания помочь нам, Армения никого не интересует.

В 50-ю годовщину Геноцида армян мы поняли, что не только не продвинулись ни на пядь, но даже отступили. Но армянский народ не из тех, кто быстро отчаивается. Именно поэтому мы в последующие десять лет — в 1965-1975 гг. — преумножили свои усилия. Мы вновь постучались в дверь основной заинтересованной стороны — Турции, в двери великих держав, Организации Объединенных Наций. Снова разослали заявления, подготовили документы.

Специалисты по международному праву представили вопрос с юридической точки зрения. Во всех концах света прошли демонстрации, в которых приняли участие десятки тысяч армян. Официальные делегации донесли проблему до международных инстанций. Были написаны десятки книг, посвященных этому вопросу. Были использованы все мыслимые мирные средства. И исчерпаны…».

Обведя глазами застывший в напряженном молчании зал, Геворг Кюзелян продолжил свою речь.

1975-й год — очередная круглая дата со времени злодеяния. И опять ничего! Все усилия были напрасными. Турция всегда отрицала само существование Армянского вопроса, мир же вообще слушать не хотел ни об Армении, ни об армянах.

Отношение мира к нашему вопросу особенно четко проявилось после того, как из справочника Комиссии ООН по правам человека был вычеркнут 30-й параграф, в котором несколькими словами упоминался геноцид армян — как первый геноцид ХХ века.

Итак, мир в очередной раз уступил давлению Турции: политический интерес, как всегда, одержал верх над справедливостью. Но интересам фашистского государства противостоят интересы народа. Пройдя через все эти испытания, мы отдали себе отчет в том, что вооруженная борьба остается главным средством борьбы за обретение наших исконных прав. И мы приступили к вооруженной борьбе.

Сегодня мир, забыв о терроризме фашистского турецкого государства, обвиняет в терроризме нас. Но я хотел бы напомнить вам здесь, что вчерашние террористы — это сегодняшние министры и даже президенты. Террорист или борец за свободу — это зависит от их победы или поражения.

До сих пор турки убеждены, что никто не призовет их к ответу. Вот почему они без колебаний приняли решение уничтожить армян и изгнать их с родины. И если это было давно, 69 лет назад, то со дня, когда они захватили Кипр, когда вторглись на территорию Ирака и уничтожали там курдов, прошло очень мало времени.

Сегодня армяне страдают. Но ведь есть еще киприоты, курды, да и сам турецкий народ, страдающий в этом фашистском государстве. С сожалением приходится констатировать, что демократические страны, считающие себя поборниками прав человека, в качестве экономической и военной помощи ежегодно дарят Турции несколько миллиардов долларов.

Хочу вернуться к нашей операции. Напав на это консульство, мы напали именно на это самое фашистское государство. Более того, это консульство — база турецких спецслужб, осуществляющих операции против спасшихся от фашистского турецкого правительства и эмигрировавших в Европу армян, курдов, примыкающих к левому движению турок.

И еще одна причина: за все время с начала нашей борьбы нам никак не удавалось свершить суд над турецким правительством в каком-нибудь нейтральном государстве, потому что Турция всегда пряталась за гражданским населением этих государств.

Однако сегодня турки вынуждены были встретиться с нами лицом к лицу, поскольку события произошли на их территории. Хоть эта территория и находится под защитой Франции, но она независима от Франции, поскольку, будучи хорошо защищенной со стороны Франции, она равным образом имеет и собственную защиту. Мы нанесли удар по консульству, но не по французским силам, которые защищали его. Мы обратили свое оружие против турецких полицейских, которые также были вооружены.

Вот те причины, из-за которых мы пошли на эту операцию. Мы пришли не убивать, но вовсе не сожалеем о совершенном. Мы выполнили лишь часть наших обязанностей, ибо должны выполнить еще множество других обязанностей- до тех пор, пока наша родина не будет освобождена от турецкого гнета…

На процесс были приглашены также матери трех парней — Кюзеляна, Сисляна и Пасмаджяна. Они заявили, что поступок их сыновей принес большую пользу делу Ай дата.

…С первого же дня процесса члены группы «Егиа Кешишян» оказались в центре внимания газет, радио и телевидения. Самые авторитетные СМИ Франции и других стран помещали репортажи из Дворца правосудия на своих первых полосах. Особенно большое впечатление на журналистов произвели предпринятые французскими властями меры безопасности.

А одна из турецких газет даже написала, что проникнуть в турецкую тюрьму легче, чем во Дворец правосудия. Одного лишь журналистского удостоверения для этого было мало — требовался еще и специальный пропуск, который выдавали журналистам до 16 января, еще до начала процесса.

С самого же начала поведение и выступления подсудимых оказали большое впечатление на журналистов и публику в зале суда. Все газеты, теле- и радиоканалы подчеркивали политический характер суда, отмечая, что «этот процесс стал хорошей пропагандой для армян».

27 января на заседании выступили свидетели защиты, а также несколько стариков — одних из последних очевидцев резни 1915 года. Пройдут года, и этих очевидцев уже не будет на свете. Останутся лишь документы. Но тогда, 27 января 1984 года, они явились в парижский Дворец правосудия, чтобы объяснить, зачем и почему четверо отважных юношей совершили нападение на турецкое консульство.

Да, этот процесс действительно во многом способствовал тому, чтобы вновь во всеуслышание зазвучал Армянский вопрос. Они, эти свидетели, с убеленными сединой волосами и печалью в глазах, рассказывали о событиях, которые потрясли не только публику в зале, но и тысячи читателей..

Истчник: Artak Akopyan




ПОХОЖИЕ ПУБЛИКАЦИИ



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.