Мегри — южные ворота Армении, которые обеспечивают непосредственное общение с южным соседом Ираном. Неоспоримо, что Мегри имеет исключительное стратегическое значение для безопасности нашей страны.
Все мы помним, как в начале 2000-х высказывались разные сомнительные предложения относительно статуса района Мегри. Конечно же, они были неприемлемы для Армении.
В связи с этим представим любопытный факт почти вековой давности, который свидетельствует о том, что в то время также поднимался вопрос о так называемом “обмене” Мегри.
После провозглашения 28 мая 1918 года независимости Армении и признания Османской империей Республики Армения, на официальных двусторонних армяно-турецких переговорах обсуждался и вопрос о границах Армении.
Положение Армении, находившейся в абсолютной блокаде, было тяжелым. Страна была полна сотнями тысяч беженцев из Западной Армении, которым нужно было дать убежище, обеспечить продовольствием и лекарствами.
В регионе сложилась крайне тяжелая и непредсказуемая ситуация, когда турецкая армия оккупировала значительную часть Армении, и в прямом смысле слова стоял вопрос выживания армянского народа. Эти обстоятельства требовали от руководства страны осуществления осторожной и реалистичной внешней политики, даже прямых переговоров со своими врагами.
Уже в июне 1918 года на переговоры в Константинополь отправляется официальная делегация Армении, недавно провозгласившей независимость. В конце августа того же года с официальным визитом в Ереван приезжает главнокомандующий турецких войск Кавказского фронта Халил-паша, чтобы вести переговоры с руководством Армении, в том числе и с министром внутренних дел Арамом Манукяном, с которым был знаком еще со времен ванских событий.
Государственный деятель времен первой Республики Рубен Тер-Минасян в своих воспоминаниях приводит следующий эпизод из переговоров: “Арам (Арам Манукян) требовал у своего бывшего друга, победоносного Халила-паши, приехавшего в Ереван, расширения границ и необходимого жизненного пространства.
Халил-паша принципиально не отказывал в требовании расширить армянские земли. Он предлагал, чтобы армяне освободили провинцию Мегри в Зангезуре, чтобы турки получили выход на Баку. Взамен он соглашался на расширение территории Армении за счет Азербайджана в сторону Джаваншира и Варанды. Он предлагал также заключить военный союз против Союзников (стран Антанты). Эти разговоры ни к чему не привели”.
Отметим, что в то время еще шла Первая мировая война, и младотурецкое правительство Турции не отказывалось от националистической идеи создания Великого Турана. Посол Армении в Грузии Аршак Джамалян, который также участвовал в армяно-турецких переговорах, проходивших в Ереване в августе 1918 года, рассказывает о признании, которое сделал Халил-паша во время той встречи.
“Мы, турки, не думаем о том, чтобы поработить какой-либо народ, но у нас есть очень важная идея, и мы хотим эту идею осуществить. Мы хотим восстановить связь с нашей старой родиной — Тураном, и потому желаем, чтобы дороги, соединяющие наши две родины, не находились во власти чужих людей”, — сказал Халил-паша.
Эта трудная для Армении ситуация резко изменилась, когда 30 октября 1918 года победившая Антанта и Османская Турция заключили Мудросское перемирие. Турция была вынуждена официально признать свое поражение в Первой мировой войне, после чего турецкие войска стали уходить из Закавказья. Армения получила, наконец, реальную возможность расширить свои границы.
