Принять татар за «благонадёжный» элемент Закавказья, на кото-рый русификация может рассчитывать в случае армянской революции, было жестокою ошибкою кн.Голицына. Он попался в ловушку могучей тайной силы, которая давным-давно переползла из Малой Азии через Аракс, чтобы оплести Закавказье тонкой сетью религиозного и расового заговора, известного под названием Панисламиче-ского Союза.
Эта организация, устроенная, благословленная и вооружённая султаном Абдул-Гамидом для борьбы с ослабевшим влиянием России в Малой Азии, возникла в те самые годы, когда мы так предупредительно помогали Стамбулу душить последние голоса свободы в нации, которая с XVII века подавала ключи русскому движению на Ближний Восток и оказала России так много услуг в шестидесятилетней кавказской войне и в малоазиатских кампаниях наших против турок.
Враги наши гораздо лучше нас оценили роль армян как исторических и естественных союзников России, и, едва наша политика под впечатлением балканских разочарований отвра-тила лицо своё от Ближнего Востока к Дальнему, султан Абдул-Гамид поспешил разорить и опустошить турецкую Армению как обязательную станцию и оплот русских походов, прошедших и будущих.
Ослеплённая панславистическим идеалом на московский лад, увлечённая русификацией, напуганная призраками «всемирной социальной революции», обманутая подозрениями сепаратических вожделений русская бюрократическая дипломатия не хотела понять, что, вырезав 300.000 армян в Сасуне и десятки тысяч вообще в Малой Азии, султан Абдул-Гамид, в сущности, уничтожил почти полумиллионный русский авангард – и, если не навсегда, то на десятки лет лишил наше отечество любви и доверия трёхмиллионного населения, чьи симпатии создавали нам столько преимущества на театре малоазиатских войн.
Победоносность русских наступа-тельных войн значительно обусловливалась тем обстоятельством, что русские армии двигались на неприятеля по дружественным территориям – землями придунайских славян, землями армян; даже при усмирении польского мятежа русские войска имели за себя этот козырь в крестьянстве, благодарном за 19 февраля 19. Японская война – едва ли не первый наш опыт войны на территории, к нам недоброжелательной, и несомненно, что и это важное условие не следует забывать в числе множества других причин, объясняющих трагиче-ские разгромы русских армий в Маньчжурии.
Вырезывая армян, Абдул-Гамид вырезывал русскую силу, русские симпатии. Девяностые годы создали нам Маньчжурию в турецкой Армении. А кн. Голи-цын приложил старания, чтобы в Маньчжурию обратилась и Арме-ния русского Закавказья: страна с мирным населением, доведённым до отчаяния своим внезапным бесправием и наводнённая шайками мусульманских хунхузов 20.
За политику русификации Кавказ заплатил уже гибелью одного из важнейших национальных сокровищ России – бакинского неф-тяного промысла. И – кто знает, – не есть ли это только начало расплаты? Сегодня, когда я пишу эти строки, пришедшие русские газеты рассказывают, что татары – полные хозяева Баку, не сдаются на мирные условия и заявляют властям, что против русских они ничего не имеют, но армян не желают: пусть армяне уходят из края, куда им угодно, если не хотят новой и новой резни!
А резня, конечно, всегда будет победоносной для татар, потому что они отлично вооружены, а в руках армянина оружие самозащиты рас-сматривается русскою администрацией как символ сепаратического бунта и революционных замыслов. Итак, Баку – этот восточный ключ к преобладанию на Кавказе, на завоевание которого соединённые культуры трёх христианских народов – русского, грузинского и армянского – потратили столько усилий, – фактически снова в му-сульманских руках, и татарская анархия ставит ультиматумы русской власти!
А, впрочем, я сомневаюсь, удачна ли эта терминология – «татарская анархия», столь частая теперь в русской печати. Она, несомнен-но, хорошо определяет длящийся хаос неурядиц, кровью и пламенем опустошающий несчастный край. Но хаос этот – лишь анархическое следствие причин, может быть, совсем не анархических, но и очень строго управляемых и тщательно направляемых.
Эти слова мои – отнюдь не намёк на мрачные слухи, нашедшие громкий отклик не только в заграничной печати, но и в прогрессивных русских органах, будто бакинские трагедии были сознательно обусловлены к бытию враждебною армянам кавказскою администрацией. О таких возмож-ностях надо говорить или подробно, или не говорить ничего.
Я имею в виду причины не внутренние, но внешние; ту правильную панис-ламическую агитацию из-за турецкого рубежа, которая, прервав вре-менно палачествовать у себя дома – оно ведь можно и погодить нем-ножко после того, как в виде острастки курдами вырезано 10 про-центов армянского населения! – перебралась палачествовать к нам, губя и разоряя тот спасительный резерв, каким в глазах султана Абдул-Гамида всегда являлись и действительно были для Армении турецкой армянские полосы русского Закавказья.
Эта же мрачная, фанатическая агитация не только не анархична, напротив, может назваться образцом дисциплины, что подтверждали все случайно выплывавшие на свежую воду факты её вроде пресловутого елиза-ветпольского заговора, обнаруженного в 1899 году.
Я, автор этой статьи, – не только не враг Ислама, как могут обобщить охочие люди из моих предостережений против опасностей панисламического союза, но, наоборот, мне случалось не раз печатно вступаться, именем справедливости и человечности, за права мусульманских инородцев России, попранные административным усердием получше угодить требованиям русификации.
Мне даже пришлось однажды быть судимым за резкую печатную защиту та-тарского бека, адвоката, человека с университетским образованием, которого уездный начальник, желая избавиться от свидетеля и обличителя своих весьма некрасивых делишек, подвёл было под уголов-щину, как притонодержателя разбойников.
За Волгою, в Сибири, на Кавказе, в Турции – всюду имел я мусульман-друзей. Ко многим из них я на всю жизнь полон глубокого уважения, потому что искрен-ней, вдумчивой и чуткой гуманности этих учеников Магомета может позавидовать большинство из именующих себя христианами.
Тем более уверен я в искусственном происхождении закавказской неурядицы, что видел собственными глазами слишком много примеров совершенно мирного и безопасного соседства мусульман с христианами – всюду, где они предоставлены самим себе устраиваться между собою во взаимных отношениях, где не дышит к ним внешнею бурею чей-либо религиозный или политический фанатизм.
Умела же Болгария устроить своих мусульман так, что они и равноправны христианам и совсем не угроза христианскому населению. Да и тот Кавказ, что залит теперь кровью и пылает пожарами, давно ли он был самою мирною из русских окраин? Давно ли инородческие настроения Закавказья так мало зависели от религиозной розни, что – уж если было между кем ждать обострения, то между христианами же: грузинами и армянами, – о татарах тогда никто и не думал.
Сейчас на Кавказе нельзя шага сделать без конвоя – платят по 10 р. каждому казаку, чтобы проводил приезжего через город от вокзала до дома, а одинокий или слабо конвоированный выезд за городскую черту считается безрассудством, чуть ли не равным попытке к самоубийству.
А в 1889 году я, одинодинёшенек, без всякого оружия, прошёл Кавказ пешком, то и дело уходя от битых трактов в недра мусульманских аулов, и всюду встречал самое ласковое и бережное гостеприимство, и мне даже в голову не приходило, что я рискую какой-либо опасностью, – настолько был мирен Кавказ, настолько не было опасности!
За какие-нибудь пятнадцать лет край переродился, попятился до нравов, которые были анахронизмом даже во времена Лермонтова, которых не найти и в пушкинском «Путешествии в Арзрум»! Мы снова в веке «оказии» и «чеченца, ходящего за рекой»!
Отрывок из книгги Александра Амфитеатрова: Армянский вопрос Продолжение следует
Читать также: Армянский вопрос — Александр Амфитеатров, Россия умыла руки в армянском вопросе — А. Амфитеатров, Армянское освободительное движение — Недоброжелательность держав, Попытка Англии положить конец неистовствам Абдул Гамида — Категорический отказ России, Отвратительная ложь в русской печати, Армянское недовольство — Результат Голицынского режима
19 Имеется в виду отмена крепостного права и освобождение крестьян мани-фестом от 19 февраля 1861 г.
20 Хунхузы (т.е. краснобородые) – собирательное название китайских бродяг и скитальцев, бежавших от правосудия или произвола китайских властей и добываю-щих средства к жизни разбоем, воровством и грабежами.
