В течение 25 лет после развала Советского Союза Россия несколько раз проводила наращивание своего военного потенциала на границе, а иногда это сопровождалось бряцанием ядерным оружием в ответ на провокации Соединенных Штатов.
Однако приглушенная реакция на недавнее заявление Дональда Трампа о том, что Соединенные Штаты должны увеличить свой ядерный потенциал, отражает наличие иной военной и экономической реальности для России — реальности, в рамках которой Россия осознает, что не может себе позволить поддерживать необходимый темп в новой гонке вооружений.
Сделанное Трампом 23 декабря заявление о том, что ядерный потенциал Соединенных Штатов следует увеличить, произошло как раз в тот момент, когда президент Барак Обама подписал обширный законопроект о военных расходах в размере 618,7 миллиарда долларов. Эти замечания Трампа, и особенно его странное заявление по поводу возобновления гонки вооружений, вызвали критику со стороны Кремля.
Пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков сказал, что его страна не будет принимать участие в гонке вооружений, а официальный представитель Министерства иностранных дел Мария Захарова подвергла критике Соединенные Штаты за попытку довести Россию до смерти с помощью расходов.
В последние годы Россия использовала новости о наращивании вооружений Соединенными Штатами для оправдания увеличения своих собственных арсеналов, однако отголоски катастрофических по своим последствиям огромных советских расходов на оборону в 1980-е годы предоставили Москве паузу.
Более умеренный тон России не означает, что она откажется от своих планов в области обороны. Скорее, это означает, что Кремль не хочет повторения истории с чрезмерными расходами на оборону, ускорившими кончину Советского Союза.
Анализ
Соединенные Штаты и Россия уже давно вовлечены в жесткое противостояние по поводу соседних с Москвой государств, и напряженность в отношениях между этими двумя странами усилилась после 2014 года из-за конфликта на Украине и в Сирии. Вашингтон и Россия реализуют долгосрочные планы в ожидании продолжающегося антагонизма.
Соединенные Штаты принимают меры, направленные на усиление сил НАТО вдоль европейского восточного фланга. Вашингтон в мае разместил наземные противоракетные системы в Румынии, а также планирует, начиная со следующего года, увеличить ротацию сил НАТО.
Помимо этого, Соединенные Штаты находятся в процессе реализации плана с объемов финансирования в 350 миллиардов долларов, направленного на модернизацию всех трех элементов своей ядерной триады — бомбардировщиков, подводных лодок и ракет наземного базирования, — однако эта модернизация не является тождественной расширению своего арсенала.
В ответ Россия занимается трансформацией своих вооруженных сил за счет введения структуры дивизионного уровня, сфокусированной на ведении самых современных военных действий против такого потенциального врага как НАТО.
Москва разместила 1-ю гвардейскую танковую армию на своих западных границах в качестве передовых сил, готовых к проведению наступательных и оборонительных операций в Европе, и при этом еще существуют планы добавить три бригады с такими же задачами и такими же возможностями.
Москва в ноябре объявила о том, что она разместит в Калининграде, в своем европейском эксклаве, зенитно-ракетные комплексы С-400 «Триумф», а также способные оснащаться ядерными боезарядами мобильные ракетные системы «Искандер».
Вместе с тем Россия пытается приспособить свое умение добиваться стратегического преимущества к современным реалиям и не повторять ошибки времен холодной войны.
Согласно нынешней стратегии внешней политики России, известной как Стратегическая концепция (Strategic Concept), она готовится к будущим враждебным действиям в отношениях с Западом, которые будут принимать форму более асимметричных и в большей степени региональных опосредованных конфликтов, таких как конфликт на Украине, а не прямой военной или ядерной конфронтации.
Глобальные опосредованные войны играли значительную роль в соображениях Москве во времена холодной войны, однако сегодня ее тактика в большей степени сфокусирована на борьбе в регионах, расположенных ближе к своим собственным границам.
НАТО остается главной озабоченностью, о чем свидетельствуют шаги Москвы, направленные на укрепление своих военных позиций, однако Россия не может себе позволить зайти еще дальше в своем противостоянии с Западом.
Продолжительная экономическая рецессия и падающие цены на нефть заставили Кремль уменьшить национальный бюджет в 2016 году. Военные расходы сократились с 66 миллиардов долларов в 2015 году до 50 миллиардов долларов, что составляет 4% валового внутреннего продукта.
Однако незначительное восстановление цен на нефть позволяет Кремлю направить дополнительно 12 миллиардов долларов своей оборонной промышленности. Хотя Москва и планирует увеличить оборонный бюджет до 60 миллиардов долларов в 2017 году, военные расходы Соединенных Штатов все еще в десять раз превосходят эти показатели.
Однако решение России сохранить в тайне половину своего федерального бюджета на 2017 год означает, что истинный объем расходов на оборону остается неизвестным.
Сделав непрозрачным свой бюджет, Кремль обретает гибкость и способность направлять деньги на свою оборону без того, чтобы вызвать недовольство у становящегося все более бедным населения России, социальная поддержка которого сокращается.
Однако способность перераспределять бюджетные деньги не позволит Кремлю ввязаться в такую гонку вооружений, которая существовала в последние годы холодной войны и способствовала банкротству Советского Союза.
В 1970-е годы Вашингтон был охвачен идей о том, что Советы является намного более сильными, чем союзники Соединенных Штатов. Пентагон изменил свою стратегию, направленную на усиление наступательного потенциала, который может быть использован против Советского Союза, и вдвое увеличил расходы на оборону в период между 1980-м и 1989-м годом, и в той финансовой гонке Советы были не в состоянии одержать победу.
Кроме того, начало работ по созданию противоракетных систем в рамках стратегической оборонной инициативы (в разговорной речи ее называют «звездными войнами») продемонстрировало огромное технологическое превосходство Соединенных Штатов над Советским Союзом.
Наследие тех дней продолжает оказывать сильное влияние на процесс принятия решений в Кремле в ходе его нынешнего противостояния с Западом.
Увеличивающаяся политическая, социальная и экономическая слабость России напоминают об опыте Советского Союза в период его предсмертной агонии. Москва может избежать подобного рода нестабильности, произошедшей в конце 1980-х годов и в начале 1990-х годов, если она будет учитывать уроки того времени.
Быстрая реакция Кремля на предположение Трампа относительно возможной в будущем гонки вооружений является индикатором наличия подобного рода мышления.
Однако реакция Москвы является также свидетельством возможностей, которые, на ее взгляд, будут существовать в 2017 году для ослабления некоторого количества иностранного давления. Разногласия в Европейском Союзе углубляются, и единый западный фронт, сжимавший Россию в последние годы, демонстрирует признаки стресса.
Кроме того, Москва видит благоприятные возможности в связи с будущей президентской администрацией для снижения напряженности между двумя странами. Хотя это не приведет к прекращению конфликта, возросшее взаимодействие может вызвать ослабление некоторых видов давления — таких как экономические санкции и военные планы.
На этом этапе передачи лидерства в Соединенных Штатах Кремль не хочет рисковать и быть воспринятым как враждебный фактор. Поэтому Россия будет поддерживать свою стратегическую позицию, направленную против Соединенных Штатов и их союзников, но будет пытаться сделать так, чтобы напряженность в отношениях с ними оставалась управляемой. Оригинал публикации: An Arms Race Russia Will Not Run
