Я вижу новое поколение армянских родителей, часто стесняющихся армянских традиций, культуры и даже языка. И причины этого намеренного забвения своей идентичности кажутся мне совершенно одинаковыми и ясными – сделать проще процесс интеграции их детей в общество. Вот мой подход к этому тренду – вы ничего не делаете полезного для вашего ребенка.
Вероятно, сейчас самое время, чтобы отметить, что я не родитель и статья никоим образом не является поучительным наставлением по воспитанию детей. Это всего лишь мысли и раздумья двадцатишестилетней девушки, выросшей армянкой в городе, где множество людей лишь спросят: “Кто такие армяне?”
Я выросла в South Bay (район в Лос-Анджелесе), в большинстве своём белый район, где армяне также были редкой находкой. Я ярко вспоминаю, как мама однажды позвонила мне, спешно говоря мне, чтобы я убрала комнату. Для армянских матерей, убраться означает убрать всю пыль, почистить все столы, пропылесосить пол, помыть окна и расставить безупречный набор орехов, печенья и сухофруктов.
“Мам, зачем? Дом уже итак чистый”
“Потому, что я нашла наших людей. Я буду дома в 10”
Это означало или то, что человеческая раса вымирает, и остались лишь последние горстки людей, или же то, что моя мама имела в виду, что она нашла таких же как мы, что в итоге и было правдой. Там, где я выросла, если вы слышали голоса, говорящие на армянском в проходе супермаркета, позже вы уже вместе сидели за чашечкой кофе дома.
Итак, само собой понятно, что я выросла в городе, где нормой была внешность голубоглазого блондина, а не армянская, и я определенно не вписывалась в эту норму. Порой в школе я была единственной носительницей фамилии, оканчивающийся на -ян.
И я не всегда была против этого, ведь вместо того, чтобы заставить меня скрыть мою идентичность, мои родители меня научили тому, как имея труднопроизносимое имя, обширные брови и не претендующий на красоту нос быть другим, и будучи другим означало то, что я особенная. Я выросла любя свое имя, свои брови и мой нос, но больше всего то, что я армянка. Я любила быть другой.
И это «быть другой», что молодые родители так тщательно пытаются скрыть и избежать, та самая деталь, которая больше всего ценится в обществе, в которое они пытаются втиснуться. У человека, который больше всего отличается от других, больше шансов «выудить» работу, на которую сотни людей были проинтервьюированы до вас.
Есть разница между тем, будете ли вы обычным или необычным. Прогресс общества не происходит благодаря людям, которые инвестируют свое время и силы в попытки быть такими же, как все. Итак, вместо того, чтобы стараться вписаться в нормы общества, разрешите вашему ребенку почувствовать возможность своей уникальности.
И я не хочу сказать, что это легко, быть другим, нет, ничуть нет. Быть единственной Талин в школе из тысяч студентов, конечно, не освобождает от стресса во время моего взросления, но я придавала много качеств моей индивидуальности тому факту, что у меня необычное имя. Это научило меня отвечать на все попытки моих одноклассников называть меня как-либо по-другому и требовать уважения от всех тех, кто зовет меня по имени.
Я научилась не жертвовать такую важную и ценную, мою национальную идентичность, для угоды неудобства моих ровесников. Я научилась быть спокойной и научила других произносить мое имя правильно, допустим, Полин, но с Т, даже если бы это требовало миллиона попыток. Армянское имя научило меня стоять за себя и других, даже если я должна был стоять одна.
Бытность армянки научила меня также поучать моих друзей. В третьем классе, мой учитель раздал нам листки и сказал нам написать интересные факты про страну, по нашему выбору, которые мы бы презентовали перед всеми. Естественно, я выбрала Армению и факты, которые я нашла интересными, не касались армянской еды или географии. Вот, что я написала:
«Талин – особенное имя в Арминии, потому что в Арминии была деревня, названная Талин и много людей жили там. Турки хотели бороться с нами, потому что мы были первыми христиане, турки не хотели что мы ими были и жили на нашей земле. На каждый десяток армян приходилось сто турецких воинов. 24 Апреля, 1915, день памяти для армянского народа, потому что они убили более полутора миллионов детей, женщин и мужчин».
Заметьте, я не знала как правильно пишется Армения в третьем классе, но я знала, что Армения была первой христианское нацией и знала о геноциде, учиненном турками против моих предков.
И если вы пытаетесь определить, сколько мне лет было в третьем классе – всего лишь восемь. Когда мои одноклассники выходили и рассказывали, как французы едят улиток и как восхитительна Великая Китайская стена, восьмилетняя Талин гордо рассказывала всю историю армян.
Большинство родителей в эти дни съежилось бы при мысли о восьмилетней, имеющей такое знание о предпринятом массовом истреблении всей расы, но мои родители учили меня истории моего народа в довольно раннем возрасте.
Они никогда не защищали меня от жестокости, совершаемых человеком, и они не воспитывали меня с ложным восприятием, что нет никакого зла в этом мире. И потому что я всегда остро знала о прошлом своих людей, я росла с состраданием и постоянным желанием исправить несправедливость.
И именно по этой самой причине, что я непрерывно стремилась к такому положению, я стала интересоваться юридической школой. Это постоянное желание искать справедливость для людей, которые преследуются, и защищать тех, кто угнетается, не было просто случайностью.
Это сострадание было глубоко внедрено к прошлому, которое произошло задолго до того, как я родилась, прошлое, которое почти уничтожило армян, и воодушевляемый знанием этого прошлого, учило меня заботиться о людях кроме меня.
Много людей искоса смотрели на моих родителях из-за их традиционного подхода к воспитанию ко мне и моим братьям. Конечно, они говорили, что их дети отстали бы в школе, если бы им преподавали армянский язык перед английским языком, что они стали бы неуверенными, если бы были названии неармянскими именами, и что они были бы эмоционально травмированы, если бы им преподавали разрушительное прошлое их народа, прежде чем они были взрослыми.
Но мои родители, каждый разговаривающий на четырех языках и выросшие армянами на Ближнем Востоке и в Европе, думали по-другому. Они последовали традиции в обозначении их детей, воспитали своих детей в hayeren khoseer стиле, где мы только говорили на армянском языке и рассказали нам и о победах и о трагедиях нашей истории.
Я могу честно и уверенно сказать, что все те косые взгляды были неправильными. На моих братьев и меня не оказало негативное влияние обучение армянскому языку, ни на кого из наших близких друзей, которые были воспитаны так же.
Среди нашей группы есть образованные и умные армяне, которые учились в престижных университетах, дипломированные, занимающие влиятельные позиции и успешные предприниматели.
Это не означает, что ребенок с американским именем или ребенок, который не говорит на армянском языке, менее способен к успеху или обладанию этими качествами. Все, что я говорю, — то, что, если Вы убираете армянское имя своего ребенка, принимаете решение не преподавать им язык или историю, исключительно потому что для них будет легче ассимилироваться, то вам стоило бы подумать о положительных аспектах их уникального имени, языка и истории.
Перед тем как стать настолько быстрым в сдерживании Вашего ребенка от его собственной идентичности ради удобства, давайте помнить, что родители, как предполагается, строят потенциал своего ребенка, не ограничивая его.
Армяне — люди, история которых датируется тысячи лет, люди, которые пережили королевства, войны и геноцид, и это означает, что мы чертовски хороши в упорстве, когда все разногласия против нас. И Ваши дети — их потомки, и они также упорно продолжают сохранять свою идентичность.
Воспитывая ваших детей как армян, вы будете делать их добрыми, сострадательными, давать им понимание, любовь, и быть благодарными. Вы будете учить их поддерживать себя и других, быть лидером и тружеником. Если у вас нет никаких причин, воспитайте своих детей армянами для них самых, потому что быть армянином – это прекрасная вещь.
© Источник: 99andcounting.com — Талин Мартиросян
© Перевод: Андраник Тограмаджян — Armenian Global Community
