В тихих залах галереи Ariana в Ройал-Оук, штат Мичиган, в марте 1997 года развернулась мощная выставка. Доктор Джек Кеворкян, имя которого ассоциируется как с противоречиями, так и с состраданием, представил свою вторую выставку картин — коллекцию, которая вышла за рамки простого искусства.
Центральным произведением стала работа «От Дейр-эз-Зора до Освенцима (Геноцид)». Полотно стало свидетелем самых мрачных глав истории — Геноцида армян и Холокоста. В этой вызывающей воспоминания работе руки турецкого солдата и охранника СС держат отрубленную голову, символизируя невыразимые страдания, пережитые армянскими и еврейскими жертвами.
Доктор Кеворкян, сам сын переживших Геноцид армян, вкладывал душу в каждый мазок кисти. Но самое глубокое значение имела рама. С непоколебимой решимостью он смешал свою кровь с краской — внутренняя связь с болью, запечатленной в коллективной памяти его народа.
Сопоставление рук угнетателей — турок и нацистов — говорит о многом. Оно выходит за рамки границ, времени и идеологии. Оно напоминает нам, что геноцид не ограничивается одной эпохой или этнической группой; это пятно на совести человечества.
Когда мы стоим перед этим завораживающим полотном, мы чтим стойкость выживших, мужество правдолюбцев и силу искусства свидетельствовать. Окровавленная рама доктора Кеворкяна служит завещанием — призывом к памяти, сочувствию и справедливости.
В тихих залах галереи Ариана история шепчет через краску и пигмент. Мы слушаем, размышляем и клянемся: никогда больше.
Виген Аветиссян
