Причиной влюбленности режима Эрдогана и его СМИ в Дональда Трампа, несмотря на то, что он выступал против мусульман, был не только «гюленизм», который приписывали его сопернице по предвыборной гонке Хиллари. То, что СМИ режима в течение некоторого времени не «цеплялись» к Трампу, конечно, также было связано с тем, что Хиллари говорила о «вооружении курдов» в борьбе против ИГИЛ.
Оригинал публикации Cumhuriyet Перевод Ино СМИ
Несмотря на эти два фактора, я не думаю, что они предпочли Трампа Хиллари, руководствуясь незамысловатой логикой «меньшего зла». В том, что они стыдливо признали Трампа, должно быть, сыграли роль прямые наблюдения, которые они проводили и углубляли со временем.
Как утверждали многие аналитики, Трамп — антиинтернационалист, который ориентирован вовнутрь… В этой связи он скептически подходил к НАТО и Трансатлантическому сотрудничеству. Эти факторы тоже могли послужить причиной, по которой режим в Анкаре отдавал предпочтение в пользу кандидата от республиканцев.
В случае своего избрания Трамп направил бы США в сторону более тихой и менее интервенционистской внешней политики, а эта ситуация, разумеется, была бы на руку главной персоне в Анкаре как во внутренней, так и во внешней политике…
Помимо всего прочего, наш правящий режим мог потеплеть к Трампу с течением времени, и это тоже следовало бы воспринимать нормально.
В конце концов, Трамп и наш президент были словно вылеплены из одного теста.
Они оба сколотили политические активы, бросив вызов устоявшемуся порядку.
Оба были популистами.
Дабы заручиться поддержкой народных масс, охваченных чувством виктимизации, они почти что начали войну против элит.
Им обоим были свойственны авторитарные тенденции.
Трамп не скрывал своей любви к Путину. Эрдоган тоже.
Авторитарные лидеры, как правило, хорошо ладят друг с другом.
Трампу не доставляло удовольствие разделение властей, а Эрдоган уже давно сосредоточил в своих руках всю полноту власти.
Оба ненавидели свободу печати.
Как и у нас с 2008 года, Трамп тоже у всех на виду набрасывался на журналистов, осмеивал их… Его сторонники дразнили представителей прессы.
Говоря при каждом удобном случае: «Нельзя доверять СМИ», — кандидат от республиканцев разжигал враждебность по отношению к журналистам.
Эрдоган, как вы знаете, при каждом удобном случае говорит: «Мы пришли к этому, воюя с первыми полосами газет».
Если бы Трамп стал президентом, он, вероятно, сказал бы: «Я пришел в Белый дом, воюя с первыми полосами газет»…
Но он так не скажет. Потому что Трамп не сможет стать президентом.
Именно поэтому, говоря о Трампе, мы использовали прошедшее время.
Хиллари впереди с отрывом благодаря тому, что значительная часть электората республиканцев хорошо поняла, что Трамп — не тот американец, который достоин прийти в Белый дом, и, если не произойдет каких-либо неожиданных событий, она через 12 дней выиграет выборы.
Судя по объявленным 25 октября усредненным результатам десяти отдельных опросов общественного мнения в США, Хиллари поддерживают порядка 46,4% избирателей. Трамп отстает на шесть процентов (40,3%).
Победы в тех штатах, в которых Хиллари, кажется, гарантировала себе поддержку, и так достаточно для избрания президентом.
Следовательно, об отношении режима Эрдогана и его СМИ к Трампу теперь тоже имеет смысл говорить в прошедшем времени.
Если заглянуть в недалекое будущее, мы увидим: существуют самые разные причины, по которым можно допустить, что Хиллари будет преследовать более интервенционистскую политику, нежели Обама.
То, что Хиллари обещает Америке сильное международное лидерство, может привести к тому, что проблемы в отношениях Анкары и Вашингтона в связи с Сирией, Ираком и Россией, станут еще тяжелее.
После января 2017 года Анкара, вероятно, столкнется с такими альтернативами: или конфликтовать, или сотрудничать с администрацией Хиллари Клинтон. А возникшая в период Обамы «серая зона» или «золотая середина» между альтернативами «конфликтовать» или «сотрудничать», должно быть, подходит к концу.
