«Григор Зограб был непростой личностью, не был из тех, которые тысячами рождаются и умирают ежедневно… Он был критиком. Ему не нравилась среда и окружение, в которой он жил, был недоволен, объяснял даже причины своего недовольства…» А. А. Албояджян
Григор Зограб жил насыщенной жизнью и развил бурную и разностороннюю деятельность, отраженную в истории нашей литературно-культурной и общественно-политической мысли.
Родился в 1861 г. в семье Чпукчи Хачатура в квартале Бешикташ в Константинополе.
Известный историк и филолог Аршак Албояджян отмечает: «Г. Зограб родился 14(26) июня 1861 года в день воцарения султана Азиза… В связи с совпадением его Дня Рождения с Днем Рождения Григория Просветителя, его прозвали Григором».
В Константинополе он окончил два французских высших образовательных учреждения, получил специализации инженера-строителя (1879) и юриста (1882). На юридическом факультете Зограб учился с Талаатом. В начальный период они выступали с позиции демократии против султанского режима. Однако Талаат после младотурецкой революции отказался от своих прежних убеждений, а Зограб до конца жизни боролся за эти идеи.
С 1883 года до 1915 года Зограб с перерывами занимался адвокатской деятельностью и параллельно преподавал право Османской империи и уголовное право в университете Константинополя.
В качестве адвоката Зограб был известен не только среди турок и армян, но и греков, евреев, болгар, а также среди представителей других меньшинств Османской империи.
В январе 1884 г. Зограб отправился в Эдирне (Адрианаполис), где сдал экзамены руководящему следственному комитету, получив адвокатское свидетельство первой степени, и вернулся в Константинополь.
1/13 февраля периодическое издание «Масис» сообщает: «С гордостью узнали, что Григор эфенди Зограбян в возрасте девятнадцати лет окончил училище империи Боз э шуе, получил свидетельство геометрического архитектора, а также, занимаясь юриспруденцией, с успехом сдал на днях экзамены и получил свидетельство адвоката первой степени. Выражая искренние поздравления, желаем ему успехов».
В 1885-1886 гг. познакомился с Кларой Погос Язычян, а 31 января 1888 г. женился. Он сумел обеспечить своей семье безбедную жизнь. Как свидетельствует его старшая дочь: «Любил красивую английскую утварь в стиле Лу Кенц, а также красивые ковры».
В 1890-е гг. Зограб занимался также издательской деятельностью, сотрудничая с рядом армянских газет и журналов.
Из воспоминаний Зограба узнаем, что в возрасте 17-ти лет он уже выступал с публикациями в прессе. 26 октября в газете «Лрагир» опубликовал статью «Что мы выиграли в Берлинском конгрессе?», адресованную против одноименной брошюры секретаря-переводчика армянской делегации Минаса Чераза. Он в дальнейшем вспоминал, что только он осмелился спорить с Черазом и объявил, что армяне в Берлинском конгрессе ничего не выиграли.
В 1892-1893 гг. вместе с Грантом Асатуром редактирует журнал «Масис». С 1908 г. сотрудничает с «Айреник» (Родина), «Аревелк» (Восток), «Азатамарт» (Борьба) и другими периодическими изданиями.
В 1895-1896 гг. в дни организованных султаном Гамидом II погромов армян Зограб в качестве адвоката выступил в защиту политзаключенных.
В 1905 г. на султана Гамида II было совершено покушение. Был арестован также Зограб, но как адвокат, он смог освободиться.
В 1906 г. русское посольство в Константинополе уведомило турецкие власти, что Зограб «никогда не получал и не был на должности переводчика», он юрисконсульт, ему запретили вести судебные процессы в турецких судах.
В 1908 г. отправился в Париж. Во время пребывания там он был под контролем турецких шпионов. Из письма от 20 июля 1909 г.: «…Во время последней поездки в Париж тайные полицейские, нанятые Гамидом, настолько пристально за мной следили, что я лишился встреч с Ширванзаде и Черазом…».
В июле того же года после осуществленного младотурками государственного переворота он вернулся в Константинополь и начал заниматься правово-организаторской и преподавательской деятельностью.
В 1908-1915 гг. Зограб сравнительно мало выступал с художественно-литературными, публицистическими и другими публикациями. Главнейшей проблемой его беспокойства был Армянский вопрос.
В 1908-1915 гг. Зограб был избран депутатом Национального собрания и Османского парламента. Развернул активную деятельность, требуя принять политические и национальные права национальных меньшинств Османской империи: демократические реформы в законодательстве, образовании, науке и искусстве. Он выступил в защиту политических и социально-экономических прав армян Османской империи.
В 1913 г. Зограб под псевдонимом Марсель Леар опубликовал в Париже на французском языке работу «Армянский вопрос», в которой представляется история Армянского вопроса, процентное соотношение армянского населения в Османской империи, осуществляемые турецким правительством реформы в армянских деревнях Османской империи.
В 1912-1914 гг. принял участие в переговорах посольств великих держав относительно Армянского вопроса, а в 1914 г. с Аршаком Чобаняном принял участие в разработке проекта договора между Великой Портой и Российской империей.
Будучи депутатом Османского парламента, он всеми способами пытался предотвратить подготавливаемое преступление и подвергает свою жизнь смертной опасности.
Г. Зограб в своем дневнике с горечью пишет: «Случилось то, что должно было случиться, вчера ночью полиция арестовала многих армян, собрав главнейших дашнаков, сначала Акнуни, Зардаряна, Пашаяна…докторов, многочисленных важных деятелей…»
В мае 1915 г. Зограба арестовали.
Его супруга Клара Зограб-Еазчян пишет: «При аресте моего супруга турецкие агенты во время обыска отобрали все документы на нашу квартиру в Бере и другие конверты. Среди этих документов были также литературные и юридические рукописи моего супруга ценные как для меня, так и для моего народа».
27 мая 1915 г. Зограб написал из Гонии письмо Талаату: «Специально для допроса меня отправляют в Диарбекир, по какой статье, я не знаю. Согласно распространенным слухам, якобы я проявил в отношении правительства противодействие и недружелюбную позицию…».
Находясь в дороге ссылки, Г. Зограб продолжил многочисленными письмами обращаться к высокопоставленным чиновникам османских властей. Он обратился также к Назым Бею «Ваше высочество…мои близкие друзья забыли меня, а ожидать человеческого отношения от малознакомых личностей – это проблема уравновешенного и гармоничного мира. До сих пор неизвестно, какое мне предъявляют преступление, только знаю, что это абсолютная клевета…»
6 июля 1915 г. (19 июня) на пути ссылки возле Урфы турки зверски убили его.
Кристине Наджарян Заведующая отделом образовательных программ Источник: www.genocide-museum.am
