Вольфганг Ишингер (Wolfgang Ischinger) – отставной дипломат, бывший посол Германии в США, с 2008 года возглавляет Мюнхенскую конференцию по безопасности. В интервью DW он рассказал о борьбе с исламистским терроризмом после теракта в Берлине, будущем НАТО и отношениях будущего президента США Дональда Трампа с Россией.
DW: Недавно теракты произошли в Стамбуле и Берлине, до этого – в Брюсселе, Париже. Достаточно ли спецслужбы в Европе делают для того, чтобы защитить людей?
Вольфганг Ишингер: Они очень стараются, и для начала за эти усилия нужно выразить признание полиции и спецслужбам в Германии и других странах. Достаточно ли этих усилий? Достаточно ли хорошо мы организованы? У меня есть на этот счет сомнения.
Поэтому я, в принципе, разделяю тезисы по улучшению ситуации, с которыми на днях выступил в прессе министр внутренних дел Германии (одно из предложений – объединить земельные ведомства по охране конституции в одну структуру. – Ред.). Лично я считаю, что предложения Томаса де Мезьера (Thomas de Maiziere) идут недостаточно далеко…
– …Он хочет усилить федеральный центр…
– Я думаю, что нужно идти намного дальше – усиливать Европейский Союз. Мы в Германии живем не в изолированной капсуле. Было бы замечательно, если бы мы могли усилить возможности Германии в борьбе с терроризмом путем перераспределения полномочий в пользу федеральных структур, вместо 16 земель, как сейчас. Но мы живем в Европейском Союзе с открытыми границами, во всяком случае – внутри шенгенского пространства. Поэтому важно, чтобы наши действия внутри Германии по возможности были всеевропейскими.
– Речь идет о существующих структурах или нужны новые?
– Нужно думать о больших проектах, а не о гомеопатических средствах, когда каждый месяц звучат заявления о небольшом увеличении обмена данными. Нужно отважиться на большой шаг. Лично я отношусь к тем, кто считает, что нам в Европе нужен аналог ФБР.
-То есть вы предлагаете основополагающие реформы, на которые потребуется время. Похоже, так считает и канцлер Ангела Меркель (Angela Merkel). Недавно она сказала, что Германия стоит перед целым рядом вызовов. Самым трудным канцлер назвала исламистский терроризм. Если говорить о недавнем теракте на рождественском рынке в Германии, то, как сообщается, преступник был известен органам, но все же смог нанести удар. Это обстоятельство не успокаивает…
– Конечно, это не успокаивает, и, конечно, правы те, кто задает вопрос – насколько адекватны наши правила депортации из страны тех, кто признан опасным. В данном конкретном случае беженец из Туниса Анис Амри не был депортирован, потому что не было каких-то документов.
Любой гражданин, который беспокоится о своей безопасности, скажет, что так не должно быть, нужно что-то менять. Я считаю, что министр внутренних дел поступил бы более искусно, если бы создал экспертную комиссию, в том числе из числа своих предшественников, и дал ей задание – скажем, за четыре недели разработать список предложений из десяти пунктов. Это было бы легче обсуждать и правящей коалиции, и оппозиции, чем сейчас, когда с этим предложением выступила часть правящей коалиции (Христианско-демократический союз. – Ред.). Мне жаль, что это вызвало бурю отторжения. Эти предложения заслуживают обсуждения.
– Давайте поговорим о НАТО и теме безопасности. Будущий президент США Дональд Трамп ставит роль США в НАТО под вопрос. Насколько европейцы еще могут рассчитывать на Америку?
– Для начала нужно подождать, что он скажет 20 января во время своей инаугурации. Я не сомневаюсь, что администрация Трампа подтвердит приверженность Америки НАТО. Было бы грандиозной ошибкой новичка, если бы он поставил под вопрос единственный действующий альянс, который связывает Америку с важной частью мира.
НАТО ведь не является американским подарком Европе. Это – политический инструмент для супердержавы США в Европе, который дает ей возможность выступать в качестве стабилизирующего государства, поддерживающего порядок. То есть это было бы шагом против интересов США. Не думаю, что Трамп к этому склонен.
– То есть вы верите в нового президента, который и в отношении Москвы сменил тон на более мягкий в сравнении с Бараком Обамой. Сейчас между двумя столицами настали холодные времена. Возможно, при Трампе настанет оттепель. Путин и Трамп – это пугающий альянс или шанс?
– Я вижу в этом шанс, но при определенных условиях. С европейской точки зрения, важно, чтобы снова начались переговоры на высшем уровне между Белым домом и Кремлем. В последние годы администрации Обамы такого серьезного разговора не было.
Диалог между США и Россией не может быть ошибочным. Но есть важное условие. Что бы там ни обсуждалось, оно не должно лечь в основу решений, принятых “через голову” народов стран Балтии, украинцев, европейцев, и решений, имеющих для этих стран негативные последствия. Если же Америка, подтвердив снова свою приверженность НАТО, сядет за стол переговоров с Путиным и будет вести разговор о новом стратегическом соглашении, я считаю, что это было бы желательно.
– Дональд Трамп известен тем, что активно использует социальные сети. В одном из своих недавних сообщений в микроблоге “Твиттер” он похвалил сдержанную реакцию президента России на решение Обамы выслать российских дипломатов в ответ на якобы вмешательство российских хакеров в президентскую избирательную кампанию в США. Как сочетаются дипломатия и “Твиттер”?
– Для меня это очень интересно. Но я еще не решил, как к этому относиться. Ясно одно: кандидат может писать в “Твиттере” что угодно. Результат можно потом записать в поражения или в победы. Если же речь идет о президенте супердержавы с многочисленными обязательствами, ситуация усложняется.
Над каждым словом нужно хорошо подумать и по возможности проверять по внутренним каналам до публикации. Если Трамп будет продолжать использовать “Твиттер”, против этого не возразишь, это – часть нового мира, в котором мы живем. Но будем надеяться, он будет писать не то, что возникло спонтанно, а то, что до этого было согласовано с его советниками в администрации и в Совете национальной безопасности США.
