Россия подготовила для Японии предложения о совместном использовании земель на южных Курильских островах — Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи. Об этом во вторник, 31 января, сообщил журналистам полпред президента РФ в Дальневосточном федеральном округе (ДФО), вице-премьер Юрий Трутнев.
Пассажиры в аэропорту Итуруп. (Фото: Сергей Красноухов/ТАСС)
Вопрос возник в связи с информацией, распространенной ранее агентством Kyodo со ссылкой на источник в японском внешнеполитическом ведомстве, о начале в Москве на текущей неделе российско-японских консультаций по вопросу о совместной хозяйственной деятельности двух стран на Южных Курилах. Соответствующие договоренности, напомним, были достигнуты в ходе официального визита российского президента Владимира Путина в Японию в декабре прошлого года.
И вот Трутнев, не вдаваясь, правда, в детали, подтвердил, что предложения по взаимодействию стран, готовы. И в ближайшее время будут переданы на рассмотрение главы государства, который и определит, какие именно из них будут направлены в федеральные органы исполнительной власти.
Ранее японский премьер-министр Синдзо Абэ выразил мнение, что совместная с Россией хозяйственная деятельность на Южных Курилах принесет выгоду для заключения мирного договора между государствами, который по окончании Второй мировой войны так и не был подписан. Условием его заключения Токио, как известно, поставил возвращение так называемых «спорных северных территорий» — четырёх курильских островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи. Москва же заявляет, что российский суверенитет над этими территориями сомнению не подлежит, поскольку имеет соответствующее международно-правовое оформление.
Вопрос в том, как в таком случае успешно вести совместное хозяйство на островах, чтобы соблюсти паритет между экономической выгодой и национальной безопасностью?
— Когда Путин был в Японии, там, по-моему, назывались четыре сферы, где возможно совместное освоение этих территорий. Это, понятно, профильная сфера — рыболовство и рыбопереработка. А также охрана окружающей среды, туризм, медицина, — комментирует ситуацию руководитель Центра японских исследований при Институте Дальнего Востока РАН Валерий Кистанов. — Так что основные направления будущего сотрудничества уже озвучены. А что там подготовили у Трутнева, мы пока не знаем. Возможно, что-то убрано, что-то пересмотрено. Но, скорей всего, речь идет именно об этих четырех сферах.
И это естественно. Потому что основное богатство этих островов, точнее прилегающих к ним морских акваторий, в огромных рыбных ресурсах. Еще в советское время там работали мощные рыбоперерабатывающие заводы. Но в девяностые все было порушено и пришло в упадок. И только сейчас что-то начали восстанавливать. В частности, на острове Шикотан.
Тут опыт Японии может быть очень полезен. Поскольку она обладает самыми передовыми технологиями по вылову, переработке и хранению рыбы. И японцы хорошо знакомы с этими районами, потому что до 1945 года, они там, собственно, и хозяйничали.
«СП»: — Допустим, Япония предоставит нам свои передовые технологии. А что мы можем им предложить?
— Если это будут какие-то совместные предприятия, то японские инвесторы смогут получать прибыль от их деятельности. Кроме того, часть переработанной рыбы и морепродуктов, я думаю, будет поставляться на японский рынок.
И, конечно, на российский внутренний рынок. На что я тоже очень надеюсь. Не секрет ведь, что значительная часть рыбы, которую мы вылавливаем на Дальнем Востоке, идет мимо наших прилавков — в ту же Японию, Китай или Южную Корею. Причем, зачастую контрабандным способом, чтобы потом вернуться уже в виде переработанной продукции.
Сходите на московские рынки, в столичные рыбные магазины, посмотрите, какая там рыба — Китай, Вьетнам. До санкций была Норвегия.
А где наша дальневосточная рыба? Мы огромное количество ее добываем… Вот может, хоть с помощью японцев теперь эту ситуацию как-то исправим.
«СП»: — А, действительно, где знаменитый дальневосточный лосось?
— Дело в том, что в нас нет инфраструктуры на Дальнем Востоке, которая могла бы принимать эти рекордные уловы, хранить и перерабатывать. То есть, не только в жадности наших добытчиков проблема, а еще и в объективных обстоятельствах — как они эту рыбу довезут, и где будут продавать на внутреннем рынке. У нас ни холодильных камер в достаточном количестве нет, ни перерабатывающих мощностей. Нет транспортной инфраструктуры, логистики, чтобы доставлять эти огромные объемы рыбы по железной дороге в холодильных камерах в европейскую часть. Ведь основной потребитель находится здесь, в европейской части. На Дальнем Востоке всего шесть миллионов человек живет.
В этом плане нам, может, и выгодны совместные проекты с японцами. Мы приобщимся к технологиям, будем развивать их и строить уже свои заводы не только на Курилах, а в Приморском крае.
Но здесь есть один очень важный момент, на мой взгляд, который в определенном смысле затрагивает нашу национальную безопасность.
«СП»: — Поясните.
— На каких условиях будет осуществляться это совместное освоение, вот главный вопрос. На наших японцы не согласятся, потому что это будет означать признание Японией российского суверенитета над т.н. «спорными островами». Что противоречит японской принципиальной позиции, которая заключается в том, что все острова Россия, как преемница Советского Союза, «оккупирует» незаконно и должна вернуть.
Поэтому вопрос в том, на каких экономических и правовых условиях будет осуществляться эта совместная деятельность, о которой вроде бы договорились. Токио очень жестко ставит вопрос.
Я напомню, во время декабрьского визита нашего президента в Японию его помощнику Юрию Ушакову такой вопрос был задан на пресс-конференции. И он тогда сказал, что российско-японская совместная деятельность на Южных Курилах будет осуществляться на основе российских законов.
Однако японский премьер-министр Абэ потом неоднократно с разных высоких трибун заявлял, что эта деятельность должна осуществляться и не по российским законам, и не по японским, а на основе какой-то третьей схемы.
«СП»: — В чем именно проблема?
— Если мы здесь пойдем на встречу и откажемся от нашего законодательства, то это будет большая уступка японцам по поводу нашего суверенитета. Будет создан своего рода анклав экстерриториальный на нашей территории. Вот, где главная проблема.
Этот как раз вопрос, я думаю, и будет в центре внимания на предстоящих российско-японских консультациях в Москве. Пока трудно сказать, какие там соображения у наших переговорщиков. Но прецедент может быть создан весьма опасный.
Так ведь и немцы могут сказать, давайте в Калининграде создадим особую экономическую зону, где будут действовать совместные российско-германские предприятия, но не будет российского законодательства.
Эти особые правила, о которых говорит Абэ, потом ведь можно с Курил и на Сахалин распространить… Тут очень широкие возможности. Учитывая царящий сейчас в Японии ажиотаж, энтузиазм и оптимизм по этому поводу.
«СП»: — Что скоро-скоро острова отдадут?
— Конечно, расчет на это. Я приведу только несколько примеров, о чем в последнее время пишут японские СМИ.
Между Японией и Южными Курилами существует морское сообщение, как известно. Ходит японское судно, на котором по безвизовому режиму эти территории могут посетить бывшие жители этих островов, журналисты, бизнесмены… А теперь японцы говорят, что у них есть прекрасная возможность осуществлять воздушное сообщение. И даже уже рисуют схемы, по которым самолеты могут летать с Хоккайдо на остров Кунашир и остров Итуруп. Ладно. Это все хорошо.
Но там опять же говорится, что Япония будет ставить вопрос, чтобы эти рейсы считались не международными. А тогда какими? Японскими, что ли?
Это все обрывки информации, которая просачивается в прессу. Как там на самом деле все пойдет, трудно сказать. Но можно и так вопрос поставить, что это будет идти в соответствии с их логикой.
«СП»: — Но ведь и у российской стороны позиция всегда была твердой. Теперь, вы думаете, пойдем на компромисс?
— А я не знаю, пойдем мы или не пойдем. Не знаю, что там Трутнев предложил — тут можно только гадать на кофейной гуще. Но мне известно, что обсуждают сейчас в японской прессе.
«СП»: — А есть вообще решение, которое устроило бы обе стороны?
— Решение, конечно, есть. Либо мы все отдает. И вопрос закрывается. Либо японцы отказываются — тоже вопрос закрыт. Но на это никто не пойдет — ни мы, ни японцы.
Значит, надо искать компромисс. Вот этим сейчас и будут заниматься. Вопрос только, в чью пользу будет этот компромисс — в пользу Японии или нашу пользу?
Член правления Всероссийского общества «Россия-Япония», к.э.н. Владимир Пясецкий назвал базовой задачей российско-японского экономического сотрудничества изменение структуры товарооборота между странами:
— Нам необходимо уйти от экспорта сырья и импорта высокотехнологичного оборудования. И создание на этих островах каких-то совместных перерабатывающих предприятия будет первым шагом на пути изменении структуры нашего экспорта в пользу товаров с высокой добавленной стоимостью.
Напомню один исторический факт, как наш первый министр внешней торговли Леонид Красин еще в 1922 году на совещании Совнаркома сказал, что «хватит нам поставлять лес за границу (тогда это была самая главная статья экспорта). Давайте поставлять хотя бы рамы и мебель».
Совет, кстати сказать, и сейчас актуален. Любая переработка на территории Курильских островов устроила бы, наверное, не только нас, но и японцев. Мы не просто поставляли бы им рыбу, а уже готовые изделия.
Есть, правда, один нюанс — все морепродукты и любые товары лесопереработки должны быть изготовлены обязательно в рамках стандартов, принятых в Японии. Этот момент согласования, я думаю, тоже будет важен. Автор: Светлана Гомзикова
