Когда умер великий князь Торос, сын Левона, сына Константина, сына киликийского царевича Рубена, власть перешла к его племяннику по имени Рубен, сыну Степанэ, которого коварно убил ромейский военачальник Андроник. Спустя ‘немного времени умер и он (Рубен), и власть перешла к Левону, человеку храброму и воинственному.
Воцарившись, он тотчас же начал расширять границы своих владений: вел войны с окрестными народами и храбро одерживал победы, как и полагается человеку с таким именем, как лев, -ибо Левоном именуется лев.
И когда тюркские и мусульманские властители, которых называют султанами, увидели его успехи, [один из них], султан, владевший Халебом и Дамаском, собрал против него неисчислимое войско и оружие. Услыхав о нашествии иноплеменников, ишханац-ишхан Левон поспешил собрать свое войско и неожиданно, подобно орлу, устремившемуся на стаю птиц, напал на них и нанес им сильнейший удар.
И султан тот, что с хвастливыми угрозами шел на него, бежал и едва спасся от него. Левон обложил его данью, заставил служить [себе]. И, видя отважные его деяния, окрестные мусульманские племена трепетали перед ним и платили ему дань. И так он стал править всеми.
И когда он увидел, что правление его более удачно, нежели [правление] ело предков, тогда он вместе со своими ишханами и вельможами задумал венчаться царем. И отправил [людей] во всемирно прославленный город римлян, к самодержцу-императору и к папе, чтобы они пожаловали ему указ и венец царский, ибо он не хотел из-за венца оказаться подвластным кому-либо другому кроме как народу франкскому.
И в то же время он честолюбиво думал, будто от святых апостолов Петра и Павла, пребывающих в городе римлян, получает он венец благословения.
Император и папа римский послали ему великолепный венец первых царей и одного почтенного арцвэса, т. е. архиепископа, возложить на голову ему венец и потребовать у него три обещания: праздновать праздник господень и всех святых, на какой бы день они ни пришлись; молитвы дневные я ночные творить всегда в церкви, чего армяне давно уже не делали из-за набегов измаильтян, а [в церкви молились] лишь только во время таинства божественной литургии, и не разговляться накануне рождества и воскресения ничем, кроме рыбы и постного масла.
«И когда вы это сделаете,— говорил [посланец],— не заботьтесь больше о дарах и подношениях императору и папе взамен венца. А если не сделаете, мне велено,— говорил он,— взыскать с вас бесчисленное множество сокровищ: золота, и серебра, и каменьев драгоценных».
Левой пригласил католикоса и епископов и стал спрашивать их, какой ответ дать посланцу римлян. Условия принять они не согласились. И Левой сказал им: «Вы не беспокойтесь об этом, на сей раз я ублажу волю их притворством».
И Левон, отвечая, сказал епископу римскому: «Все, что приказывают самодержец-император и великий папа, мы тотчас же исполним». И тот потребовал, чтобы двенадцать епископов дали клятву. Левон уговорил епископов согласиться поклясться.
И епископы произнесли слова клятвы, и были среди них епископ тарсонский Нерсес Ламбронеци, которого мы выше упомянули, и Иовсеп — настоятель монастыря, называемого Иесуанц, что в области Антиохийской, и Иованнес, ставший католикосом, и Анания, ставший антииатриархом в Себастии, и вместе с ними другие.
Затем собралось великое множество [народу] — военачальники и воины, племена и роды; патриарх греческий, что восседал в Тарсоне, и католикос сирийский, что восседал в монастыре святого Парсумы в пределах Мелитины, и католикос армянский со всеми епископами — и посадили на престол Левона; и народы, проживающие окрест, начали подносить дары новому царю.
Император греческий, услыхав, что франки пожаловали Левону венец, и сам послал подарки и красивый венец, оправленный в золото с драгоценными каменьями, и сказал: «Не возлагай на голову себе корону римлян, [прими] нашу, ибо ты ближе к нам, нежели к Риму».
А царь Левон был человек мудрый, он не пренебрег ни одним из двух государей — ни римским, ни константинопольским, а ответил им, как те желали, любезно принял прибывших, богато одарил привезших корону и был венчан двумя [императорами].
Был он по натуре добр, милосерд к нищим и нуждающимся, любил церкви и служителей бога; учреждал монастыри во всех концах государства своего и умножал их имущество, дабы они не нуждались ни в чем, необходимом для плоти, и занимались лишь службой священной и молитвами.
Одним из монастырей, учрежденных им, был прославленный монастырь, называемый Акнер, которым и поныне правят согласно распорядку, установленному им: все дни недели проводят в посте и лишь в субботу и воскресенье разговляются рыбой или молочными [продуктами].
Так благочестивый Левой укреплял и благоустраивал свое царство. Он был очень хорош во всех отношениях, за исключением одного: был он женолюб. Оставив свою первую жену, на которой женился, будучи князем, он вместо нее взял себе в жены дочь короля острова Кипра, франка по происхождению, дабы был тот ему опорой и подспорьем.
Случилось приехать ему на остров Кипр повидать тестя своего. И, услыхав об этом, его враги, которые на суше не могли (ничего ему сделать, снарядили множество кораблей, чтобы на море перехитрить его. Царь Левон, узнав об этом, возвратился оттуда обратно на Кипр, ибо находился в пути, в [открытом] море.
И, взяв свои боевые корабли, подошел к засаде, подготовленной для него множеством кораблей; и так как он был человек мудрый, то понял, на каком из кораблей находится глава [их], напал на него на быстрокрылом корабле и потопил всех, а оставшиеся корабли уплыли. И ужас перед ним объял всех — дальних и ближних [соседей].
Как-то султан, владевший областью Халеба, собрал в дни пасхи войско против него и направил царю Левону такое послание: «Если ты не покоришься и не обяжешься служить мне, я с огромным войском своим [нападу], истреблю острым мечом все население страны твоей — от матерей до младенцев; праздник же ваш, на котором вы, христиане, радуетесь, почитая его как [день] воскресения вашего Христа, я обращу в траур для вас и сделаю так, что приготовленные вами к празднику яства вы будете вкушать на конях».
И, отправив это [послание], он взял множество своих войск и пришел, расположился «станам на границе его [владений] и стал ждать возвращения посланцев. Царь Левон, узнав о прибытии посланцев и о том, что иноплеменники собрали войско, приказал переправить посланцев в другой конец своей страны под тем предлогом, будто царь находится там.
А сам поспешно собрал свое войско и пошел по другой дороге на них. И внезапно напал на них, нанес им сильные удары, так что султан едва убежал. А царь Левон, захватив стан чужеземцев ©месте с их шатрами и всеми пленниками, пришел и раскинул стан в стране своей на берегу реки и приказал своим воинам поставить палатки чужеземцев и водрузить перед входом в каждую палатку знамена их, а затем приказал позвать посланцев.
И когда они прибыли, увидели шатры и палатки своих войск и знаки на знаменах каждого полка, крайне удивились и восхитились, ибо не знали того, что было. А потом, когда узнали, пали ниц к стопам царя и просили даровать им жизнь.
Царь же, проникнувшись состраданием к ним, даровал им жизнь и отправил их к господину их; данью, которую требовал султан с царя, точно такой, и даже большей, [царь] обложил его (султана) и заставил иноплеменников служить себе. И было венчание его на царство в 646 (1197) году армянского летосчисления.
Отрывок из Книги Киракоса Гандзакеци: История Армении
Читать также: Об ишханах Восточной Армении Закарэ и его брате Иванэ
