Во вторник в НАТО назвали условие для переговоров по вступлению Украины в альянс. Руководитель представительства НАТО на Украине Александр Винников заявил: “Мы знаем про позицию президента Украины по референдуму… Приоритетом для Украины является реформирование (Вооруженных сил. — Прим. ред.) для достижения принципов и стандартов НАТО. Только после того, как это будет сделано, можно ставить вопрос членства”.
фото: © РИА Новости. Михаил Палинчак
Ранее Брюссель объявил, что не планирует расширять организацию за счет Украины и не понимает, как Киев мог бы усилить безопасность других членов НАТО. Альянс на неопределенный срок отложил встречу с представителями Украины для переговоров по использованию системы противоракетной обороны (ПРО) в Европе. Альянс не принимает страны, имеющие территориальные споры, а Украина претендует на Крым, который вернулся в состав России по итогам референдума 2014 года.
И все же украинский президент Петр Порошенко намерен провести референдум по вопросу вступления своей страны в НАТО.
Он заявил, что Украина должна к 2020 году обеспечить полную совместимость своих вооруженных сил с соответствующими силами стран альянса. Верховная рада еще в 2014 году внесла изменения в два закона, отказавшись от внеблокового статуса государства.
Что предстоит сделать Киеву в ближайшие годы для “соответствия” и удастся ли Украине когда-нибудь войти в НАТО?
Объективная реальность
Фундамент отношений НАТО и Украины — Хартия об особом партнерстве 1997 года. Сегодня Украина — единственное государство-партнер, участвующее во всех текущих операциях и миссиях под руководством НАТО. Вероятно, Киев готов к любому формату взаимодействия. На его пути в альянс множество непреодолимых препятствий.
Относительно компактная Грузия с населением в 3,7 миллиона человек и вооруженными силами численностью 37 тысяч военнослужащих так и не перешагнула порог альянса за 15 лет движения в этом направлении.
Украинской 300-тысячной армии, оснащенной преимущественно советскими образцами оружия и техники, соответствовать стандартам НАТО гораздо сложнее.
Реформирование штатной структуры и системы управления — это, прежде всего, большие деньги. Полезность иностранных инвестиций в огромную по европейским меркам украинскую армию неочевидна. К весне 2017 года подготовку под руководством британских инструкторов должны пройти около пяти тысяч украинских “киборгов” — не так уж много. Впрочем, и качество подготовки иностранные военные инструкторы оценивают невысоко.
Перспективы украинской оборонной промышленности, которая возвращается к пулеметным тачанкам, безрадостны. В 2015 году “Укроборонпром” заявил о переходе на стандарты НАТО в производстве оружия, однако Минобороны Украины и Генштаб так и не предложили программ развития ВСУ и вооружений. Не помог даже нанятый украинцами американский аналитический центр Rand Corporation. Стратегия отсутствует.
Между тем производство вооружений странами НАТО регламентируется 1500 стандартами STANAG. Технологический переход и устойчивое соответствие чрезвычайно сложны и затратны (по расчетам “Укроборонпрома”, необходимо более 46 миллиардов долларов). Средств у Киева нет. И только в 2015 году в украинской армии выявлены финансовые нарушения на сумму 7,8 миллиарда гривен, то есть около 300 миллионов долларов.
Неустранимым препятствием на пути Украины в альянс выглядит “территориальная проблема” (возвращение Крыма в Россию). С 2014 года продолжаются боевые действия в Донбассе. А еще не заключены международные договоры о линиях разграничения в Черном и Азовском морях. Польша готовится к реституции Западной Украины.
На Украине не соблюдаются права человека, в ООН заметили пытки. Об опасности националистических “добробатов” предупреждает Киев даже The Washington Post.
Создается впечатление, что Украина входит в “мертвую петлю”, не имея полетной карты. “Революция достоинства” превращается в мрачную средневековую тиранию, и Западу с этим надо что-то делать. Разрушенный мирный жизненный уклад 42-миллионного народа Украины, милитаризация общества — серьезная угроза всей Европе.
Национальная идея
Согласно украинской оборонной Концепции, “наиболее актуальными в среднесрочной перспективе будут оставаться, в частности, угроза агрессивных действий России для истощения украинской экономики и подрыва общественно-политической стабильности с целью уничтожения Украины и захват ее территории”.
Аргументация отсутствует — и неслучайно. За день до принятия новой украинской концепции состоялись слушания в Комитете по международным отношениям сената США, где обсуждали антироссийскую стратегию помощи Украине, интеграцию страны в евроатлантическое сообщество.
Еще на заре украинской государственности в начале девяностых аттестационные комиссии ВСУ спрашивали у военнослужащих, насколько они владеют украинским языком и будут ли воевать с Россией, если придется. Интернациональные привычки и мирное небо над головой совершенно не располагали к подобным вопросам, но украинский проект Запада стартовал уже тогда. НАТО настойчиво устремилось на Восток, считая, что “суверенная, независимая и стабильная Украина” имеет ключевое значение для евроатлантической безопасности.
Отношения между НАТО и Украиной начали формироваться с 1990-х годов. Киеву необходимо было членство, Брюсселю — удобная территория для военных баз. Разумеется, только ради мира.
По итогам опроса американского института общественного мнения Gallup, сегодня 35% респондентов на Украине считают НАТО угрозой, 29% видят в альянсе защиту, еще 26% — не считают альянс ни угрозой, ни защитой.
Но народное мнение здесь главной роли не играет. Для официального Киева путь в альянс — почти такой же символ веры, как 40-летнее библейское хождение Моисея по пустыне с народом израилевым. Для украинского руководства НАТО видится одновременно светом в конце тоннеля, манной небесной и окончательной “перемогой” национальной идеи — жить за чужой счет.
По многим причинам Украина еще десятилетиями может оставаться экономически несостоятельным государством. А если войдет в структуры ЕС и НАТО (в любом формате), появится надежный источник финансирования. На всех украинских граждан не хватит, однако всеобщее благосостояние не приоритет.
Линия фронта
Рассуждая о мире и безопасности, Запад движется по направлению к “быстрому глобальному удару”. Сегодня никто не скрывает, что линия НАТО — это, прежде всего, линия фронта, без кавычек.
В новом противостоянии Запада и Востока Украине отведена особая роль — жертвы. В декабре 2014 года Палата представителей конгресса США приняла Резолюцию 758, в которой Россия охарактеризована как агрессор.
Документ рассматривает меры политического, экономического и военного ослабления России. Старую традицию можно выразить в современных цифрах.
Бюджет 2017 года на Инициативу по обеспечению европейской безопасности (European Reassurance Initiative) составляет 3,4 миллиарда долларов. Кроме того, сенат США одобрил выделение 350 миллионов долларов на адресную военную помощь Украине. Саудовская Аравия дала Киеву 40 миллионов долларов на разработку и производство украинских крылатых ракет.
Япония пожертвовала на укрепление ВСУ 1,85 миллиарда долларов. Литва передала Украине 150 тонн боеприпасов. Варшава и Киев подписали соглашение о сотрудничестве в сфере обороны, которое предполагает отдельный бюджет. Лондон готов встать на сторону Украины в ее противостоянии с Россией, при этом главная цель Великобритании — помочь ВСУ в достижении совместимости со стандартами НАТО до 2020 года.
Ранее посол Украины в США Валерий Чалый утверждал, что летальную военную помощь его страна получает от десяти европейских стран. В частности, американское оружие Киев получает транзитом через Болгарию.
Цифры и факты внушают тревогу, однако запас прочности России на Западе традиционно недооценивают. На фоне лицемерной тревоги ЕС о судьбе Украины и расползающегося на Восток аморфного образования НАТО относительно компактные российские Вооруженные силы показывают высокую боевую эффективность и расширяют сферу влияния.
Россия не стремится к симметричному созданию военных баз. Ресурсы позволяют нам эффективно защищаться, развиваться, доминировать по периметру нашей государственной границы. В Западном военном округе сформированы три новые дивизии и новая танковая армия. Продолжается интенсивное перевооружение армии и флота.
Унифицированные украинские марионетки шаг за шагом повторяют судьбу своих предшественников в Грузии. Киев торгует своим геополитическим положением, недорого предлагая альянсу украинскую территорию, жизни граждан. И все же украинский “шлях” в НАТО — путь в никуда. Александр Хроленко
