Больше всего исторических романов в армянской литературе посвящено именно событиям IV века. И это не просто романы, а золотой фонд национальной прозы: «Самвел» Раффи, трилогия Стефана Зорьяна «Армянская крепость», «Царь Пап» и «Вараздат», «Аршак II» Перча Зейтунцяна…
Начало IV столетия ознаменовалось принятием новой веры. А конец века обернулся потерей былой мощи и первым разделом Родины армянского народа между двумя смертельными врагами. И далее следовали второй раздел, третий, четвертый…
«…И спросил царь Шапур магов своих и волхвов: “Как испытать мне Аршака? Как узнать, что у него на уме?” И ответили ему маги и волхвы: “Прикажи привезти из Армении землю и воду ключевую. Прикажи покрыть пол на половину армянской землей в твоих покоях и окропить водой армянской. Пригласи к себе гостя своего и поговори с ним…”
И пригласил Шапур Аршака к себе. Взял его за руку, повел на ту половину комнаты, где под ковром была персидская земля. Спросил его: “Царь Аршак, почему ты воюешь против меня, я же люблю тебя как сына и желаю тебе только добра?” Ответил ему Аршак: “Грешен я и виноват перед тобой, поверил врагам своим и заслужил смерть от руки твоей”. Затем ступили они на армянскую землю.
Поднял Аршак голову, расправил плечи и сказал ему: “Прочь от меня злодей и убийца! Не прощу я тебе все зло, что причинил ты моей семье и моему народу, и отомщу за всех…” И переступили они вновь на персидскую землю. Голос царя ослабел, плечи поникли и заговорил он словами грешника и виновного…
И так испытывал Шапур царя армянского весь день».
Эта легенда из сборника «Истории» Павстоса Бузанда, вероятно, стала самой знаменитой. И, наверное, это самая бесхитростная и пронзительная история о силе любви к родной земле. Европейские исследователи видели в ней пересказ древнегреческой легенды об Антее и Матери-земле.
Но сходство здесь только внешнее. В отличие от греческого героя, армянский царь не знал, что силы ему дает родная земля. И одна эта повесть полностью меняет не только переданный предвзятыми историками облик Аршака как царя, но и заставляет по-другому взглянуть на всю его политическую деятельность.
Аршак II (350-368 гг. н.э.), второй сын царя Тирана, стал наследником престола после смерти старшего брата – Трдата. Царь по случайности. И только это обстоятельство уже подрывало его авторитет среди нахараров.
Кроме того, правитель осмелился жениться по любви, на вдове своего племянника красавице Парандзем, что повлекло за собой осуждение церкви и возникновение слухов об убийстве родственника. Царствование Аршака началось со сперва трудных и порой тщетных, а затем и вовсе губительных попыток централизации власти и укрепления экономики.
Поддерживал его только один человек – католикос Нерсес Великий, бывший телохранитель и родственник, внук католикоса Хусика. Но даже через весь тот налет предвзятости, с годами возникавшим вокруг его образа, народная любовь к правителю все равно прорывается.
При Аршаке был проведен первый церковный собор, на котором Нерсес установил основные правила жизни государства. Были открыты школы, больницы, дома призрения. Уточнены основные права и обязанности князей и нахараров перед государством в лице царя, утверждены два основополагающих документа: «Тронный список» и «Ратный список». Казалось, все шло хорошо, но Аршак так и не стал своим.
Истинной трагедией для него обернулся на первый взгляд «дежурный поступок» всех королей – строительство новой столицы Аршакавана. Город находился в центре исторической Армении, имел полную экономическую автономию и подчинялся только царю. Это была «армянская цитадель» – именно так назовет свой первый роман исторической трилогии IV века Стефан Зорьян.
Эту цитадель разрушили не внешние враги, а армянские нахарары, чьи слуги и крестьяне стали целыми семьями туда перебираться, желая себе и своим детям лучшей жизни. Царь остался один на один с внешними и внутренними врагами. И тут подоспело приглашение Шапура, клятвенно заверенное братскими чувствами и чистотой помыслов…
Царь Аршак не вернулся на родину. Он был заточен в самую дальнюю и недоступную крепость иранского шаха – Анхуш. Но Великая Армения еще двадцать лет будет бороться за свою целостность. Сын армянского правителя Пап, наследник его верного спарапета Мушех и Нерсес Великий победят и поднимут страну. Верные солдаты царя будут восклицать на поле боя «За царя нашего, за Аршака», но правитель не узнает об этом.
В последний день пленника к нему привели верного слугу Драстамата. В заточении, за оказанную Шапуру услугу, он попросил о единственном вознаграждении – посетить Аршака и оказать ему царские почести. Удивленный Шапур разрешил…
Драстамат пришел к Аршаку, нарядил его в царское одеяние, накрыл стол и стал прислуживать как в прежние времена, надеясь вернуть ему душевные силы. Но осознав всю горечь своего существования, царь Аршак схватил со стола нож и вонзил себе в грудь. Не желая разлучаться со своим хозяином снова, вслед за ним покончил собой и его верный слуга…
Последний наш герой IV века – царь Вараздат (374-378 гг. н.э.). Личность примечательная тем, что сказать о нем практически нечего. После Папа, совсем молодого человека, который по кускам собрал землю, на трон взошел представитель рода Аршакуни, одно упоминание которого, кажется, всех современников приводит в недоумение.
Да, хороший спортсмен, да, достиг в Риме успехов в бою, но и больше ничего. Игрушка в руках у всех. В стране, раздираемой на части, такого царя просто быть не должно. Все закончилось изгнанием.
Патриарх рода Мамиконянов, Мануел Мамиконян, взял под свое покровительство малолетних сыновей Папа, а Вараздат с его близким окружением был отправлен обратно в Рим – со всей свитой, которую он привез оттуда, и с придворными. А из Рима Вараздата сослали на Британские острова.
Казалось бы, что здесь интересного для нас? Однако приблизительно с этих времен на островах, особенно среди прибывших римских воинов-митраистов, начала распространяться легенда о короле Артуре и его мече Экскалибуре. Теория очень зыбкая, но все же стоит внимания.
Аршак, так же как и Артур, означает медведь. Более того, Аршак – это не просто родовое царское имя, оно присутствовало в титулатуре всех Аршакидов, независимо от того, какое тронное имя носил правитель. А «мерцающий» меч Артура Экскалибур – этот тот же «Меч-молния» или «Тур-кецакин» из армянского эпоса.
Немаловажно, что многие исследователи легенды о короле Артуре отмечают огромное влияние культа Митры на ее формирование. Среди римлян, да и среди ближневосточных народов, параллельно христианству был распространен и митраизм.
И тот факт, что после смерти король Артур отправился на остров Авалон, к бессмертным, тому подтверждение. Митра – по-армянски «Михр», «Мհер». Так и армянский бессмертный Мгер заперт в скале со своим конем и ждет часа возвращения.
Скоропалительных выводов делать, разумеется, не стоит. Но присутствие даже таких небольших штрихов дает право утверждать, что история короля Артура ждет новых исследований, и кто знает, может армянский непутевый король-пандухт со своим царственным окружением здорово обогатил мировую историю.
Историк, переводчик, преподаватель армянского языка Нуне Мхитарян специально для Армянского музея Москвы www.armmuseum.ru
