Цезарь перед своим убийством планировал совершить поход на Парфию, и завоевать её, как до этого – Галлию, и начал к этому готовиться. После победы над республиканцами триумвиры решили продолжить начатое. Совершить поход предстояло Антонию.
Однако тот по сути провалил поход. Когда римляне вышли на равнины Мидии, их стали тревожить атаками парфяне. Опять-таки, как и в случае с Крассом, сказалось превосходство парфянской кавалерии – парфяне атаковали римлян, а когда те пытались их отразить, парфяне попросту уносились на своих быстрых лошадях. Римская кавалерия, естественно, не могла противостоять парфянской.
Парфяне полностью парализовали сбор продовольствия римлянами, и Антоний принял решение отступать. Однако враги их преследовали, тревожили стычками, не давали фуражирам собирать продовольствие.
Римская армия страдала от голода, а под конец – и от жажды. Катафрактарии парфян грозили смять римскую пехоту на равнине… Спасение было только в неудобных для конницы горах Армении.
И вот что сообщает нам Плутарх об этом: “На шестой день после заключительного сражения римляне пришли к реке Араксу, отделяющей Мидию от Армении.
Она была с виду глубокой и бурной, а вдобавок разнесся слух, будто враги укрылись в засаде, чтобы ударить на них во время переправы.
Когда же, благополучно достигнув противоположного берега, они ступили на армянскую землю, то, словно бы впервые увидевши сушу после долгих скитаний в открытом море, они целовали камни и песок, и плакали от радости, обнимая друг друга”.
(Plut. Ant. 49).
