Исторический роман “Хент” повествует о событиях времен последней русско-турецкой войны в Армении.«Хент» начинается с картины осады города Баязета.
В его цитадели вместе с несколькими добровольцами армянами героически защищается горсточка русских солдат, отбиваясь от многочисленной регулярной турецкой армии, курдских шаек и башибузуков.
Затем действие переносится на несколько лет назад: рассказывается о мирной жизни одного из армянских сел Алашкертского уезда и, наконец, вновь возвращается к периоду войны.
Раффи описывает тот момент русско-турецкой войны, когда генерал Тер-Гукасов был вынужден временно оставить занятые им области, а армяне, приветствовавшие победное вступление русских войск и всемерно им помогавшие, из-за внезапной перемены военной удачи русской армии бежали в Восточную Армению, чтобы избегнуть турецкой резни.
Писатель дает изображение крестьянской жизни, того как люди жили до войны и после войны. (Ссылка на книгу онлайн)
Отрывки из романа “Хент”
“Мусульмане резали армян… Резали всех поголовно, не щадя и тех, кому удавалось спастись от огня. Молодых девушек вытаскивали за косы из домов… Отовсюду неслись жалобные вопли… Но ни слезы, ни плач не могли смягчить сердца озверевших людей.
В резне принимали участие не только курды, но и регулярное турецкое войско и – что еще ужаснее – женщины, которые, забыв о милосердии, подобно разгневанным фуриям, выхватывали из рук обезумевших матерей маленьких детей и кидали их в огонь.
Всех, кто оказывал малейшее сопротивление, рубили саблями. Воины армяне плакали, глядя с крепостных стен на эту картину. Резня продолжалась третий день… Совсем иные чувства испытывал стоявший возле них молодой ополченец.
На его лице не видно было слез. Глаза юноши горели огнем гнева и мщения, а сердце было переполнено ненавистью, но не к тем, кто резал и убивал,- его негодование вызывали те, кто позволял себя резать, как овец.
Смотрите, смотрите!- воскликнул он.- В этой толпе нет ни одного, кто поднял бы руку на своих убийц!.. Это способно вызвать бешенство в человеке, зажечь в нем чувство мести!
Изверги поджигают дома, бросают детей в огонь, похищают женщин – и все это происходит на глазах у мужчин, которые покорно подставляют свои головы под турецкие сабли. Будьте вы прокляты! Если ты мужчина, умри в схватке с врагом!”
” Старик попросил разжечь ему чубук. Исполнив его просьбу, сын сказал:
“Нас семеро братьев, отец, и если бы ты сегодня подал знак, нам ничего не стоило вышвырнуть отсюда Фатах-бека с его тридцатью всадниками, и в другой раз эти наглецы не осмелились бы переступить порог нашего дома.”
“Я знаю это, сынок. Но что толку? Положим, во время схватки вы убьете одного, двух или даже нескольких человек, а назавтра все племя нападет на нас и сровняет с землею наш дом. Кто из наших односельчан придет к нам на помощь?
Никто. Пожалуй, кое-кто и обрадуется! Таковы армяне! А курды поступают иначе: за кровь одного мстит все племя, потому что они крепко стоят друг за друга, словно члены одной семьи.
А меж нами нет единения. Каждый думает только о себе, а что будет с другим – ему безразлично, лишь бы его не трогали. Не понимают глупцы, что “один за всех и все за одного”.
“путь ведет нас к гибели, неужели нельзя вернуть с него и убедить народ, что он заблуждается?
“Можно но кто возьмется за это? Этим должны заниматься люди, чья обязанность наставлять народ, внушать ему чувство долга и направлять его по верному пути.
Это дело наших духовных пастырей-священников и епископов, но. они проповедуют другое: “Если тебя ударят в правую щеку, подставь левую”, этим могли бы заниматься и учителя, но в нашем уезде нет ни одного порядочного учителя.”
