Россия стремительно красится в цвет хаки. Патриотизм в эти дни опять колеблется где-то на верхней отметке – страна готовится праздновать День защитника Отечества. Правда, в этом году на передовой неожиданно оказались служаки пера – писатели.
Команду приравнявших перо к штыку возглавил Захар Прилепин, певец спецназа, защитник русского народа на чужих территориях и политрук одного из батальонов на территории так называемой Донецкой народной республики.
На днях Прилепин представил свою новую книгу «Взвод. Офицеры и ополченцы русской литературы». В ней он рассказал об одиннадцати русских писателях, участвовавших в военных действиях и, по его мнению, прославивших себя не только пером, но пером, приравненным к штыку.
Поручик Гаврила Державин, адмирал Александр Шишков, генерал-лейтенант Денис Давыдов, полковник Федор Глинка, штабс-капитан Константин Батюшков, генерал-майор Павел Катенин, корнет Петр Вяземский, ротмистр Петр Чаадаев, майор Владимир Раевский, штабс-капитан Александр Бестужев-Марлинский, немножко Пушкина – вот они, герои романа свежеиспеченного политрука, связанные с войной, прошедшие через нее, закалившие в боях свои литературные таланты. «Все они красавцы, все они таланты, все они поэты».
Не станем подробно вдаваться в художественные достоинства и недостатки романа – в конце концов, он того не стоит.
Написанный витиеватым неживым языком, роман слезливо умоляет читателя признать, что эти «красавцы-таланты-поэты» были в первую очередь патриотами земли русской и охотно отправлялись туда, где, по их мнению, замешивалась несправедливость по отношению к русскому и православному.
«Разглядывая Золотой век, приходится наводить в его сторону длинную, как каланча, загибающуюся подзорную трубу. До зуда во лбу всматриваешься в сочетание звёзд, поначалу кажущееся спонтанным, случайным, рассыпанным.
…А потом вдруг различаешь анфас, посадку головы, руку.
В той руке – пистолет». То есть настоящего русского писателя без пистолета просто не существует. Или без какого другого оружия. Цвет нации, сливки культуры, Монблан литературы, Эверест поэзии – вы, маменькины сынки из ХХ века, куда вам до этих высот!
Вы, познававшие жизнь в школе да на институтских скамьях, а потом – в ресторане ЦДЛ – что вы можете знать о настоящем русском поэте? Много ли вы знаете о воевавших на Кавказе поручиках из хороших семей? А тех, кто давил польские бунты – вы хоть слышали о они? А о самих бунтах?
Не подумайте чего – это я не от себя, это краткая аннотация прилепинской книги. Книги, прославляющей дикое, первобытное желание убивать, в ХIХ веке якобы считавшееся доблестью.
С подачи Прилепина мы должны знать, что все мало-мальски приличные и талантливые люди искусства, и литературы – в частности, рвались в бой как на праздник. Вяземский, Державин, Чаадаев, да что там – и сам Пушкин! – не только не чурались войны, но делали ее основой своей биографии.
Правда, про Пушкина совсем уж непонятно – он-то каким боком оказался в этом «взводе»? Прилепин туманно объясняет, что, дескать, раз Пушкин дружил с Вяземским и боготворил Державина, которые, в свою очередь, не раз вскидывали ружье в сторону недругов, то и ему мечты о крови были не чужды. Интересная находка для пушкинистов.
На деле книга «Взвод. Офицеры и ополченцы русской литературы» – не что иное, как неловкая попытка в помощью несомненных литературных авторитетов объяснить и оправдать собственную жажду крови. Авторитет от искусства – лучший адвокат, перед которым всякий Плевако – пустой болтун.
Если Державин убивал – то почему я не могу? Если Денис Давыдов восклицал «С пленными не возиться, детушки мои!» – то и мне можно, правда ведь? «Сейчас так никто не делает; по крайней мере – из числа пишущих», – сокрушается Прилепин. Эта книга – его собственная индульгенция самому себе.
Закончив книгу, Прилепин отправился на Донбасс. Тут и Фрейда никакого не надо. Политрук старательно описывает военные приключения своих героев-писателей, чтобы после этого с чистой совестью поехать в чужую страну убивать ее солдат, и чем больше он старается, тем яснее нам его детская неуверенность в правильности выбранного пути.
Как за спасительную соломинку он хватается за громкие имена из позапрошлого столетия – «ну помогите мне доказать всем и себе самому, что я прав!» Для этого он выцарапывает из биографий самые темные, самые сомнительные моменты – например, мусолит почем зря участие Гаврилы Романовича, тогда прапорщика, в подавлении пугачевского бунта.
Факт этот известен, однако никому в голову раньше не приходило ставить его во главу угла державинской литературной карьеры. Прилепину – пришло. Потому что идти на неправедную войну с соседним государством удобнее и спокойнее с чужим авторитетом наперевес.
Своего тут политруку явно не хватило. Не говоря уж о том, что сравнивать военные подвиги своих героев на полях Отечественной войны 1812 года и свой собственный поход против соседнего государства – это не просто передергивание, а смахивает на низость.
Книга вышла, разумеется, при участии Российского военно-патриотического общества, возглавляемого министром культуры РФ Владимиром Мединским. За два дня до торжеств цвета хаки 23 февраля книгу представили журналистам, вместе с Прилепиным ее активно пропиарил научный, так сказать, руководитель общества Михаил Мягков.
Мягков – популярный в России цензор, требующий от фильмов полного соответствия известной только ему исторической правде, инициатор возведения памятников Сталину и борец с фальсификацией истории со стороны еще оставшихся либерально настроенных исследователей.
Известная московская поэтесса Вера Полозкова, узнав о походе Прилепина на Украину, пообещала открыть бутылку шампанского, когда политруку «отстрелят башку», как она выразилась. Неизящно выразилась, что и говорить.
Однако она опоздала – дай бог здоровья Прилепину, но башку ему уже снесло. Из тяжелых патриотических орудий.
На месте головы у него теперь «шар цвета хаки». Власти этому очень радуются, гладят его по этому шару – молодец, Захар, ты настоящий патриот! – а двумя неделями раньше лично премьер-министр наградил его правительственной наградой в размере 1 млн. рублей. Наверное, купит на эти деньги белого коня, на котором и въедет в Киев.
Смотришь на все это и понимаешь: они тяжело больны. Это уже даже не шар – это жар цвета хаки.
В наши дни, в век технического прогресса помешаться на жажде крови, на славе русского оружия, на патриотическом мракобесии – это не просто сбой ориентиров. Это тяжелая болезнь.
Когда свихнувшиеся становятся властителями дум и высокостатусными чиновниками – это означает, что болезнь дала метастазы по всему организму государства.
Когда министр культуры инициирует к тому же учреждение Дня патриотизма, и эта инициатива радостно поддерживается на самом верху – считай, что страна сама себе уготовила цинковый гроб. Кому только этот груз-200 отправлять, кто его примет и похоронит – непонятно. Болезнь-то заразная. Автор: Екатерина Барабаш (Москва)
