«В 1951г. Сталин читал статью Б. Б. Пиотровского “Урарту” (1951). Читал раздраженно, с карандашом в руках. И по всему было ясно, что взялся он за нее не просто так. Сборник “По следам древних культур” – обзор достижений советских археологов, ему прислали из редакции “Правды”.
Другие статьи этого сборника Сталин читать не стал», – вспоминал директор Эрмитажа Михаил Пиотровский, сын Бориса Пиотровского, выдающегося исследователя урартской культуры. Почему Иосиф Сталин оказался недоволен работой археолога и как она едва не обернулась для ученого трагедией расскажем ниже.
По воспоминаниям Михаила Пиотровского, Сталин в последние годы жизни “вернулся душой к своим национальным истокам и начал постепенно превращаться в грузинского шовиниста… В этом смысле армянские претензии на Урарту могли вполне пригодиться как самому Сталину, так и тем, кто подпитывал его эмоции.”
Это отразилось задолго до ст. Пиотровского “Урарту”, например, в том, что Сталин поддержал тезис, обозначенный в учебнике «История СССР» под ред.А. В. Шестакова еще в 1937г.: «Урарту — государство родоначальник нынешней Грузии». В поздних редакциях этого учебника вождь собственноручно правил и вставлял отдельные куски текста, привязывая государство Урарту к Грузии.
А в учебнике «История Грузии» под ред. Джанашии на географической карте иберам отводилась урартская территория с оз.Ван, армян же оттесняли на ассирийскую территорию в среднем течении Тигра и Евфрата.
Не обошел “вниманием” великий вождь и Б. Пиотровского. Несмотря на то, что Борис Пиотровский был очень осторожен с выводами и прямо в работе не обозначил армянскую принадлежность Урарту, Сталин был в ярости: «Пометки, сделанные на полях сборника могущественной рукой, ехидные “ха-ха”, подчеркивания, зигзаги и волнистые линии не оставляют сомнений: Сталин недоволен. Резкую реакцию вождя и автора трудов по языкознанию вызывает всякое упоминание в связи с Урарту Армении, армян, армянского языка, армянской культуры. Хотя таких мест в статье немного», – писал Михаил Пиотровский.
Сталин не соглашался с мнением историка-востоковеда и археолога Б. Пиотровского, который намекал отцу народов на то, что проблема этнонациональной принадлежности государства Урарту фальсифицируется националистически настроенными грузинскими историками.
Тогда Пиотровский, чтобы «остудить горячие головы» и написал в 1946г. работу «О происхождении армянского народа», в которой показал, что «Закавказье было лишь покоренной периферией обширного государства Урарту, поэтому все насельники его бывшей территории имеют право числить себя в ряду потомков его жителей».
Проблему это не решило, и к спорам об этнической принадлежности Урарту разрастались между армянами, грузинами, турками, чеченцами, а теперь уже и многих других – каждый старался историю Урарту связать со своей страной и народом. Так Урарту отторгать от армян и сделали многоэтническим государством.
Парадокс заключался в том, чточто незадолго до этого, в блокадном Ленинграде Борис Пиотровский написал «История и культура Урарту» (1944), за который в 1946г. получил Сталинскую премию.
Раздражение и неприятие Сталиным к теме Урарту в освещении Пиотровским осложнялось тем, что Борис Пиотровский был любимым учеником академика Н. Марра. Покойный к тому времени Николай Марр был в опале у Сталина, его “яфетическая теория” подверглась критике, а заслуги и имя стали употреблять в отрицательном контексте.
Пиотровского тогда спас его профессионализм и человеческая осторожность – отсылки к научной литературе и отсутствие прямых выводов о принадлежности Урарту армянам. Читая статью, у Сталина “сначала каждое упоминание армянских связей с Урарту вызывало эмоциональный протест, затем эмоции нарастали, однако, поскольку “криминальные” выводы так и не обнаружились, замечания в конце статьи стали сдержанными, строгими и как бы полемизирующими с оппонентами-экстремистами,” – делился Михаил Борисович.
Но политика взяла вверх над наукой, ибо с тех пор категорически запрещено было упоминание Урарту в контексте с его отождествлением с армянской нацией и Арменией.
По воспоминаниям сына Б. Пиотровского, директора Эрмитажа Михаила Пиотровского изданию “armmuseum”.
