Приезд Дмитрия Харатьяна в Армению и его творческий вечер в «Доме Москвы» в рамках Дней Москвы в Ереване, можно расценивать как новогодний подарок ереванцам и гостям. Зал был переполнен – люди сидели на ступеньках, на полу, и Дмитрий Вадимович любезно предложил тем, кто не смог найти место, расположиться на сцене.
И казалось, что в этот светлый ереванский вечер любви было через край, а кумир светился, постоянно находясь в контакте с общительной армянской публикой.
Дмитрий Харатьян начал свой творческий вечер с откровения об армянских корнях, перебирая струны гитары. Он рассказал, что он и его отец, Вадим Мкртичевич, родились в Узбекистане. Корни рода Харатьянов идут из Мегри, где до 1917 года они владели торговым домом. Во время Гражданской войны 1918 года им пришлось бежать. Так дед Дмитрия, будучи маленьким ребенком, оказался в Узбекистане.
«Я действительно носитель армянской фамилии, я очень уважаю и чту ваш народ, наш народ, эту нацию, исторический путь, порой нелегкий и трагический, который проходят армяне на протяжении многих веков, — поделился артист. — Я часть этого народа, несмотря на то, что родился не в Армении. Я не знаю языка, я не жил здесь, но для меня важно чувствовать себя армянином».
Харатьян рассказал, как отец с детства рассказывал ему о судьбе армянского народа, о победах и трагедиях, о геноциде, о многом том, что не все тогда понимали в Советском Союзе, об этом не писалось ни в учебниках, ни в книгах, ни в газетах. Беседы с отцом об исторической родине и предках артист назвал «генной памятью, которая передается от старшего поколения к младшему», что очень распространено у армян.
Когда пришел возраст получать паспорт, а Дмитрий с семьей на тот момент жил в Московской области, в городе Красногорск, он обратился в паспортный стол. Паспортистка спросила, что написать в графе «национальность».
Дмитрий, не задумываясь, выпалил: «Армянин». Женщина посмотрела на него с удивлением и сказала: «Мальчик, ты на себя в зеркало посмотри — какой ты армянин? Блондин, ариец!» На что Харартьян возразил: «Нет, это мой выбор, моя воля, я хочу, чтобы в паспорте было написано «армянин».
Первый раз Дмитрий Харатьян приехал в Армению в 28 лет. Это был тяжелый для республики и народа год — роковой 1988-ой. Дмитрий снимался в фильме Микаэла Довлатяна «Лицом к стене». В первый и последний раз он играл армянина — Андреаса Аршакяна, ради чего актера перекрасили в черный цвет.
Хотя это мало помогло: Харартьян все-таки отдаленно напоминал армянина. Это был последний фильм, который снимался на киностудии «Арменфильм». Страна разваливалась. 7 декабря съемки проходили на натурной площадке, и Дмитрий хорошо помнит, как в 11:41 всех качнуло. Группа не поняла, что произошло, но к вечеру узнали о трагедии.
После этого артист неоднократно бывал в Армении с разными делегациями, но в кино больше ни разу не играл армянина.
Дмитрий обратил внимание публики на тот факт, что недавно российский режиссер Александр Котт, на курсе которого сейчас учится его сын — Иван Харатьян, снял фильм «Спитак». «Я был на премьере в Москве, и я совершенно потрясен этим фильмом, — отметил актер. — Он истинный, подлинный.
Смотреть его тяжело, но эта память должна жить. Фильм представлен от Армении на «Оскар». Я надеюсь, что судьба будет благосклонна к этой картине и, даст Бог, этот достойный фильм получит «Оскара» или, как минимум, войдет в шорт-лист».
На вечер Дмитрий Харатьян исполнил полюбившиеся песни из кинофильмов. Прозвучали «Когда уйдем со школьного двора» из к/ф «Школьный вальс», «Грузинская песня» («Виноградная косточка») Окуджавы, «Она была в Париже» Высоцкого, «Самою любимою ты была моею» Митяева, «Не вешать нос» из к/ф «Гардемарины вперед», «Песенка о шпаге» («Кто на новенького») из к/ф «Достояние республики» и др. Песни перемежались стихами, ответами на вопросы и теплое общение с публикой. Артист отметил, что «границ у человеческих взаимоотношений не может быть, как и у дружбы, любви, музыки, искусства…»
На прощание Дмитрий Харатьян из рук представителя мэрии столицы получил паспорт города Еревана, который в этом году отметил свое 2800-летие, и пообещал поставить его на самое видное место, «чтобы съемки всех передач проходили на фоне этого документа».
Елена Шуваева
